Мода высоких трибун

Трудный путь от цилиндра до шахтерской каски с агиткой и от военного френча до нарядов «от кутюр» - выставка «Политика и мода», открывшаяся в Палатах, наглядно показывает, как...

Трудный путь от цилиндра до шахтерской каски с агиткой и от военного френча до нарядов «от кутюр» – выставка «Политика и мода», открывшаяся в Палатах, наглядно показывает, как менялся внешний вид политической элиты нашей страны.

Экспонаты прибы­ли из Государственно­го музея политической истории России (Санкт-Петербург). Коллекцию собрали за два послед­них десятилетия. «До недавних пор для такого музея, как наш, тема моды считалась слиш­ком легкомысленной, – рассказывает Елена Костюшева, заместитель генерального директора ГМПИР по научной ра­боте, – к нам поступали только портфели, шляпы и очки вождей. Но в девяностых мы поняли, что нельзя рассказывать о политике, не касаясь других областей жизни. «Модная» тема вполне укладывается в нашу концепцию: показывать взаимодействие поли­тики и повседневности, власти и народа. И она оказалась близка многим людям: они приходили и приносили различные интересные предметы, рассказывали истории их появления. Я надеюсь, получившаяся экспо­зиция понравится даже тем, кто не считает себя модником». Главная идея выставки показать эпоху в зер­кале моды. Среди экспо­натов – предметы одеж­ды и обуви, журналы, фотографии, плакаты, карикатуры. По сосед­ству – реклама резиновых галош и талон на получе­ние одной пары: этот не­хитрый, но необходимый товар в 20-х годах был в дефиците. Модели спор­тивных костюмов, раз­работанные художницей-конструктивисткой Вар­варой Степановой. Ткань со сценами сельскохозяйственных работ – между букетами и виноградны­ми гроздьями катят трак­тора и комбайны. Кар­тина 1921 года: «Обмен продуктов на одежду» граждане буржуйского вида предлагают крестья­нам платья с криноли­нами и полосатые брю­ки. Рядом – фотография 30-х годов: «Премирова­ние костюмами ударни­ков в киргизском селе». Пилотка-«испанка», ко­торую носили в знак под­держки испанских респу­бликанцев, и кожаные галифе, полученные за отличие в бою. Женский пиджак, перешитый из гимнастерки, и отчет о распределении прислан­ной американской одеж­ды между сотрудниками «Газтеплопроекта» в 1945 году…

Люди в любой стране хотят одеваться хорошо и со вкусом. Но в России на протяжении почти семидесяти лет этало­ном моды и образцом для подражания была именно политическая элита, в распоряжении которой находились и закрытые ателье, и спец-распределители, и воз­можность закупиться в загранкомандировках. Правда, вожди-мужчины предпочитали одеваться неброско и внушали ту же сдержанность народу. В 20-х годах на собраниях и в газетах обсуж­дали: может ли молодой человек носить галстук, а девушка – пользовать­ся духами. Но именно благодаря прекрасным дамам отечественная мода раскрепощалась: на выставке можно уви­деть очень стильные для своего времени платье и шляпку с вуалью рево­люционерки и модницы Александры Коллонтай, первой в мире женщины-посла, а также парчовое платье Нины Брежне­вой, которая первой из «кремлевских жен» стала сопровождать своего мужа на приемах и в поездках.

Отдельный «модный прорыв» – стиляги 50-х годов, «первые отече­ственные диссиденты».Молодые люди взбива­ли коки и добывали на черном рынке джинсы и яркие рубашки, а «пра­вильные» – ловили их в подворотнях, стригли налысо и распарывали клеш на брюках. «Осо­бенность эпохи была в том, что государство регламентировало моду – людям объясняли, что им можно носить, а что нельзя, – объясняет Еле­на Костюшева. – Другие мнения не рассматри­вались. На выставку мы привезли платье из пер­вой коллекции Славы Зайцева – той самой, где он пытался изменить облик сельской женщины и предложить вместо ватника яркий наряд, сшитый из павлово-посадских платков. Внашей стране эту идею не поддержали – зато на Западе коллекция произ­вела фурор».

С каждым новым ли­дером мода в стране становилась все более либеральной: и вот ка­рикатуристы 70-х уже высмеивают не тех, кто хочет красиво одеваться, а предприятия, вместо нарядов дающие «план по выпуску сарафанов». Перестройка – последний этап «потребительской революции». С этого вре­мени каждый может но­сить то, что ему нравится – хватило бы денег. Завер­шают «модную историю страны» строительные перчатки с логотипом «партии власти» и фут­болка «Все путем!» с пор­третом президента: немыслимый до последних лет пример «нарядной агитации». «Мода тесно связана с идеологией, – резюмирует Елена Костюшева, – и то, как люди одеваются – показатель определенной свободы, которой они пользуются». Правда, сейчас на смену политической идеологии приходит идеология корпоративная, но это уже совсем другая история.

Марина Сычева

Нашли опечатку? Выделите её мышкой и нажмите Ctrl+Enter. Система Orphus

Размещено в рубрике