испытано на себе

Как наш журналист был старшиной суда присяжных

Не так давно мне довелось в качестве присяжного заседателя участвовать в новой для России форме судебного заседания – суда присяжных. Путем случайной компьютерной выборки по избирательным спискам я попал в число кандидатов в присяжные заседатели. Сочли, что я нахожусь в трезвом уме и твердой памяти, не имею грехов перед обществом – и работа началась.

Как формируется коллегия присяжных

На первом заседании суда присяжных в зале заседаний находились председатель суда, государственный обвинитель, защита, сам подсудимый и 35 кандидатов в присяжные заседатели. Задача состояла в том, чтобы сформировать коллегию присяжных заседателей в количестве 12 человек и двоих запасных заседателей.

Все было в новинку. Даже обращение к председательствующему – не привычное "гражданин судья", а знакомое по голливудским фильмам "Ваша честь".

Сперва председательствующий удовлетворил самоотводы по состоянию здоровья двоих кандидатов в присяжные. Затем приступили к персональному обсуждению каждой кандидатуры.

Было заметно, что все собравшиеся кандидаты очень хотят попасть в состав присяжных заседателей. Обвинение и защита, каждый по-своему, старались, чтобы в состав заседателей не попали люди, которые по какой- либо причине могут отнестись к делу с предвзятостью.

Вопросы кандидатам задавали и о наличии судимости самих кандидатов и их ближайших родственников, о работе, образовании, возрасте, наличии маленьких детей, отношении к армейской службе, милиции и другим силовым структурам.

Если обвинение или защита давали отвод, председатель утверждал или отклонял его, в зависимости от того, насколько весомым он был. Отвод могли давать и подсудимый, и потерпевший.

Могло случиться и так, что коллегия суда присяжных не сформировалась бы на первом заседании. Именно на этот случай на рассмотрение были бы представлены новые 35 кандидатов. Но в нашем случае после трехчасового заседания коллегия суда присяжных заседателей из 12 человек и двоих запасных была сформирована.

Сразу же после этого состав коллегии присяжных закрылся в комнате совещаний и на своем первом заседании открытым голосованием единогласно избрал старшину коллегии. По какой-то причине старшиной выпало стать мне. Об этом мы доложили составу суда. Слушание дела было назначено на следующий день.

Инструктаж

На следующий день заседание началось с инструктажа о правах и обязанностях присяжных. Его проводил председательствующий суда. Каждый из нас получил персональную рабочую папку, номер которой соответствовал номеру кресла в зале заседаний. В ходе заседаний присяжные имели право подавать в письменной форме вопросы председателю суда, но только через старшину коллегии присяжных.

Слушается дело…

Гражданин Кириллов, превысив свои служебные полномочия, подверг огласке сведения, не подлежащие разглашению. Таким образом, он своими неправомочными действиями создал угрозу для жизни потерпевшего, гражданина Семенова (события реально происходили во Владимирском суде, но фамилии обвиняемого и потерпевшего изменены по этическим причинам, – прим. ред.). именно в этом Кириллова и обвиняли.

Все свидетельские показания подтверждали суть дела, изложенную стороной обвинения. Казалось бы, все предельно ясно. Но присяжным надо быть предельно внимательным. Привлекло наше внимание то, что все свидетельские показания строились только на показаниях самого потерпевшего и его сожительницы. В речи государственного обвинителя строилась та же цепочка обвинений, завязанных на показаниях потерпевшего.

Кстати, сам потерпевший не вызывал у нас никаких личных симпатий. Наоборот, он был нам всем глубоко по-человечески неприятен. Его приверженность к спиртному, легкой наживе, имевшаяся ранее судимость заставляли с сомнением выслушивать его показания. Некоторые разногласия были и в показаниях свидетелей, которые по своему служебному положению были законопослушными гражданами. Но зерно сомнения в его виновности у присяжных уже было. А кроме того, для присяжного поддаваться личным симпатиям или антипатиям к подсудимому – непозволительная роскошь. Он должен быть объективен или, по крайней мере, изо всех сил стараться сохранять объективность.

Из выступления защиты становилось ясно, что между обвиняемым и отдельными свидетелями существовала недоброжелательность. Прозвучало и то, что в свое время обвиняемый оказывал потерпевшему покровительство и помощь в трудоустройстве.

Цена решения

Процесс все более и более становился психологической драмой. Поэтому нам надо быть предельно внимательными. В перерывах между заседаниями, в совещательной комнате никаких обсуждений хода заседания не допускалось, хотя явно было видно, что присяжные хотят обменяться мнениями. Кроме того, присяжные не вступали ни в какой контакт со сторонами обвинения и защиты – это прямой запрет.

Последнее судебное заседание. Выступили государственный обвинитель, представитель защиты. Мы, дюжина присяжных, удаляемся в совещательную комнату. Теперь сюда на все время совещания никто не имеет права войти. Поблизости лишь двое запасных присяжных, через которых старшина коллегии держит связь с председателем суда.

Для принятия решения время наше никем не ограничено. Если бы мы приняли единодушное решение, я как старшина сразу сообщил бы об этом председательствующему. Если решение состоялось, но не единогласное, совещание продолжится до истечения трех часов. Наша цель – стремление принять единое решение.

В нашем процессе голоса присяжных распределились так: 8 -не виновен, 4 – виновен. Нам необходимо было ответить на 4 вопроса. При единодушном ответе на первый вопрос "Виновен или нет обвиняемый?" – все остальные вопросы сами по себе отпадают. Через 20 минут обсуждения двое присяжных изменили свое решение. Прошло еще 20 минут – и вот оно, единодушное решение – подсудимый не виновен!

Заполнив вопросный лист, я через запасных присяжных сообщил председателю суда о том, что решение принято единодушно. В зале заседаний мы внесли принятый нами вердикт:

– Ваша честь! По первому вопросу вопросного листа принято единодушное решение коллегии присяжных заседателей – не виновен!

Обвиняемый тут же освобождается из-под стражи. В его глазах, глазах его отца и даже в глазах защитника – слезы. Только теперь нам, простым и в общем-то далеким от юриспруденции людям, становится ясно, что благодаря суду присяжных заседателей была исключена возможность судебной ошибки.

Подготовил Владимир Сопунов.

г. Владимир.

Нашли опечатку? Выделите её мышкой и нажмите Ctrl+Enter. Система Orphus

Размещено в рубрике