Мой кот – и муза, и кормилец

Ирина Кузьменко не просто любит кошек - она умеет их готовить. Для приготовления одной кошки требуется печь, способная поддерживать температуру в 1200 градусов, немного фаянсовой глины и разноцветные...

Ирина Кузьменко не просто любит кошек – она умеет их готовить. Для приготовления одной кошки требуется печь, способная поддерживать температуру в 1200 градусов, немного фаянсовой глины и разноцветные краски…

Глиняный путь
– На последний День города я со своими работами встала на Пушкинском бульваре вместе с остальными мастерами, – рассказывает она, – я не очень часто это делаю, но тут захотелось пообщаться с людьми. А там такие крепкие тетеньки торгуют, очень недоверчивые к чужим; сначала они даже попытались меня отогнать. Потом оказалось, что один из торговцев коллекционирует моих котов. Так что передо мной даже извинились…
По специальности Ирина – педагог-живописец, но лепить из глины всегда нравилось ей больше, чем рисовать. После окончания Ивановского художественного училища в начале 90-х она ровно неделю проработала в частном училище в Суздале; там поняла, что не может и не хочет преподавать и уехала во Владимир. Здесь пошла на кирпичный завод и попросила: возьмите в гончарный цех, хоть уборщицей, лишь бы поближе к глине и печи для обжига. Но на завод Ирину не взяли, а отправили в Доброе, где тогда открылся первый в городе гончарный кооператив.
Ирина Кузьменко вспоминает: старое, страшное здание, вокруг грязища, во дворе – она в единственном плаще, зато белом и шикарном; смотрит по сторонам и видит – из верхнего окошка высовывается женщина и машет ей рукой. Потом Ирина спросила: как вы догадались, что я искала именно вас. Ей ответили: куда же еще могла идти девушка в таком виде? Так и познакомились.
В кооперативе работали несколько художников и гончаров. Там Кузьменко познакомилась с глазурями, обжигом и прочими тонкостями "глиняного ремесла". Первая работа – расписные керамические вазочки; а так как платили в кооперативе плохо, Ирина с коллегами по вечерам набивали этой продукцией сумки и сдавали ее в универмаг, в отдел сувениров. Китайских товаров "под династию Мин" тогда не было, и вазочки расходились влет. Тем и жили. Ровно год, потом кооператив развалился.
Но к этому времени Ирина уже поняла, что и одна сможет заниматься любимым делом. Она купила подержанную муфельную печку, поставила ее под стол на кухне и решила делать что-то свое. Первые фигурки продавала в стихийном "городке мастеров" у Козлова вала – еще до того, как местные власти решили выгнать оттуда художников и ремесленников. Именно тогда в ее жизни и появился Матвей.

Полосатый натурщик
Это был молодой сибирский кот, обитавший на первом этаже дома, в котором Ирина снимала квартиру. Он считался принадлежащим какой-то старушке. Художница решила, что кот – красивый и забавный и стала пускать его к себе в гости. Матвей оценил заботу, от бабушки ушел и почти переселился к соседке. Впрочем, прежней владелице достаточно быстро донесли об этом вероломстве и после короткого разговора кот был продан Ирине за символическую цену в рубль. Вместе они живут уже почти пятнадцать лет. Говорят, приблудный кот приносит счастье. В этом случае все так и получилось.
Именно Матвей стал моделью для всех ирининых керамических котов: больших и маленьких, валяющихся лапами вверх, играющих, затаившихся, нежничающих с котятами, умильно закатывающих глаза и т.д. "Он мне и муза, и кормилец", – улыбается художница. Правда, Матвей – дикого "камышового" окраса, а его многочисленные двойники обычно розовые в полосочку, голубые, лиловые: Ирине кажется, что так веселее. А еще недавно ее клиенты-коллекционеры спросили, почему среди котов "от Кузьменко" совсем нет рыжих. "А правда, почему бы и нет", – решила художница и сейчас работает над "осенней коллекцией".
Обычно керамические фигурки делают, заливая жидкую глину в специально подготовленные формы. Но Ирина Кузьменко лепит каждого кота вручную. Даже с "набитой рукой" это требует не менее получаса. Еще час уходит на роспись тоненькой кисточкой. Среди ирининых котов самые большие – длиной с мизинец, а остальные и того меньше, с полпальца ("Есть мастера малых форм, а я – мельчайших", – комментирует автор). Если другие ее фигурки – слоники или черепашки – часто очень похожи друг на друга, то двух одинаковых котов не встретишь. Потому что черепашки – "по расчету", а коты – по любви. Кстати, авторский стиль Кузьменко вполне узнаваем, и его даже попытались подделывать.
"Я знаю, что были попытки лепить таких же котов, как у меня, – говорит керамистка, – но из этого ничего не получилось". И правильно, настоящую любовь не скопируешь.

Новый год – новый кот
Может быть, как раз из-за того, что любовь – это из одной песни, а работа – из другой, у Ирины Кузьменко не получается лепить животных по заказу. Несколько раз клиенты просили сделать фигурки котов с собственных усатых-полосатых любимцев, но не вышло: автор очень волновалась, выйдет ли похоже и понравится ли результат, а потому решила вообще отказаться от "работы по заявкам". Только один раз сделала исключение для друга-собачника, который захотел на день рождения фигурку своего лабрадора-ретривера.
Правда, среди работ Кузьменко есть другие собаки, которые "просто так". Но такой народной любовью, как коты, они не пользуются. Единственное исключение – таксы. Оказывается, в Москве, куда Ирина сдает большинство своих произведений, полно "таксоманов" – коллекционеров, которые собирают фигурки исключительно этой собачьей породы. А во Владимире у покупателей на втором после кошек месте – слоны. Видимо, многие верят, что такая фигурка в доме обеспечит благополучие.
А еще каждый год, ближе к зиме, керамистка задумывает очередную коллекцию символов наступающего года. Так, на год Крысы она делала серию миниатюрных крысят, каждый – не больше ногтя. Любимые "китайские покровители" Ирины – Кролик, Лошадь, Собака, потому что здесь можно вволю пофантазировать. А нелюбимый – Дракон: "Какой-то он не наш. Я его не понимаю и не чувствую; делаю, но без всякого удовольствия. Еще не люблю, когда подходит год Змеи – ну веревка и веревка, ничего такого с ней не придумаешь".
Между прочим, год Кролика еще называют годом Кота, но "новогодней" серии, посвященной любимому животному, у керамистки нет и, наверное, не будет. "Потому что кот – круглый год, а на праздник пусть будет разнообразие", – размышляет она и рисует наброски смешных лопоухих зайцев. А следующий год будет годом Тигра – и полосатых хищников Ирина обещает тоже сделать совершенно непохожими на своих традиционных кошек. Но и новые коты обязательно появятся, куда же без них.
Вообще-то Ирина Кузьменко верит, что ее фигурки не попадают к случайным людям, которым без разницы, что за сувенир покупать. В среде художников есть поверье, что каждая с душой сделанная вещь сама ищет себе владельца. А потом приносит ему удачу.

Какими были мокродырики?
Впрочем, одними зверушками – даже обожаемыми котами – художник доволен не будет. "Для души" Ирина делает так называемые "пласты": керамические миниатюры, которые время от времени выставляет во Владимире, Ярославле, Москве. На всероссийскую выставку, посвященную юбилею первопечатника Ивана Федорова, взяли сразу три ее работы, пласты, сделанные по мотивам рисунков-буквиц, с которых начинались главы в старинных книгах – с диковинными зверями и экзотическими птицами. Кроме того, не так давно в издательстве Ковзуна малым тиражом выпустили сборник гравюр Владимира Рузина "Морские раковины". Ирину попросили оформить обложку: сделать серию миниатюр на водную тему. Сейчас один из экземпляров этого сборника находится в столичной Пушкинской библиотеке, в отделе редких книг. А Кузьменко уже думает над следующим заказом – оформлением обложки рузинских гравюр о зимнем Владимире.
Еще она задумывает новую серию фигурок – на этот раз человеческих. Ирину привлекает тема старых народных мифов и примет. Дело в том, что у каждого дня в году существует свой покровитель, какая-нибудь Анна-сеногнойка или Никодим-водник. Даже поговорки есть, типа "пришел Федул – тепляк подул". Ирина пытается представить всех этих Федулов и сеногноек. "Вот, например, есть такие персонажи – Кирики-мокродырики, – говорит она, – мне очень хочется воплотить в глине такие вот существа, придумать им облик и характер. Работаю потихоньку – на это пока не хватает времени; и ничего еще не показываю – они пока далеки от совершенства".

Валентина КУДРЯВЦЕВА

Нашли опечатку? Выделите её мышкой и нажмите Ctrl+Enter. Система Orphus

Размещено в рубрике