“Призыв” заглянул в душу музея. Она была прекрасна

Войдя в кабинет к главному хранителю Владимиро-Суздальского музея-заповедника, мы застаем окончание любопытного разговора по телефону.

Войдя в кабинет к главному хранителю Владимиро-Суздальского музея-заповедника, мы застаем окончание любопытного разговора по телефону.
– Ну и что: вы хотите, чтобы мы купили ваши самовары? – говорит кому-то в трубку Ольга Петрова.
– Как интересно, – переглядываемся мы. – Только вошли, и уже застали торг.

У предмета должна быть легенда
– Подобные звонки раздаются довольно часто, – поясняет суть переговоров главный хранитель музея-заповедника и заместитель председателя экспертно-фондовой закупочной комиссии Ольга Петрова. – У людей еще сохранились старые вещи, интересные фотографии. Им кажется, что они обладают чем-то необыкновенным, что поможет им поправить финансовое положение. Что поделать – время такое. Мы живем по законам рынка.
Как выясняется из дальнейшего разговора, предмет в фонды музея попадает далеко не случайно. Сначала он выдерживает экзамен перед экспертно-фондовой закупочной комиссией, которая коллегиально принимает решение – быть ему в коллекции или не быть.
Прежде всего вещь должна работать как музейный экспонат, то есть обладать, во-первых, исторической и художественной ценностью, во-вторых, легендой. Немаловажное значение имеют сохранность и подлинность.
– Двадцать пятый самовар для уже сложившейся музейной коллекции мы, конечно, можем купить, – продолжает Ольга Петрова. – Но у него должна быть необыкновенная, причем подтвержденная, история.
Недавно якобы пра-внучка повара Льва Толстого предложила музею 2 предмета из фарфорового чайного сервиза (чайничек и тарелку), вывезенного в свое время из Ясной Поляны. Сами вещи весьма банальны. Ценна в них только красивая легенда. Но, как оказалось, подтвердить ее документально пока невозможно.

Книга судеб
– Сенсаций у нас не бывает, – намеренно старается разочаровать настырных журналистов Ольга Петрова. – Учет и хранение музейных фондов, которые насчитывают сегодня полмиллиона предметов, – бумажная, неинтересная работа.
Но чем дальше, тем больше мы убеждаемся, что без этой рутины музей невозможен, а Ольга Васильевна "свои галеры" очень даже любит. В 17 лет, после окончания школы, ее привел в музей отец, научный сотрудник отдела истории советского периода, а первое поручение, которое она выполняла в качестве техника отдела фондов после окончания истфака владимирского пединститута в 1979 году (можно праздновать юбилей профессиональной деятельности!), – уточнение данных в главной инвентарной книге – сокращенно ГИК.
– Эта любимая и бережно хранимая книга писалась в 40-е годы, – Ольга Петрова с особым чувством поглаживает желтые и выгнувшиеся от старости листы амбарной книги. – Здесь сосредоточены судьбы музейных предметов.
Главный учетный документ, насчитывающий уже больше сотни томов, прошит специальным шнурком, запечатан тремя печатями и запрещен к выносу из здания. Хранится он в несгораемых шкафах и до сих пор заполняется перьевыми ручками. Такова инструкция, которую никто не отменял, хотя давно есть компьютер и автоматизированные программы для хранения баз данных.
Чернила для записей историй предметов используются фиолетовые и красные. Красными вносятся поправки. Иногда вещь куда-то передается, иногда разрушается, и тогда на основании приказа Министерства культуры в ГИК "разборчивым почерком" вносятся уточнения.
– За каждым предметом стоят бумажка и такие прозаические вещи, как акт приема, договор купли-продажи, договор дарения, – по-родственному похлопывает по корешку "книгу судеб" главный хранитель музея. – Предметы, принимаемые в государственный музейный фонд, становятся государственной собственностью. Государство обязуется эти предметы вечно хранить, изучать, реставрировать и показывать.

Антиквары – друзья музея
В течение года в музей поступает около тысячи предметов. Приходят они сюда разными путями. Один из них описан выше. Второй – антикварные магазины.
– Мы находимся в дружеских отношениях с владимирскими антикварами, – рассказывает Ольга Петрова. – Я очень рада, что среди них есть люди, разбирающиеся в особенностях музейной работы.
Бывший музейщик, а ныне бизнесмен Сергей Богатырев знает не понаслышке, что вещи, имеющие невысокую коммерческую стоимость, могут быть бесценны для музея. В его магазине музей недавно приобрел кузнецовский сервиз. Уникальность экспоната в том, что фарфоровый сервиз дошел до нас в полном составе и замечательной сохранности.
Антиквар Иван Голов предложил купить музею "Каталог садового заведения Владимира Семеновича Храповицкого", осень 1912 – весна 1913 года, выпуск 7, выпущенный владимирским издательством некоего Койля. На маленькой брошюрке размерами 17 на 12 сантиметров, рваненькой, тонкой, в запачканном переплете, невозможно "заработать", но для музея она представляет чрезвычайный интерес. Экспозиции "История дворянства" не хватало именно этого предмета.
– То, что книжку нужно было приобретать, никаких сомнений не вызывало, – подытоживает главный хранитель музея. – Экспонаты, которыми мы уже располагаем, показывают быт владельца усадьбы, но не дают представления о поместье как о хорошо развитом капиталистическом хозяйстве. С одной стороны, книжка – хорошее отражение экономической деятельности Храповицкого. С другой – прекрасный экспонат для выставочной работы. С третьей – образец печатной продукции одного из издательств Владимира, что нам как владимирскому музею тоже небезразлично.

Восполнение лакун
Все музейное собрание систематизировано в 38 коллекций. В Суздале размещены коллекции тканей, металла, иконописи, дерева, во Владимире – коллекции лаковой миниатюры, живописи и редкой книги, в Гусь-Хрустальном – стекла. За каждой коллекцией наблюдает научный сотрудник, хранитель музейной коллекции, который, как говорит Ольга Петрова, "для нее и мать, и отец".
Хранитель коллекции знает состав музейного фонда и представляет, какими предметами можно восполнить лакуны в типологических рядах имеющихся в музее предметов. Поиск ведется постоянно. Музейщики для получения или подтверждения нужной информации даже заглядывают на антикварные интернет-сайты, но никогда ничего там не приобретают. Для государственного учреждения предлагаемые там предметы недоступны.

Режимная зона
– Наша основная задача – сохранить то, что уже находится в фондах музея, – подчеркивает Ольга Петрова. – Для этого должны быть созданы все условия. В последнее время у нас, наконец, появилась возможность профессионально и целенаправленно заниматься переоборудованием фондохранилищ.
Главный хранитель ведет нас в святая святых – запасники музея. Здесь всюду кодовые замки, тяжелые металлические двери, решетки, особая система оповещения охранной и пожарной сигнализации. Фонды – это закрытые помещения, где ступала нога не каждого музейного сотрудника, не говоря уже о ногах таких случайных людей, как мы. Фонды для произведений искусства – зона строгого режима.
– Фонды – это душа музея, – неожиданно и весьма поэтично заявляет Ольга Петрова и вводит нас в небольшую комнатку отдела археологии. – Здесь хранится треть предметов всего музейного собрания.
Хранилище владимирской живописи тоже полностью переоборудовано. Здесь установлены замечательные финские мобильные стеллажи-сетки, на которых теперь можно развесить произведения одного автора и соблюсти научную систематизацию. Это важно и для работы, и для реставрационного просмотра. Как в цветном сне, перед нашими глазами "всего" Кокурина последовательно сменяют Юкин, Бритов, Мокров. Огромные стеллажи легким усилием передвигает по направляющим хрупкая сотрудница фондохранилища.
Оказывается, сложнее всего хранить и реставрировать вещи из музея самодеятельного творчества: предмет, выполненный по индивидуальной технологии, требует индивидуального подхода. Профессионалы, по словам Ольга Петровой, всегда работают качественно.

Где посмотреть
Практически все из последних приобретений музея сразу, как говорят музейщики, "публикуется". Кузнецовский сервиз в компании с посудной горкой и футляром для карт уже украшает экспозицию "История города Суздаля". Книга на пальмовых листьях интригует посетителей своими загадочными письменами в отдельной витрине экспозиции "Рождение книги" детского музейного центра. Металлический столик-подставка "геридон" в стиле ампир представлен в экспозиции "Минувших дней очарованье".
– В запасниках пока находятся графические и живописные произведения владимирских художников, – уточняет Ольга Петрова. – Новые приобретения мы делали, чтобы восполнить лакуны в имеющейся коллекции.

Ольга РОМАНОВА
Фото А. Кротова

Нашли опечатку? Выделите её мышкой и нажмите Ctrl+Enter. Система Orphus

Размещено в рубрике