18+

Ковровский купец построил владимирские «Палаты»

Представитель торгового рода судился даже с губернатором

Здание бывших присутственных мест (или, как его еще называют, «Палаты) в историческом центре Владимира, между Успенским и Дмитриевским собором, известно каждому владимирцу и большинству жителей 33-го региона. Между тем этот памятник архитектуры напоминает и о человеке, под руководством которого он был построен.

Фото: vladimir.go2all.ru

 Это купец Федор Федотович Шаганов —глава крупной строительной фирмы конца XVIII – начала XIX веков, старозаветный купец почти как из пьес Островского, потомок легендарного ковровского рода. Достаточно сказать, что его сын Илья Федорович, тоже купец, трижды избирался ковровским мэром и встречал императора Николая I. Внук Николай Ильич, откупщик и литератор, скандальной женитьбой с увозом невесты — дворянской дочки стал сюжетом для известного романса на стихи С. Рыскина «Отрада» («Живет моя отрада в высоком терему…»).

Николай Ильич Шаганов — внук Федора Федотовича Шаганова

А правнук Вячеслав Николаевич стал революционером-народовольцем — другом Каракозова, Чернышевского и Короленко, причем вместе с Чернышевским отбывал сибирскую ссылку.

Вячеслав Николаевич Шаганов

Сын последнего Григорий Шаганов в составе одного их гусарских полков воевал на фронтах Первой мировой и был ранен. К этому же роду относится известный столичный поэт-песенник Александр Шаганов, чьи песни исполняют всевозможные звезды. В целом шагановская семейная хроника запросто потянула бы на сюжет романа-эпопеи с хронологическим периодом в два с лишним столетия.

Александр Алексеевич Шаганов

По материалам Российского государственного архива древних актов родоначальником Шагановых является крестьянин монастырского села Коврово Юрий Григорьев (то есть Григорьевич, тогда еще без фамилии), впервые упоминающийся в документах в 1646 году. Его внук Степан Большой Никитич Шаганов, живший в царствование Петра Великого, имел прозвание Шаган, а правнуки Федор и Алексей Степановичи, родившиеся, соответственно, в 1706 и 1711 гг., уже носили фамилию Шагановых. Из них Федор Степанович Шаганов в 1730-е и 1740-е гг. занимал пост старосты села Коврово, а в 1764 году значился одним из четырех ковровских «лучших крестьян», то есть наиболее зажиточных. Скончался он в 1774 году в 68-летнем возрасте. Его младший брат Алексей Степанович Шаганов в 1764-м тоже был одним из четырех «лучших крестьян» села Коврово, а после учреждения уездного города в 1779 году одним из первых записался в ковровское купечество.

По ревизской переписи 1782 года в ковровском купечестве состояли сразу пятеро Шагановых — потомки двух вышеупомянутых братьев. Но внутри самого семейного клана Шагановых порой складывались достаточно сложные отношения. Так, 31 декабря 1782 г. ковровский купец Алексей Степанович Шаганов обратился с прошением в Ковровский городовой магистрат, в котором сообщал: «…находился де он в Ковровском купечестве с сыном Иваном Алексеевым и со внуком Денисом Ивановым в нераздельном семействе, которого [внука] ныне и отделил за непорядочные поступки також что по невоздержанному его житью приходит в несостояние для чего как де в адресовании вексельном, так и во всех даваемых от него обязательствах никто ни в чем не верил и не принимал…»

Близкое родство не помешало деду-купцу исключить из семейного шагановского дела строптивого и беспутного внука, наносившего неподобающим поведением ущерб деловой репутации фирмы Шагановых. Шаганов-дед правильно оценил возможности внука. Денис Иванович Шаганов, отделившись, хотя некоторое время и продолжал оставаться в купечестве, но вскоре вынужден был выйти в мещане и скончался 1808 году в 49-летнем возрасте без потомства.

Зато другим внуком Алексея Шаганова был когда-то знаменитый на всю губернию Федор Федотович Шаганов. Он родился в 1769 году, в годовалом возрасте лишился отца, но уже в молодости стал одним из самых именитых ковровских купцов. Занимаясь строительными подрядами, помимо прочего, он возвел здания присутственных мест в Коврове (в 1807 году, ныне Федорова, 2) и Владимире (в конце 1780-х, Большая Московская, 58), первые ковровские каменные торговые ряды (в середине 1800-х гг., Першутова, 29а) и каменный дом для владимирского губернатора князя И.М. Долгорукова (в 1808-1809 гг., Большая Московская, 62).

Присутственные места в Коврове в 1900-е годы

Другим направлением коммерческой деятельности Шаганова были подряды почтовой гоньбы с содержанием почтовых троек, экипажей и ямщиков. О предприимчивости, деловой хватке, а также о тяжелом и суровом характере Федора Федотовича ходили легенды. В расцвете деловой карьеры Шаганов осмеливался судиться даже с владимирскими губернаторами, а собратьев-купцов, мелких чиновников и простых городских обывателей подчас жестоко унижал и третировал, не зная меры. И никто в уездном городке не мог утихомирить и урезонить самодура.

Дом владимирского губернатора (ныне здание ГТРК «Владимир»)

Еще молодым он позволял себе такие выходки, которые другим вряд ли сошли бы с рук. В 1791 году секретарь Ковровской нижней расправы (местного суда) Сергей Кардиналов пожаловался на непочтительное поведение Ф. Шаганова в Ковровский городовой магистрат. Губернский секретарь (равный армейскому подпоручику) искренне недоумевал: «Отчего он такую взял гордость и откуда такая взялась надменность, что он лучших себя пренебрегает, так де купцы не делают, а должен он с каждым… человеком обращаться ласково и не подавать ни малейшею суровостию. А как он поступает, то весьма глупо, напротив чего де он Шаганов так же соответствовал и далее ругательными с небрежением его чести. А, наконец, сказал он, что лучше тебя. Почему он секретарь, видя его простирающуюся и более явную к нему грубость и пренебрежение, принужден де отойти с крайнею обидою прочь».

Неизвестно, принадлежал ли чиновник Кардиналов к дворянству (скорее всего, он был выходцем из так называемых обер-офицерских детей), но, очевидно, привыкнув находить у купцов предупредительное или даже угодливое отношение, он получил неожиданный отпор от Шаганова. Независимый и полный чувства собственного достоинства 22-летний Федор Шаганов уже тогда выделялся из ковровского купечества способностями и гордостью, временами переходящей в заносчивость и фанаберию.

Призванный для объяснений в Ковровский городовой магистрат Шаганов не стал оправдываться, а заявил, что Кардиналова в день ссоры вообще не видел. Это была явная ложь, но Шаганов призвал в свидетели своих слов ковровских городничего Петра Небольсина и уездного стряпчего (прокурора) Ивана Николаева — влиятельных людей, помещиков и потомственных дворян. Горячий, но неразумный судебный секретарь был поставлен на место, да так, что вся губерния узнала об этом.

Данное дело оказалось первым, но далеко не единственным в числе многочисленных тяжб Федора Шаганова с «их благородиями». Уже в 1794 году Федор Федотович вновь обидел уже другого ковровского чиновника. Живший у Шаганова на квартире уездный казначей коллежский регистратор Алексей Михайлов жаловался на своего квартирного хозяина, утверждая, что «терпел от него с семьей брань и бесчестье». Результат разбирательства по этой жалобе можно было предсказать заранее — деньги и связи Шаганова вновь помогли ему взять верх.

В будущем гораздо более чиновным и состоятельным лицам пришлось пожалеть, что они рискнули связаться с матерым коммерсантом и сутягой Федором Федотовичем Шагановым, который из ковровского купечества перешел прямиком в московское. По поводу расчетов с казной по строительным подрядам Шаганов судился даже с губернаторами и чуть ли не министрами, причем дела по жалобам уже московского купца рассматривал сам Сенат, а о ходе их рассмотрения докладывалось государю-императору. Впрочем, Федор Шаганов все-таки гнул дерево не по силам. В начале XIX века еще не настала пора господства купеческого сословия как в экономике, так и в политической и общественной жизни. Под конец бурной жизни он почти разорился, проиграв несколько важных в финансовом отношении судебных процессов. Правда, разорение было не окончательным и исключительно по меркам самого Шаганова. Сын и внук Федора Федотовича в течение многих лет после этого «разорения» продолжали оставаться в ковровском купечестве, причем сын Илья Федорович Шаганов несколько раз избирался ковровским городским головой и был одним из самых уважаемых в Коврове людей. Но по сравнению с отцом масштаб его деятельности был уже на порядок ниже.

Федор Федотович Шаганов скоропостижно скончался 7 июля 1834 года в 65-летнем возрасте. Через два дня после его смерти каменный дом Шагановых в Коврове, тогда самый большой в городе, оказался уничтожен пожаром. А могила Федора Федотовича была уничтожена вместе с ковровским Иоанно-Воиновским кладбищем ровно столетие спустя. И лишь итоги его строительных подрядов напоминают об этом ярком представителе купеческого «темного царства».

Николай Фролов

Обсуждение

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Ваше имя (обязательно)

Как с вами связаться? (обязательно)

Сообщение