Русский десантник у русских берез

Саша Бурков никогда не мечтал стать воином, а тем более - десантником, хотя в его семье служение Родине давно уже стало традицией.

Саша Бурков никогда не мечтал стать воином, а тем более – десантником, хотя в его семье служение Родине давно уже стало традицией.

Оба деда – ветераны Великой Отечественной. Отец Саши в 1986-м стал "ликвидатором" во время аварии на Чернобыльской АЭС.
После школы Александра призвали в армию. Юноша много занимался спортом: вольной борьбой, боксом, каратэ, рукопашным боем и футболом. Благодаря отличной физической и специальной подготовке его определили в батальон особого назначения в составе Главного разведывательного управления – легендарного ГРУ. Служба в Московском военном округе перемежалась с командировками. Одна из них была в Чечню, где уже фактически велись боевые действия. Так сержант Бурков первый раз попал на войну. Как оказалось потом – не в последний:
После "дембеля" бывший замкомвзвода Бурков попытался найти себя на "гражданке", но после того, как начался набор контрактников в Косово, подал заявление в военкомат. Когда документы были оформлены, Александру предложили вместо бывшей Югославии отправиться в Дагестан, а потом – в Чеченскую республику. Бурков согласился и в августе 1999-го вновь надел военную форму.
В 245-м мотострелковом полку он прошел путь от рядового разведчика до заместителя командира десантно-штурмового разведвзвода "Рысь", приравненного к частям ВДВ. Повоевать ему тогда довелось почти полтора года – до конца 2000-го. Осенью 1999 года в боях на Терском хребте старший сержант Бурков получил свое первое пулевое ранение в голеностоп. После госпиталя вновь встал в строй. За операции на Терском хребте его наградили орденом Мужества.
А зимой 2000 года на печально знаменитой площади Минутка в Грозном во время сильнейшего взрыва разведчик был серьезно ранен в голову и контужен. Причем "накрыла" его тогда своя же российская авиация, которая наносила удар по неверным координатам. На этот раз в госпитале пришлось пробыть почти 4 месяца. "На память" о боях в Грозном осталась медаль "За отвагу" – самая почетная солдатская награда.
Вскоре после окончания чеченской "командировки" Александр Бурков поступил на офицерские курсы в Коврове, окончив которые в 2001-м, получил звание младшего лейтенанта. По распределению его направили в отдельный разведывательный батальон, дислоцировавшийся в Нижнем Новгороде, в качестве командира разведывательно-десантного взвода. Так он окончательно стал десантником.
– Именно тогда довелось освоить технику прыжков с парашютом, – вспоминает Бурков. – Свой первый прыжок я совершил в июле 2002 года с вертолета Ми-8. Кроме вертолета, прыгали еще с "кукурузника" Ан-2 и с гораздо более серьезной машины Ан-12. Официально у меня числится 58 прыжков, но фактически их гораздо больше.
В 2005-м уже в составе бригады спецназа заместитель командира роты Бурков вновь отправился в Чечню. В окрестностях Шали он находился целый год, успев стать командиром роты.
О своей боевой работе рассказывать Александр не любит.
– Самая сложная вещь на войне – таскать тяжеленный 40-килограммовый рюкзак на боевых выходах, – наполовину шутливо, наполовину всерьез поясняет 32-летний ветеран. – Десантники должны не в атаку ходить, а четко и своевременно проводить разведывательные мероприятия. Мы – глаза и уши армии. Однажды на месте положили сразу 27 террористов, их базу уничтожили. Но описывать все в красках и лицах не хочу. Словами передать подобное нельзя. Война – это тяжелая работа.
После очередного возвращения к мирной жизни медкомиссия признала Буркова не вполне годным к службе в ВДВ.
– Хотя из десанта ушел, но порой все равно тянет "тряхнуть стариной". С парашютом прыгаю до сих пор – уже как гость аэроклубов, – подчеркнул собеседник.
С 2007-го, распрощавшись с десантом, Александр перевелся в 467-й окружной учебный центр. Сегодня он – начальник разведки мотострелкового полка. В своей части он один имеет за плечами подготовку не только разведчика и спецназовца, но и десантника. Для молодых курсантов гвардии капитан Бурков – авторитет и фигура почти легендарная.
Нынешние перемены в армии капитан Бурков принимает далеко не все.
– Ситуация в армии сейчас сложная, – хмурится боевой офицер. – Пока служу, а там будет видно:
Имея с десяток наград (все их Александр надевает редко, и вопреки просьбам для фотосъемки повесил на грудь далеко не весь свой "иконостас"), дважды серьезно раненный, отдавший стране свои лучшие годы, гвардии капитан Бурков до сих пор не имеет своего жилья (хорошо еще, что дали служебное). А его оклад таков, что называть сумму просто стыдно:
Весной 2009 года капитан Бурков уже в четвертый раз съездил в Чечню. Впервые он ехал туда без оружия и с: детьми: сопровождал юных ковровских каратистов на открытое первенство Чеченской республики в Грозный. Проходя по заново отстроенным улицам, где когда-то на каждом углу подстерегала смерть, разведчик вспоминал боевых товарищей и "минувшие дни". Ненависти к чеченцам у него давно нет.
– Поначалу была непримиримость, но потом с годами и опытом все это уходит, – качает головой капитан. – Нынешний Грозный просто не узнать. Принимали нас там душевно. Спортивные баталии куда лучше настоящих кровавых!
Хотя Александр Бурков считает себя, прежде всего, профессиональным разведчиком, День ВДВ для него – большой праздник. При всем параде и в обязательном голубом берете капитан отправляется к друзьям-десантникам. Они ребята серьезные, в фонтанах не купаются, но празднуют на все сто!
:Когда пришло время делать фото для материала, капитан Бурков, встав на окраине Коврова на фоне березовой рощицы, пошутил:
– Русский десантник у русских берез – самое то!

Николай ФРОЛОВ

Нашли опечатку? Выделите её мышкой и нажмите Ctrl+Enter. Система Orphus

Размещено в рубрике