16+

Пламенный «привет»

Несмотря на то, что число пожаров в регионе идет на спад, владимирцы по-прежнему остаются беззащитными перед огненной стихией. Что делать, если ваше жилище сгорело?

Сентенция, что пожар – хуже вора, знакома каждому, и все ее разделяют. Вор хотя бы стены оставит, а огонь не щадит ничего. И если человек лишится самого дорогого, что у него есть, – жилища (мы здесь рассматриваем сугубо материальный аспект), то он оказывается один на один со своей бедой. Хорошо, если у него есть близкие люди, которые приютят, накормят и обогреют, а если всего этого нет? А если жилище вообще не застраховано?

«Сынок, никому мы не нужны»

Жители частного дома по улице Лакина, 27/32, что в областном центре, 13 апреля 2010 года, наверное, будут помнить всю жизнь. В этот роковой день у них случился пожар – огонь занялся где-то на чердаке.

– Это было после обеда. Хорошо мы, пенсионеры, дома находились, – вспоминает Нина Ивановна Хромова. – Прибежала соседка и кричит: «Караул, горим!» Глянули в окошко – Боже праведный, дым валит! Пожарная машина примчалась минут через десять. Ничего плохого не скажу, грамотно сработали ребята. Спасли одни стены.

Так в одночасье дом, где проживает пять владимирских семей, стал не пригодным для проживания. Особенно пострадала левая часть дома – крыша и оконные рамы выгорели. Хорошо, стены кирпичные, поэтому огонь не смог сильно распространиться.

–  Сынок, никому мы не нужны, – на глазах другой погорелицы, Елизаветы Емельяновны Кулебякиной, блестят слезы. – Я сама живу у соседки через дорогу, а дочь с внуком ютятся у добрых людей. И дом не застраховали. У меня изба в деревне в прошлом г оду сгорела . Тоже была не застрахована. Как дальше жить, не знаю. Врачи еле отходили, плохо стало.

Дома у бабушки выгорела крыша, через доски чердака просматривается весеннее небо. Посреди комнаты гуляет ветер, рамы выгорели, стекол нет. Зрелище ужасное. Даже туалет на улице сгорел.

Газа в доме, понятное дело, сейчас нет, электричества тоже. Энергетики говорят, что подводить электричество придется за свой счет, а это немалые деньги. Пока жильцы переселились к родственникам.

–  Что же вы дом-то не застраховали, Елизавета Емельяновна?

– Вы знаете, страхагент каждый год приходила к нам домой, а в этом году почему-то не пришла. Раньше я каждый год страховала. Теперь вот хожу за помощью в районную администрацию. Обещали лес выписать в Суздальском районе. А кто мне его поедет пилить, кто будет вывозить? Я старая, у меня сил нет.

Под видом собственника ветхого жилья обозреватель «Призыва» позвонил в одну из страховых компаний. «Если дом ветхий, мы вообще вправе отказать в страховании, – сообщили на другом конце провода. –  Многое решит осмотр строения. Все индивидуально. Бывают дома довольно старые, но они содержатся в хорошем состоянии, там проводился капитальный ремонт. Если же дом ветхий, ему более ста лет, тем более деревянный, мы отказываемся ставить его на страховку».

Улица Лакина на несколько километров растянулась вдоль трассы Москва – Нижний Новгород. Многоэтажные дома хоть и подступили вплотную к Пекинке, но окончательно частный сектор так и не вытеснили. Островки когда-то существовавшей на этом месте деревни Марьинки –  ряд аккуратных домов с палисадниками, некоторые имеют кирпичные пристройки, но видны и полностью деревянные строения. Здесь есть газ, предприимчивые жители сделали себе «теплые удобства». Бытовые условия еще не городские, но уже и не сельские. Да и шумная трасса экологическую обстановку явно не улучшает. Тем не менее на участках перед домами люди разбили цветники и огороды, выращивают картошку и овощи. Люд на Лакина по большей части рабочий. Кто-то еще в 60-х годах переселился сюда из деревень, как, например, Елизавета Емельяновна Кулебякина, а кто-то приобрел дома, покинув бывшие советские республики. Семья Сагитовых – тот самый случай.

После распада Союза Сагитовы продали за бесценок квартиру в Душанбе и приобрели часть дома на Пекинке. Сейчас их жилище смотрится так, словно по нему прошлась гражданская война. Как тут Таджикистан не вспомнить? Если бы дом у переселенцев сгорел, Сагитовы запросто могли бы стать лицами без определенного места жительства. Больше им идти некуда. Пожилая чета давно на пенсии, сын Володя живет вместе с родителями и человек небогатый.

– Вам еще повезло, что вы дом спасли, – пытаюсь ободрить Сагитовых.

–  Это не мы спасли, это пожарные вовремя приехали! – выражает благодарность Клавдия Ивановна. – Мы бы сами с огнем не справились. Да и чем тушить, когда чердак горит?

Сагитовы – еще счастливчики. Они не забыли застраховать свое жилище на 270 тысяч рублей, как, впрочем, и Хромовы. Полностью эту сумму семья, конечно, вряд ли получит, поскольку дом уцелел, но тысяч тридцать погорельцы надеются выручить. Деньги скромные, но и эта сумма не помешает. Сын Володя все умеет делать своими руками, уже сейчас восстановительные работы идут полным ходом. До зимы Сагитовы рассчитывают справить второе новоселье.

– Да, хорошо бы тысяч тридцать от страховщиков получить, – кивает соседка Нина Хромова. (Нина Ивановна в этот момент красит доски, которые пойдут на отделку крыши). – Нам-то еще повезло, а у других соседок, Антонины Беловой и Маши Максутовой, вообще все выгорело. Они даже документы не успели вынести.

А вот жительница многоэтажного дома, соседка погорельцев Александра Александровна Феофанова разочарована в страховке.

–  Да ну ее, эту страховку! Раз затопили, два затопили. Четыре раза меня заливали водой соседи. Дала мне соседка на ремонт немного денег. А страховщики ни копейки не заплатили. Вот когда, говорят, соседи откажутся платить, тогда мы вашим делом займемся.

Приезжали, посмотрели, составили акт – больше мы их не видели.

Погорельцу положено 5 тысяч рублей

Помимо страховки, у погорельца имеется и другой вариант – обратиться за помощью к государству. «В соответствии с законом «О социальной поддержке и социальном обслуживании отдельных категорий граждан во Владимирской области» погорельцам положено 5 тысяч рублей при наличии документов, подтверждающих расходы, – сообщила «Призыву» и.о. директора областного департамента соцзащиты Валентина Хицкова. – Также помощь оказывают органы местного самоуправления. Если это сельская местность, пострадавшим выделяют строительный лес. Плюс ко всему оказывает помощь областной фонд социальной поддержки. В областном центре есть городской фонд социальной поддержки населения».

В городском фонде социальной поддержки населения обозревателю «Призыва» сначала посоветовали обратиться в отдел по обращению граждан администрации г. Владимира. Оттуда потерпевший должен получить направление в фонд, где ему могут оказать единовременную материальную помощь в размере до 7 тысяч рублей. Это плюс к 5 тысячам рублей, которые положены погорельцам в любом случае. Здесь все зависит от материального положения семьи. Специальная комиссия рассматривает каждое заявление индивидуально. Если погорельцу негде жить, на местном уровне ему обязаны предоставить комнату в общежитии. Вот, по сути, и вся помощь.

Особняки торят себе огнем?

У владимирского музыканта Алексея Лебедева в ночь на 26 апреля сгорел частный дом по улице Гороховой, 10. Сгорело все, включая документы и бесценную коллекцию саксофонов. Сам хозяин еле успел выбраться живым и невредимым.

«Дом стоит в самом центре, поэтому кусочек, конечно, лакомый, – говорит Алексей. – Ко мне не раз обращались прилично одетые люди и просили продать землю. Я отвечал, что земля не продается».

Этот дом Алексей Лебедев приобрел больше десяти лет назад. Возраст постройки перевалил за вековой рубеж, поэтому страховщики были согласны страховать дом только на символическую сумму. Какой интерес платить за страховку около 5 тысяч рублей, чтобы в случае пожара получить 50 тысяч? Алексей подумал и отказался. Когда дознаватели предположили, что причиной пожара могла стать неисправная электропроводка, музыкант лишь улыбнулся. «Я по первому образованию электромонтер, как вы думаете, в каком состоянии у меня дома электропроводка?» Следствию предстоит выяснить, что же стало причиной пожара, но некоторые обстоятельства наводят на определенные размышления.

Во Владимире немало улочек в исторической части города, застроенных частными домами. Сквозь ряды «деревяшек» то тут, то там пробиваются богатые особняки. Земля здесь стоит немалых денег, зато ветхого жилья хоть отбавляй. Дома в центре горят часто. Поди, разберись – поджог или пожар.

Антонина Николаевна Петрова живет на улице Вознесенской, 16. Это двухэтажный дом:   низ –  каменный, верх – деревянный. Удобства на улице, даром что самый центр города.

«Случись пожар, по миру пойдешь, – сокрушается женщина. –   Живу на одну пенсию, ни мужа, ни детей. Мне идти некуда. Спаси Господи от пожара! А дома у нас горят регулярно. На Гончарной, Николо-Галейской, Княгининской. В чем причина, не знаю. Но страшно. Видите, сколько особняков понастроили?»

«В исторической части Владимира, где много частного сектора, нередки случаи самовозгорания из-за ветхой электропроводки, – говорит заместитель начальника испытательной пожарной лаборатории Сергей Живцов. – Там живут малообеспеченные люди, которым не по карману заменить проводку».

Специалисты лаборатории вместе с дознавателями обязательно выезжают на место пожара. Эксперты констатируют: возгорание произошло в результате человеческого фактора или всему виной технические причины. Это может быть короткое замыкание, попадание молнии, а иногда пожар могут спровоцировать солнечные лучи. Не исключены и поджоги.

В лаборатории избегают юридического термина «поджог», эксперты используют более корректное определение «умышленное занесение огня». По словам Сергея Живцова, в прошлом году из 250 исследований 25 процентов оказались с признаками поджога. Поджигают дома с помощью бензина или подкладывают бумагу.

Как рассказал Сергей Живцов, специалистам не составляет труда выявить на пепелище следы горючих веществ, а это один из признаков поджога. В распоряжении лаборатории имеется газоанализатор «Калион-1В», индикатор, который свидетельствует о следах горючего. Установка «Пресс» позволяет определить по углям очаг пожара. И это лишь малая часть технического оснащения.

– У нас есть рентгенофазовый анализ проводников, с помощью которого определяется содержание окиси меди, – говорит Сергей Александрович. – Если содержание этого химического вещества больше 2 процентов – это первичное образование (искусственное занесение огня), если меньше – то вторичное, не исключено, что пожар».

Горящую занавеску нужно сдернуть

«Вы не поверите, но сейчас даже в домах у бабушек появляются огнетушители! – уверяет меня инспектор отделения 1-го отряда Федеральной противопожарной службы Екатерина Лаптева. – Кое-какие положительные изменения есть, но до совершенства еще очень и очень далеко».

Разумеется, пожарные на этот счет иллюзий не питают. Ну, придет инспектор Госпожнадзора к той же бабушке-старушке. Выпишет ей предписание, укажет на недостатки, а дальше что? Все равно проблема с мертвой точки не сдвинется. Одинокий пожилой человек не сможет себе помочь. Это серьезнейшая проблема.

Зачастую пожары случаются из-за того, что люди не знают элементарных правил поведения при угрозе пожара.

Рассмотрим ситуацию. Лето, раскрыто окно, на плите варится борщ. В результате порыва ветра занавеска касается газовой конфорки. Ткань вспыхивает. Что при этом делает хозяйка? Мечется в панике, заполняет тару водой, драгоценное время упущено – полквартиры в огне. А всего-то нужно было сдернуть занавеску. Можно сбить пламя с помощью обычного одеяла, можно высыпать на пламя землю из цветочных горшков, достаточно эффективен в этом плане обычный стиральный порошок, но только не бытовая химия! Статистика показывает, что если в течение 40 минут человек не может самостоятельно сбить пламя, пожара не миновать. Нужно немедленно вызывать пожарных. Трехкомнатная квартира при благоприятных условиях горения (открытые окна и двери) может выгореть за 20 минут.

Что же делать, чтобы свести пожар к минимуму, особенно если вы проживаете в деревянном доме? Сергей Живцов посоветовал обработать деревянные покрытия огнеупорным составом. Это некое подобие огнеупорной краски.

Кстати, в прошлом году в регионе было отмечено снижение числа пожаров. По данным старшего инспектора отделения информации управления МЧС России по Владимирской области Анны Мининой, в 2009 году во Владимирской области было 2058 пожаров, что на 5,9 процента меньше по сравнению с 2008 годом – 2186 случаев возгорания соответственно. В областном цен т ре в 20 09 году было 219 пожаров. В 2009 году по сравнению с позапрошлым годом во Владимире также наблюдается снижение – 219 возгораний против 256. Случаются и поджоги, но крайне редко. Так, в прошлом году было всего два случая.

Основными причинами пожаров в области по итогам 2009 года стали неосторожное обращение с огнем (28,4%), нарушение правил устройства и эксплуатации электрооборудования и бытовых приборов (21%), печей (13,8%), неосторожность при курении (13,1%), поджоги (9,6%). Замыкают список такие факторы, как шалость детей с огнем (1,1%), нарушение правил противопожарной безопасности при сварочных работах (0,5%) и самовозгорания (0,2%).

Целая проблема – это возгорание сухой травы. Огонь перебрасывается на дома и хозпостройки, в результате сгорают чуть ли не целые деревни. В качестве профилактики специалисты советуют обкашивать прилегающие участки, чтобы не образовывался сухостой. Ну и строго-настрого запрещается жечь траву и бросать окурки. Одна неосторожная искра способна наделать большую беду. Недавно в Вязниковском районе из-за возгорания сухой травы пострадало сразу 13 домов.

Андрей Трохин

Просмотры: