18+

Дворцовые земли Владимирского уезда – черная кошка в темной комнате?

Кто из царей разбазаривал госимущество, и при чем тут пожар
Когда -то по речке Нерехта, что в Ковровском районе, проходила граница между Стародубским и Владимирским княжествами. О первом – в архиве документов сохранилось предостаточно, а вот о втором – совсем мало. Виноват ли в этом московский пожар XVII века, или причина в щедром раздаривании казенных земель?  Попробуем разобраться…
Великий пожар

В начале 1649 года, 370 лет назад, общероссийский Земский Собор принял новое Уложение — Кодекс законов тогдашнего Московского царства, который действовал вплоть до разработки нашим земляком, графом Михаилом Сперанским, нового Свода Законов в 1832 году. Любопытная деталь Соборного Уложения 1649 года — все документы там делятся на допожарные и послепожарные.

Принятие Уложения 1649 года на Земском Соборе

Подобная мера была вынужденной, так как в мае 1626 года Москву опустошил страшный пожар, которого прежде не бывало даже в пору Великой Смуты.

Пожар в Москве в 1626 году. Реконструкция

Как писали очевидцы, «на Москве в Китае городе горело: церкви Божии и царский двор, и все палаты, и дворы, и казны царския згорело безчисленно много». Кроме того, «загорелося на Москве городе Китае между Варварской улицей и Ильинской… от того же пожару выгорело все без остатка: дворы и ряды и лавки каменные и полаты и церкви деревянные и каменные, и лавки, в городе кровля и зубцы. И от того же пожару загорелось на высокой на каменной церкви лоб под железом… и от того лба  загорелося на городе на Кремле кровля,  и перекинулся з города огонь в Кремль… И не бывал такой пожар над Московским государством николи». Именно тогда огонь уничтожил значительную часть государственных архивов, навсегда скрыв от нас множество уникальных документов по отечественной истории. И так получилось, что, начиная с XVI столетия и еще глубже вдаль веков, прошлое отдельных сел и деревень нашего Владимирского края во многом покрыто мраком неизвестности, причем, вплоть до сегодняшнего дня.

Подьячие спасли не тот шкаф?

Так сложилось, что, к примеру, о прошлом селений старого дореформенного Суздальского уезда известно гораздо больше, чем о селах и деревнях соседнего Владимирского уезда. Например, история многих населенных пунктов бывшего Стародубского княжества, а позже Стародубского или Стародубо-Ряполовского стана Суздальского уезда, уходит не только в XVI, но и в XV, а порой даже в XIV столетия. Скажем, про деревню Смехра нынешнего Ковровского района имеется грамота еще 1390-х гг., а про село Усолье Камешковского района — примерно 1450-х гг. Относительно сел бывшего Суздальского княжества на Нерли и в ее окрестностях уцелело немало грамот и иных документов XIV и XV веков, не говоря уже про более позднее время.

А вот если взять пределы бывшего великого княжества Владимирского, то тут, по большей части, как отрезало: по многим селениям первые уцелевшие до нас сведения относятся к 1620-м гг., когда правительство Михаила Федоровича — первого царя из династии Романовых – организовало всеобщую перепись городов и весей, уцелевших, или, наоборот, запустевших после погрома Великой Смуты, гражданской войны и интервенции.

Вот, например, невеликая речка Нерехта — правый приток Клязьмы, текущая в нынешнем Ковровском районе. Сегодня она ничем особенным непримечательна. Течет себе и течет, петляет среди лесов и полей.

Река Нерехта — в старину граница между великим княжеством Владимирским и Стародубским княжеством (позже до 1778 года — между Владимирским и Суздальским уездами)

А вот в старину это была не просто речушка с быстрым течением и холодной родниковой водой, а пограничный рубеж между прежним великим княжеством Владимирским и княжеством Стародубским. И любопытная деталь — о стародубском правобережье Нерехты известно немало, во всяком случае, за XVI век. А вот о ее владимирском левобережье мы знаем значительно меньше.

Дальний берег Нерехты — владимирский. Ближний — стародубский

Почему так? Потому что старые архивы сгорели в страшном московском пожаре 1626 года, не пощадившем Кремль и Китай-город? Но почему про историю левого берега Нерехты известно намного больше, чем о прошлом правого берега? Или же архивные документы по совпадению оказались уничтоженными именно по данной территории?

Так и видится, как пожар подбирается к средневековому царскому архивохранилищу. Огнем занимается шкаф, где сберегаются грамоты по селам и деревням владимирских пределов на левобережье Нерехты. Рядом стоит другой шкаф с такими же грамотами по правому берегу той же реки. Еще немного, и пламя уничтожит и его. Но тут бравые молодцы-подьячие отважно бросаются почти прямо в огонь и героически выносят второй шкаф со всем его содержимым прямо из пекла. Благодаря этому документы по стародубским селам уцелели. А вот материалы по владимирским селениям погибли безвозвратно…

Может, оно так и было в действительности? Кто знает…

«Так никаких волостей не напасешься!»

Но вот сопоставление источников уже первой четверти XVII столетия по пресловутому правому берегу Нерехты и иным восточным пределам бывшего великого княжества Владимирского показывает любопытную закономерность. Значительная часть тамошних сел была пожалована в вотчины разным владельцам московскими царями Василием Шуйским и Михаилом Романовым. Кстати, крылатая фраза киношного князя Милославского из известной комедии Леонида Гайдая «Иван Васильевич меняет профессию» «Да ты что, царская морда, сукин сын, самозванец, казенные земли разбазариваешь?! Так никаких волостей не напасешься!», адресованная и. о. царя Ивана Грозного, звучит явно не по адресу. Царь Иван Грозный дворцовые (казенных тогда просто не было) земли не разбазаривал, а лишь приумножал.

«Да ты что, царская морда, сукин сын, самозванец, казенные земли разбазариваешь?!» Кадр из кинокомедии Л. Гайдая

А вот его преемники преуспели как раз в их массовой раздаче.

Так, Василий Шуйский в 1608 году пожаловал Дементию Танееву пустошь Маринино старого Владимирского уезда на левобережье Нерехты, где последний устроил усадьбу, при которой затем возникло село Маринино, ныне известное своим музеем.

Царь Василий Иванович Шуйский

Село Маринино

Расположенное сравнительно недалеко от Маринино большое село Милиново Владимирского уезда, потом бывшее центром обширной волости, примерно в то же время получил в вотчину князь Василий Александрович Прозоровский, женатый на княжне Аграфене Ивановне Шуйской — сестре царя Василия Шуйского. Село Великово, что в Медушах, на левом берегу Нерехты, в начале XVII века получили в вотчину родственники царя Василия Шуйского князья Бахтеяровы-Ростовские.

Село Милиново

Подобных примеров можно привести немало. Причем не только в окрестностях Нерехты. Так, в нынешнем Петушинском районе (а в прежнем дореформенном Владимирском уезде) в 1624 году царь Михаил Федорович пожаловал сельцо Ивановское на реке Вольге князю Семену Васильевичу Прозоровскому, потомкам которого оно принадлежало вплоть до 1917-го.

Царь Михаил Федорович Романов

Сегодня это село Иваново. Про него, кстати, известно, что до 1624 года оно являлось дворцовым, то есть имением царской фамилии. А годом ранее, в 1623-м, тот же царь Михаил пожаловал в вотчинное владение дьяку Ивану Грязеву слободку Судогду (что позже стала городом) с окрестными деревнями за усмирение мятежных ногайских мурз.

Село Ивановское-Прозоровских

 Владимирский уезд был дворцовым государевым имением

По всей видимости, все вышеперечисленные села до их пожалования частным владельцам тоже являлись дворцовыми. Иначе как царь мог их жаловать в вотчины? Если бы у кого другого отобрал, то это бы нашло отражение в источниках, да и отбирали имения достаточно редко. А если все эти села были дворцовыми, то есть царскими, не объясняет ли данное обстоятельство скудость нашей информации о значительной части старого Владимирского уезда?

По большей части это территория прежнего великого княжества Владимирского, которое стало царским владением. В царских имениях не было вотчинников, составлявших различные грамоты — духовные, дарственные, межевые и прочие, то есть все те документы, с которыми сегодня и имеют дело историки. А если нет документов, то нет и сведений.

То, что большая территория к западу от Нерехты и нынешнего города Коврова в бывшем Владимирском уезде являлась дворцовым (государевым) владением, подтверждает и пожалование Иваном Грозным в 1544 году большой Плесецкой волости с центром в селе Плесец (ныне большая часть Малыгинского поселения Ковровского района) Нижегородскому Печорскому монастырю.

Село Плесец

Тот же Иван Грозный пожаловал Троице-Сергиеву монастырю село Картмазово (ныне Судогодского района) с окрестными деревнями, расположенное по соседству с Милиново. Во Владимирский уезд входила и обширная Ярополческая волость (в пределах нынешнего Вязниковского района), которую в 1609 году царь Василий Шуйский пожаловал князю Федору Ивановичу Мстиславскому.

Село Картмазово

Так что, скорее всего, отсутствие информации о многих владимирских селениях до XVI столетия обусловлено не тем, что в Москве во время пожара 1626 года спасли не тот шкаф со старыми грамотами, а принадлежностью данных владений к дворцовым, то есть государевым имениям. И лишь после того, как их почти все раздали частным лицам или монастырям, отложились многочисленные письменные источники, которые облегчили жизнь историкам.

А попытки отыскать иных владельцев многих владимирских сел и деревень в «досмутные» времена напоминают поиски черной кошки в темной комнате, которой там к тому же и нет!

Николай Фролов

Обсуждение

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Ваше имя (обязательно)

Как с вами связаться? (обязательно)

Сообщение