встреча для вас

Андрей Малахов: Жизнь телеведущего в эфире недолговечна

Телезвезда Первого канала не собирается заигрывать со зрителями из российской провинции

Одни говорят – он жеманничает. Другие – он энергичен. Одни говорят – он манерничает. Другие – он элегантен. Одни говорят – он самовлюблен. Другие – он привлекает зрителей.

В детстве он был вундеркиндом: начал читать в полтора года, в два уже участвовал в показательных выступлениях на табуретке посреди комнаты, цитируя наизусть Есенина.

На ТВ его привел не счастливый случай, а образование и специальность. В США он работал в телекомпании "Парамаунт" и выиграл в Америке суд без адвоката.

– Я захотел научиться водить машину. И, заплатив за обучение, пришел на первое занятие. Преподаватель сразу же дала всем студентам понять, что собственно вождению их никто учить не будет. В программу входили лишь корректировка навыков вождения, изучение правил движения и что-то еще. Тогда я указал ей на объявление о наборе слушателей, в котором было сказано, что нас научат водить автомобиль. Не получив удовлетворительного ответа на мой вопрос о шансах на обучение, я подал в суд иск на сумму, вдвое превышающую стоимость курсов.

На суде ответчик со своим адвокатом пытались обязать меня нанять адвоката согласно законодательству. Если кто-либо из судящихся пользуется услугами защитника, то и оппонент обязан сделать то же. Я понимал, что нанимать адвоката если не бессмысленно, то безответственно – цена часа его работы была недалека от общей суммы иска.

Я попросил разрешения у судьи прийти на следующее заседание с тележурналистами. Это было во время моей стажировки в телекомпании "Парамаунт". И пообещал, что устрою им шоу.

– И устроил?

– Не прошло и двух дней, как мне позвонили из компании, занимающейся обучением вождению, и попросили о встрече. Я пришел, и мне с ходу предложили поторговаться за "мировую". Выторговав сумму, близкую к иску, я забрал свое заявление. Это еще раз подтверждает, что СМИ – четвертая власть в государстве. Во всяком случае – в США.

– Андрей, ты помнишь, как первый раз выходил в эфир?

– Первый раз не может быть хорошо. Была очень тщательная подготовка: придумали новую заставку, принесли новую мебель, поставили новые декорации. Хотелось создать что-то свое, переменить образ, а получилось очень по-детски. Я выглядел этаким мальчиком-пионером.

– Один старый учитель высказал парадоксальное суждение: "Когда я первый раз пришел на урок, ничего не боялся, потому что не знал, как надо…"

– Я тоже не знаю, как надо. Меня преследует не страх перед эфиром, а разочарование во время эфира. Я всякий раз ужасно недоволен собой.

– Работа для тебя на первом месте?

– Безусловно. Работа и учеба. Я заканчиваю юрфак в Российском государственном гуманитарном университете. Так я пытаюсь структурировать свою жизнь. В жизни не хватает двух вещей: времени и собранности. Приходят выходные, и не можешь понять, что это выходные. Я к ним не подготовлен. Если строишь какие-то планы, они почему-то слетают. И что остается? Работа, университет, спортзал.

– Телевидение существует в виртуальном мире. Как этот мир связан с реальностью?

– Есть люди, наблюдающие мир из окна своего кабинета или из окна машины. Им этот мир кажется интересным. Им кажется, что именно этот мир должен отражать телевидение. Но вот как-то еду в метро, встречаю своего начальника, спрашиваю у него: "Вы-то как здесь оказались, у вас же своя машина?" Он отвечает: "А я жизнь наблюдаю".

– Труд телевизионных профессионалов и не только обращен к одному и тому же зрителю. Насколько отвечает этот труд потребностям зрителей, живущих за сто и больше километров от Москвы?

– Если мы станем заигрывать со зрителями, живущими далеко от Москвы, то будем показывать только программы типа "Играй, гармонь любимая!" и "Советы садоводам и огородникам". По большому счету, людям интересно лишь то, что происходит в их микрорайоне. Для этого они должны слушать местные новости и читать местные газеты. Я знаю множество людей, которые вообще не включают телевизор и никак не ущемлены в этой жизни.

Что вы пропустите, если не посмотрите телевизор неделю? Пару терактов, пару спортивных достижений и две-три отставки неизвестных вам людей.

– А что ты потеряешь, если перестанешь выходить в эфир?

– У нас нет звезд, в которых вкладывают миллионы и которые светят вечно. У нас могут вкладывать деньги в звезд, но потом их увольняют. Я, кстати, к этому готов. Завтра, скажем, придут новые люди, и мне скажут: ты уволен. Зная, насколько недолговечна жизнь ведущего в эфире, я и решил окончить юрфак.

– ТВ отнимает массу времени, а учеба – это зубрежка, зубрежка и зубрежка. Ты вообще спишь когда-нибудь?

– Какой сон! После ТВ и учебы занимаюсь квартирой, которую недавно приобрел и никак не могу привести в порядок.

– Чей профессиональный опыт оказался для тебя значимым?

– Если говорить о профессиях, то, конечно, это режиссер Андрей Плахов. Безусловно, Михаил Осокин. Назову также Елену Миронову. Одни ее боготворили, другие ругали. Мне кажется, это неотъемлемое качество звезды – к ней не может быть среднего отношения. Татьяна Веденеева – у нее всегда был свой почерк…

Ведущий "Большой стирки" умеет вести непринужденную беседу, приправляя ее тонким цинизмом, приятен внешне. Он стильно одевается, носит очки, соблюдает пост, предпочитает здоровый образ жизни и спорт.

Михаил КОСТАКОВ,
заслуженный работник
культуры России.

Фото из архива редакции.

Москва – Владимир.

Из досье "призыва"

Будущий ведущий "Большой стирки" родился в городе Апатиты Мурманской области в 1972 году. Окончил школу с серебряной медалью. Поступил на журфак МГУ, закончил его с красным дипломом, стажировался в США. После возвращения в Россию работал на полставки корреспондентом ОРТ. Случайно, за отсутствием ведущих (все были в отпусках), его поставили в эфир. С тех пор был многолетним ведущим программы "Доброе утро", последние 2 года ведет "Большую стирку".

Нашли опечатку? Выделите её мышкой и нажмите Ctrl+Enter. Система Orphus

Размещено в рубрике