Они приносят помощь. На них кидаются с ножом

В июле 2003 года во Владимире создан Центр социальной помощи семье и детям.

Они приносят помощь. На них кидаются с ножом

В июле 2003 года во Владимире создан Центр социальной помощи семье и детям. Для того, чтобы увидеть, как его сотрудницы работают и с чем им приходится сталкиваться, наш корреспондент отправился с ними в рейд

Опасность за дверью

Мы условились встретиться с социальными работниками у парка 850-летия Владимира. Не успел выйти из троллейбуса, как меня окликнули две симпатичные женщины:

– Вы из газеты? Здрасьте! Нас зовут Ирина Евстифеева и Милена Прохорова. Нам нужно обойти четыре квартиры. В одной из них наверняка будет пьяница-дебошир. Так что сегодня мы, молодой человек, вами прикроемся. Как щитом. Если вам страшно – пока не поздно, отказывайтесь. Мы вас поймем.

– Идемте, я с вами.

Пока шли в первую квартиру, Ирина Игоревна рассказала о недавнем нападении на сотрудниц Центра.

Это было 13 января на улице Северной. Накануне в Управление социальной политики Владимира позвонила бабулька. Жаловалась на дочь и ее сожителя. Дескать, те все время пьют, а за ребенком не ухаживают. Бабушка – пенсионерка, внука содержать не может. Нужна материальная помощь. Сотрудницы Центра отправились к бабушке.

Бабуля открыла дверь. Вошли. За стенкой после пьянки спали дочь бабушки и ее сожитель. Услышав голоса, проснулась дочь. Вместе с ней сотрудницы стали составлять акт обследования помещения. Тут пробудился пьяный сожитель. Он недавно вышел из заключения и болел туберкулезом. Спросонья спросил: "Что это вы тут делаете?" Ему объяснили, показали документы. Он выскочил из комнаты и вернулся с ножом и опасной бритвой.

– Не выпущу, – орал мужик. – Сейчас по одной порежу!

Сотрудницам удалось отвлечь внимание взбесившегося мужика. Пока одна заговаривала зубы, другая лихорадочно звонила по телефону коллегам. Те быстро сориентировались и позвонили в милицию. К счастью, наряд приехал быстро. Дебошира скрутили. После того случая с девушками работал психолог.

Больные родители – здоровая дочь

Подошли к первой квартире. После рассказа Ирины Игоревны мне стало еще интереснее – как нас встретят. С ножами не полезут? На удивление, приняли приветливо. А когда узнали, что Центр может помочь материально, и вовсе расцвели.

Хозяйка квартиры – Надежда Егорина (фамилия по этическим соображениям изменена). Недавно она подавала заявку на матпомощь. В 2-комнатной квартире живут трое: сама Надежда, ее мама и маленькая дочь Вика. Надежда страдает эпилепсией. Несколько лет назад Надя познакомилась с мужчиной. Он олигофрен. Сошлись. Родилась Вика.

Надежда рассказывает:

– У мужа есть квартира, но жить с ним не хочу. Мы постоянно ругаемся. Иногда и побить может. Здесь, с мамой, спокойней.

Милена и Ирина расположились в комнате и начали расспросы. Одна записывала данные о семье и заработке, другая интересовалась условиями проживания. Все выяснив, распрощались.

– В основном люди просят материальную помощь, – говорит Милена Прохорова. – Но не всем она предоставляется. Недавно был случай – семья подала заявление. Мы пришли. У них полно новой мебели, вовсю идет ремонт, сын на кровати лежит якобы больной. Естественно, никакой помощи им не оказано. А вообще материальная помощь не так велика, не более 500 рублей. И выдается не каждый месяц, а где-то раз в год.

Мы отправились по другому адресу – к тому самому алкоголику, о котором меня предупреждали вначале встречи.

Ксюша

Пока ехали, спросил у спутниц, сколько им платят.

– Работа опасная. Мы это поняли после случая с коллегами. Пытались ходить в рейды с участковыми. Но их мало. Платят нам чуть больше 2 тысяч рублей в месяц.

Пришли. Ирина Евстифеева указала на стандартную 9-этажку:

– Нам позвонили из школы. Учительница рассказала, что у нее в классе есть девочка, которая почти голодает. Отчим пьет, бьет маму. Девочка много времени проводит одна. Ее никто не кормит. Учительница просила нас разобраться в ситуации.

Нерабочий лифт. Вонючий подъезд. На пятом этаже живет наш "клиент". Звоним в дверь. Детский голос спрашивает:

– Кто там?

– Ксюша, здравствуй. Дома есть кто-нибудь из родителей?

– Нет.

– Мы из администрации. Нам нужно с тобой поговорить. Посмотреть, в каких условиях ты живешь.

– Мне не разрешают открывать дверь чужим.

– А ты учиться пойдешь?

– Да.

– Собирайся, мы тебя в школу проводим.

Через десять минут дверь открылась. Через маленькую щелочку протиснулась девочка 11 лет и резко захлопнула дверь за собой. Милена Анатольевна стала расспрашивать девочку:

– Как ты живешь? Как зовут папу? Где и кем он работает?

– Он мне не папа. Он отчим. Я не знаю, где он работает, но деньги приносит каждый день. Рублей по 40-60. Пьет каждый день, маму бьет. Меня не трогает. Где работает мама, я тоже не знаю, где-то в центре. Она не говорит, а я не спрашиваю.

– А где твой настоящий папа? Ты к нему не хочешь?

– Он в Иванове живет. Но я его не люблю. Сменил телефонный номер, а мне не сказал. Не нужны мы ему с мамой. Если бы хотел забрать – давно бы увез.

– Ты с утра что-нибудь ела?

– Нет. В холодильнике ничего нет. Да я и не хочу пока. Может, в школе учительница покормит.

Я не выдержал:

– Пойдем в магазин сходим, купим тебе поесть. А то ведь совсем голодная.

– Нет, спасибо, я не хочу.

– А почему мама с отчимом не разводится? Почему терпит?

– Квартира-то его. Куда ж нам деться? Жить где-то надо.

Ксюша убежала. А мы пошли в соседний дом. Там женщина-инвалид просила материальную помощь. У нее многодетная семья. После Ксюши, которая не знает, что будет есть завтра, эта семья показалась благополучной. У них, конечно, не разносолы, но хоть еда есть всегда.

– Мы работаем в Центре недолго, – рассказали Милена и Ирина. – Но за это время успели такого насмотреться! Вот скажите сами, у вас ведь тоже возникло желание помочь Ксюше, накормить ее, одеть.

– Еще какое, – совершенно искренне ответил я.

– Вот и мы то же каждый день чувствуем. Мы раньше в детских садах работали, а потом решили, что в Центре пользы людям больше принесем.

Макс ЕФРЕМОВ.

Фото автора.

г.Владимир.

КСТАТИ

Во Владимире в помощи Центра нуждаются:

1326 семей, в которых воспитываются 1330 детей-инвалидов.

732 человека детей-сирот и опекаемых, воспитывающихся в семьях опекунов.

762 многодетные семьи.

3400 детей, которых воспитывают матери-одиночки.

1052 подростка, состоящих на учете в районных комиссиях несовершеннолетних.

Нашли опечатку? Выделите её мышкой и нажмите Ctrl+Enter. Система Orphus

Размещено в рубрике