Владимирский ОМОН – 10 лет риска

В минувшую субботу Владимирский ОМОН - отряд милиции особого назначения - отметил свое 10-летие. А уже на следующий день ребята уехали в очередную боевую командировку в Чечню.

Мужская работа

Владимирскому ОМОНу – 10 лет.

В честь юбилея в здании нашего ОМОНа открыли мемориальную стелу в память о погибших коллегах. Живым вручали боевые награды. А на следующий день, 13 апреля, большинство ребят подразделения вновь отправились в боевую командировку на Кавказ.

Война в Чечне совпала с рождением нашего ОМОНа. Служба у ребят все эти годы – регулярные командировки на войну. Из-за этих длительных смертельно опасных отлучек и уходят из ОМОНа ребята. Даже за неплохие деньги не хочется рисковать жизнью и семейным благополучием.

После этих командировок ребятам требуется психологическая реабилитация, хотя, набирая в ОМОН, учитывают и физическую, и психическую выносливость. Несмотря на то, что война как бы уже закончена, сказывается стресс: ощущение опасности, ожидание удара в спину.

В 2000 году погиб Николай Гриценко. Ночью нес вахту на блокпосту на окраине села Шалажи Урус-Мартановского района. Окраина – горы и лес. В полночь тишину разорвал выстрел гранатомета. На Николая пришелся главный удар. Его товарищ Сергей Рыбаков был контужен. Их немедленно эвакуировали из-под обстрела. Однако Николая спасти не смогли. Парню было чуть больше 20.

Сразу после обстрела прибыл глава местной администрации с охраной. В полной боевой готовности. "Днем, – говорят омоновцы, – чеченцы вроде бы свои, а ночью кто их знает? Могут выстрелить и тут же прибежать сочувствовать".

Госдума приняла закон о реабилитации боевиков, которые не замечены в преступлениях. Но ведь боевики – не грибники. Они все эти годы не гербарии собирали, а убивали, грабили, похищали людей, минировали и подрывали.

Бывший полевой командир Кадыров, нынешний глава Чечни, пошел еще дальше. Предложил не только выпустить из тюрем всех боевиков, но и дать им в руки оружие, сделать из них официальных стражей порядка.

Нашим парням предлагают служить и сотрудничать фактически с теми, кто стрелял и взрывал их товарищей. Для бойцов Владимирского ОМОНа все просто – вот друг, а вот – враг. Политические игрища с логикой солдат слабо совмещаются.

Два владимирских омоновца погибли на радиоуправляемой мине. В начале июня прошлого года подполковник Игорь Фадеев и прапорщик Николай Романов ехали на "Урале" из Грозного в место постоянной дислокации. Подорвались. У Игоря осиротели жена и ребенок. У Николая – уже взрослый сын. Сейчас он пошел по стопам отца, служит в этом же подразделении. В субботу Виталий Николаевич уехал в Чечню.

Один из бойцов Владимирского ОМОНа, психолог отряда Максим Прохоренков рассказывает о своей первой командировке в мятежную республику.

– В 1994 году это было. Приехали, поставили несколько блокпостов. Кругом поле (мы его называли Куликовым). По нему полукругом – дорога с блокпостами, а в центре чеченский поселок Самашки.

Сереге Ковалеву приказали перегнать из Грозного на блокпост, где располагалось командование части, машину "Урал". Он благополучно доехал, сдал технику. Там ему начальство предложило остаться у них при этой машине водителем. Он отказался. Сказал: "Нет. Я со своими ребятами приехал, с ними и уеду."

А на обратном пути к нам его машину подорвали. Дорога хорошо просматривалась, и мы видели, как вдруг поднялся столб дыма. Не знали только, что там наш Серега.

Он получил ранение позвоночника, но выжил. Его перевязали и погрузили в машину, чтобы эвакуировать в санчасть. А через несколько минут и эта машина была подорвана. Вдобавок к полученным ранам Серега получил новые. Но чудом выжил и после лечения вновь встал в строй.

Самыми тяжелыми были первые командировки. Не обустроены, кругом война. На блокпостах вода привозная была. На умывание нам доставалось по стакану на день.

Это уж потом обжились. Сравнить, как воюют американцы и мы, – это небо и земля. У них техника и тыловая служба работают. Нас же выбрасывают в чистое поле, как хочешь – так и выживай. Крохотная землянка – 1,5 на 3 метра. Набивалось в нее человек восемь. Слава Богу, хоть доски были постелены. Спали на боку, на счет "три-четыре" вместе переворачивались.

Летом 2000 года мы жили в бывшей силосной яме. Потом сделали капитальные землянки, столовую, кухню, смотровую вышку, штаб и баню. Мы теперь куда ни приезжаем, в первую очередь баню строим. Сейчас для нас Чечня – дом родной.

Зимой этого года в Ачхой-Мартановском районе у Лермонтов-Юрта на блокпосту случай был. Подъехали несколько чеченцев в милицейской форме. Вели себя уверенно. Однако что-то насторожило. Сержант милиции Алик Мещеряков их решил проверить. Компьютер выдал: эти господа давным-давно в федеральном розыске числятся.

Все-таки нам нравится наша работа. Интересная и чисто мужская.

Галина ПОЗДНИКОВА.

Фото Рудольфа НОВИКОВА и из архива
Владимирского ОМОНа.

г.Владимир.

Нашли опечатку? Выделите её мышкой и нажмите Ctrl+Enter. Система Orphus

Размещено в рубрике