16+

Русские американцы

Русские американцы

73 года назад, в мае 1933 года в небольшой поселок Бавлены (ныне – округ Кольчугино) при посредничестве компартии США прибыла по контракту на работу группа американских специалистов из 70 человек.

В Бавленах в 1930 году была создана Машинно-тракторная мастерская (МТМ), ремонтировавшая технику Александровского зерносовхоза. Впоследствии МТМ превратилась в крупное предприятие, ныне – Бавленский завод "Электродвигатель".

Среди прибывших были высококвалифицированные механики, водители, трактористы. На самом деле американцами они стали лет двадцать тому назад, а родились в России, откуда и эмигрировали в США перед Первой мировой войной. В Бавлены приехали люди самых разных национальностей: украинцы, поляки, русские, но большинство было евреев. Хотя иностранные специалисты приехали в Советскую Россию с целью подзаработать, пока в США продолжалась Великая депрессия, кое у кого были мысли остаться навсегда. Всех прибывших из США бавленцы сразу окрестили американцами. Дети некоторых американцев до сих пор живут в Бавленах.

Американцы приехали не с пустыми руками: у них было оборудование для ремонта тракторов и прицепного инвентаря, другой инструмент. Часть их устроилась работать в зерносовхоз, часть – в Бавленскую МТМ. Иностранцы пришли в ужас от того, что увидели. Все они были социалисты по убеждениям и приехали помогать строить социализм, но действительность превзошла их ожидания. Вот что писали в районной газете "Голос кольчугинца" уже через несколько дней после приезда рабочие Роштак и Маркизан:

"Нас, недавно прибывших в зерносовхоз, возмущает бесхозяйственность и небрежность в отношении к машине, которую мы наблюдаем. Здесь трактора больше простаивают именно от неумения работать на машине, от невнимательного отношения к ней. Гайки привинчивают грязные, с песком, с землей, горючее заливают с сором. Поэтому случаются аварии.

Мы не знаем, как это выразить, но мы поражаемся неточностью людей на работе. Мы понимаем, если дан приказ: бригадирам выходить в поле за час-два раньше бригады, то так и надо делать. А бригадиры выходят много позже, плетутся в хвосте бригады.

Трактористы, как один, должны сесть на машину ровно в 2 часа, а садятся кто в 3, кто в 4. Мы этого никак не поймем. Точность, аккуратность, бережное отношение к орудиям производства, любовь к труду, быстрое и точное выполнение порученной работы – это мы желаем видеть в отделении. Это должно обеспечить победу".

Американцы с момента своего приезда постоянно находились в числе передовиков производства. Рабочий Кучер в три раза быстрее и с лучшим качеством ремонтировал в МТМ моторы "Форда". Ударниками числились рабочие Мотов, Маркович, Яромбинский.

По инициативе административно-технического персонала МТМ и рабочих-ударников в мастерской была пущена вагранка. В процессе строительства литейки встретились большие затруднения, как в материале, так и в строительных рабочих. Эти затруднения были ликвидированы благодаря инициативе иностранных рабочих. Монтировал вагранку приехавший из Америки Павлов.

То, что американцы работали без понуканий, без проработки, по собственной инициативе подписались на Второй заем пятилетки было странно и непривычно. Поначалу среди них даже не проводили политработу – и так, мол, сознательные. Американцы кончали работу в пять вечера и от нечего делать бродили по совхозу. Все искали, где бы им почитать, поиграть в шахматы, послушать радио, как будто других занятий нет. Чудаки, ей Богу!

Через год, когда у американцев заканчивались сроки контрактов, подавляющее большинство, находясь под огромным впечатлением от всего увиденного в СССР, не могло дождаться дня, когда же, наконец, они уедут из Советской России. Но некоторые все же остались.

Переводчик "Малой земли" жил в Бавленах

Среди приехавших в Бавлены из Америки рабочих был и Морис Борисович Шикман.

Морис Шикман родился в бедной еврейской семье в 1893 году. Небольшой городок Сосновицы, где жили его родители, находился в Царстве Польском Российской Империи. В 1913 году с молодой женой Идой решил попытать счастья в Америке.

Миллионером Шикман не стал, но чего-то смог достичь. Как квалифицированный механик он мог снимать квартиру в самом сердце Нью-Йорка – на Манхэттене, имел автомобиль. Ида преподавала в школе немецкий язык. Оба неплохо зарабатывали. Очень любили своих детей Пола и Норму.

Но Морис и Ида не могли радоваться жизни в полной мере. Они были честными людьми, глубоко верящими в справедливость, их многое не устраивало в американской действительности. А тут перед глазами был такой пример, как Советский Союз, их бывшая, но все же Родина. Не дремала и советская пропаганда. Морис и Ида посещали социалистические митинги.

В 1929 году Морис потерял работу, и семья оказалась вынужденной жить на заработок Иды. Ида вступила в компартию США и изо всех сил уговаривала аполитичного мужа переехать в СССР: там они смогут жить без постоянной тревоги о завтрашнем дне, а дети получат высшее образование.

В сентябре 1931 года Морис с сыном Полом отправились из Нью-Йорка в Ленинград. Вместе с другими американцами Морис и Пол попали в зерносовхоз "Шахтер" на Донбассе. Но условия жизни оказались такими ужасными, что через год в зерносовхозе не оказалось ни одного иностранного рабочего, кроме Мориса Шикмана с сыном. Морис поругался со своим близким другом, вернувшимся в Штаты: "Миллионы людей тут живут, а ты, цаца такая, не можешь!"

Осенью 1932 года из Америки приехала Ида с дочерью Нормой. В декабре 1933 года Мориса Шикмана перевели в Бавлены, где он стал работать начальником монтажного цеха, техническим контролером, а затем начальником ОТК машинно-тракторной мастерской. В Бавленской школе Иде места не нашлось, и она устроилась работать в Кольчугине. С мужем Ида виделась только по выходным и в те дни, что приезжала подработать в Бавленской школе. Дети Пол и Норма поступили на рабфак при Московском институте иностранных языков, изредка приезжали навестить родителей. Хотя за год с небольшим более 60 из 70 приехавших в Бавлены американцев разбежались, Морис с Идой ни о чем не жалели. В 1935 году семья приняла советское гражданство.

Многое в советской действительности удивляло и даже поражало Шикманов. Ида Шикман не раз, выступая на собраниях в школе, рассказывала о том, как рационально организован труд учителя в США. Просто удивительно, что ее не арестовали. Рациональную организацию труда пытался внести в работу Бавленской МТМ и Морис Шикман. Это-то его и сгубило.

Зимой 1937-1938 годов Бавленская МТМ, как обычно, ремонтировала технику к весенним полевым работам. Ремонтировала, как обычно, отвратительно. Работавший начальником ОТК Морис Шикман старался, насколько мог, не пропускать неисправную технику. Районное НКВД постоянно держало на прицеле бавленских американцев. "План по шпионам", видимо, хромал, и требовалось его наверстать. С подачи райкома партии 15 января 1938 года в районной газете "Голос кольчугинца" была напечатана статья "Не медлить с подготовкой к весне". "В Бавленской МТМ, – говорилось в ней, – которая, кстати сказать, плохо справляется с ремонтом моторов, имеет место явно подрывная работа со стороны отдельных работников МТМ. Например, некие Ковалев и Шикман с целью затормозить ход ремонтных работ, забраковывают совершенно годные части от моторов и других машин.".

При аресте 21 января 1938 года Морису Шикману позволили оставить записку родным. Он написал на ломаном русском: "Я арестован не знаю почему. Не беспокойтесь. Деньги я оставляю в мой пиджак в шкаф. Все напечатанные наше забрали собою. Будте здоровы. Живите спокойно пока не выяснится почему меня арестовали. 21/I 38 г.".

Первый допрос М. Б. Шикмана в Ивановской тюрьме состоялся 23 января 1938 года. Здесь его обвинили в том, что он является участником контрреволюционной вредительской группы при Бавленской МТМ, в которую был завербован бывшим директором МТМ Клочковым. 21 января Шикман еще не знал, за что его арестовывают. 23-го уже назвал своих "подельников": директора МТМ Л. А. Кривошеина, технорука П. Е. Ковалева, начальника цеха В. И. Буска, бывшего директора Т. Ф. Клочкова, монтажника В. В. Украинца.

В обвинительном заключении по следственному делу N 8718 М. Б. Шикман обвинялся в том, что он является американским шпионом и ведет шпионскую и диверсионную деятельность против СССР. Решением тройки УНКВД Ивановской области от 26 сентября 1938 года 4 октября этого же года М. Б. Шикман был расстрелян.

Иду Григорьевну Шикман взяли 8 февраля 1938 года. Ее обвинили в антисоветской и шпионской деятельности. Ида Григорьевна содержалась в той же Ивановской тюрьме, что и ее муж. Они даже общались друг с другом, оставляя надписи на стенах туалета. Следственное дело И. Г. Шикман было пухлым. Коллеги-учителя показали: ученики на перемене сначала хулиганили, а потом стали бросать тряпку в портреты вождей (прямой умысел на совершение теракта!), а "она не поставила в известность". Ида Шикман многократно сравнивала жизнь учителей в США и СССР, причем в США жизнь, как она утверждала, была лучше. На собрании заявила, что "органы НКВД тоже делают ошибки". И, кроме того, ее муж сознался, что он вредитель и шпион. Несмотря на все эти убийственные факты, И. Г. Шикман 19 февраля 1939 года освободили: "оснований для предания ее суду нет".

И. Г. Шикман так ничего и не поняла, хотя через 11 лет посадили ее дочь Норму. Ида Григорьевна поехала в Казахстан, поближе к лагерю, где отбывала срок дочь. Затем жила в Москве. Уже на исходе жизни она попросила сына приобрести ей полное собрание сочинений Ленина и все его прочла. Ида Григорьевна до конца жизни надеялась на чудесное спасение расстрелянного в 38-м мужа.

Норма Шикман уцелела в 1938 году. От нее требовали отречься от родителей, но она отказалась. Более того, выступила на комсомольском собрании, где заявила, что придет день, когда с ее отца и матери снимут все обвинения. Норму исключили из комсомола. Однако из института не выгнали. В лагерь она попала в 1949 году за строчку в дневнике "Я не хочу жить в стране, где невинно страдает мой отец". Дневник видел только близкий человек. Норма вышла из лагеря живой, хотя не надеялась на это. Вернувшись в Москву, преподавала на курсах иностранных языков. Сейчас живет в США.

Брат Нормы – Павел, в 1940 году с отличием окончил Московский институт иностранных языков. Был призван в РККА, воевал на Ленинградском фронте. После ранений преподавал. В 1949 году во время борьбы с "космополитами" из института его выгнали. В Министерстве просвещения, куда он пришел с красным дипломом и Конституцией (где было записано право на труд), ему предложили поехать учителем в поселок Комарово Новгородской области. Домой Павел смог вернуться лишь после смерти Сталина. 10 лет он проработал синхронным переводчиком в Управлении по обслуживанию дипломатического корпуса. Затем перешел в АПН, где переводил на английский язык газетные и журнальные статьи. Самым знаменитым его переводом оказалась "Малая земля" Брежнева. Сын П. М. Шикмана – Анатолий, сейчас живет в Москве, все остальные оставшиеся члены семьи возвратились в США.

Подготовил Владимир Забуга.

Просмотры: