Неуважение прав музеев обходится в копеечку

Серия вынесенных судебных решений и накопленная практика работы юридической службы Владимиро-Суздальского музея-заповедника побудила редакцию газеты «Призыв» подробнее узнать про «подводные камни», поджидающие дизайнеров, фотографов, режиссеров и издателей при...

Серия вынесенных судебных решений и накопленная практика работы юридической службы Владимиро-Суздальского музея-заповедника побудила редакцию газеты «Призыв» подробнее узнать про «подводные камни», поджидающие дизайнеров, фотографов, режиссеров и издателей при воспроизведении изображений белокаменных храмов и музейных экспонатов.

На вопросы обозревателя «Призыва» ответила президент музея-заповедника Алиса Аксенова. Это ее первое интервью нашей газете в новом качестве.

–   Алиса Ивановна, честно говоря, мы впервые слышим о том, что СМИ и издательства могут нарушить российское законодательство, воспроизводя изображения памятников истории и культуры, которые находятся в оперативном управлении Владимиро-Суздальского музея-заповедника. Обоснованы ли претензии музея?

–  Мы живем в правовом государстве, хотя законодательная база постоянно меняется. Право воспроизведения музейных объектов регулируется ст.36 Федерального закона № 54-ФЗ «О музейном фонде Российской Федерации и музеях Российской Федерации» и ст. 52 и 53 Федерального закона № 3612-1-ФЗ «Основы законодательства Российской Федерации о культуре». В этих нормах указывается, что предприятия, учреждения, организации могут изготавливать и реализовывать продукцию, в том числе и рекламную, с воспроизведением объектов культуры и культурного достояния, деятелей культуры при наличии официального разрешения владельцев и изображаемых лиц. Плата за использование изображения устанавливается на основе договора. При использовании изображения без разрешения применяются нормы законодательства РФ. Согласно Гражданскому кодексу мы это право можем предоставить только путем составления двухстороннего договора.

В цивилизованных странах по этому поводу вопросов не возникает. Соблюдение авторских прав за границей является нормой жизни. Например, перед недавно прошедшей выставкой российских музеев в Лувре «Святая Русь» французская сторона обратилась ко всем участникам с просьбой заключить договор о размере платы за воспроизведение изображения одного экспоната в буклете и в сувенирной продукции. В Лувре, как и в нашем музее, разработан прейскурант, который оценивает приобретение права на воспроизведение в 300 евро. Точно так же нам переводили деньги из Мюнхена за воспроизведение изображения «сунгирской лошадки».

Наши «издатели» норовят купить за 70 рублей фототалон, сфотографировать уникальные музейные объекты, являющиеся достоянием государства, и использовать их изображения в коммерческих целях.

–  С какими случаями нарушения российского законодательства пришлось в последнее время столкнуться Владимиро-Суздальскому музею-заповеднику?

–  Изображения икон, интерьеров музея, экспозиций, фресок воспроизводились ООО «КИТ» в книге Т. Соколовой «Суздаль. Кидекша», Т. Глебовой «Владимир. Боголюбово», Н. Головина «Моя первая русская история» (издатели ИП Вохмин А.В. и ООО «КИТ»). Это было сделано без договоренности с нами. Пришлось связаться с представителями издательства и А.В. Вохминым для переговоров об оплате, но взаимопонимания достичь не удалось. А ведь имеется судебная практика и положительные итоги нескольких судебных разбирательств по поводу аналогичных претензий к недобросовестным издателям музеев Московского Кремля и Третьяковской галереи. Тогда конфликты были урегулированы мировыми соглашениями, которые позволили сторонам договориться о ценах и добровольном возмещении убытков.

В нашей ситуации пришлось идти, что называется, до конца, поскольку ни обязательность оплаты, ни стоимость права воспроизведения не устраивали издателей. Переписка по поводу цены у нас была длинной – с августа 2007 до марта 2008 года.

В итоге мы инициировали иск в Арбитражный суд, благодаря которому истина восторжествовала, хотя судебное разбирательство длилось почти два года. Мы были вынуждены провести искусствоведческую экспертизу, чтобы убедить суд, что в книгах опубликованы изображения именно наших музейных объектов.

На основании решения суда ООО «КИТ» (И. Кехтер) перечислил музею 48586,50 рублей, с ИП Вохмин АП. взыскание той же суммы в настоящее время производится через судебных приставов.

Еще один пример. Приносят мне как-то журнал «Православные монастыри. Путешествие по святым местам». Открываю: номер полностью посвящен Спасо-Евфимиевому монастырю, там все наши экспозиции, иконы, фрагменты интерьера Золотой кладовой и даже памятник Пожарскому.

Наш юрист связалась с издателями ООО «Де Агостини». Они пришли в замешательство. Поскольку тираж у журнала большой, сумма у них набежала приличная – 212400 рублей. Но все же в марте 2010 года они расплатились с нами постфактум и заключили договор на следующий номер, посвященный Свято-Покровскому монастырю, где у нас не так много объектов. Сумма договора составила 96000 рублей, деньги уже перечислены.

Меня очень удручает сохранившееся с прежних времен «позвоночное право». Многие компании для получения разрешения на съемку в музее-заповеднике обращаются не к нам, а в областную администрацию – в частности, в комитет общественных связей и СМИ. Последние в свою очередь пытаются «уговорить» музей пустить на свои объекты съемочную группу бесплатно – вроде как «в качестве рекламы музея-заповедника». В таком случае мы говорим категорическое «нет». Извольте заплатить!

– Как музей отслеживает правовую ситуацию на разных отраслевых рынках региона и страны?

–  Это большая проблема. В частности, об ООО «КИТ» и журнале «Православные монастыри. Путешествие по святым местам» мы узнали случайно, купив эти издания в киоске.

По логике именно авторы публикаций, дизайнерских проектов, изготовители сувенирной продукции должны обращаться к нам за заключением договора и присылать нам сигнальные экземпляры своей продукции. Однако, надеясь на то, что их не поймают за руку, предприниматели считают, что достаточно приобрести входной билет и билет на фотографирование предметов не в коммерческих целях.

–  Можете ли вы привести примеры добропорядочного поведения предпринимателей, руководителей издательств, киносъемочных групп?

–  Один из первых договоров на воспроизведение музейных объектов мы заключили в 1985 году с американской съемочной группой сериала «Петр Великий». За каждый объект назначили определенную цену и неплохо на этом заработали, получив при этом в подарок импортные строительные леса, которые служат нам до сих пор.

Очень уважительные отношения сложились с Павлом Лунгиным, который снимал в Суздале «Царя». С ним было приятно работать. Никаких разногласий по поводу оплаты или графика съемок не возникало. А вот с Николаем Досталем, работающим сейчас над сериалом «Раскол», деловые отношения долго не складывались. Он сразу заявил нам, что у него нет денег. Затем начались звонки из министерства, но я сказала: нет средств на натурные съемки – стройте декорации. В итоге договор был заключен, а аванс проплачен.

В 2010 году к нам официально обратилось ООО Рекламное агентство «Петра 4», которому в научно-популярной книге «Золотые ворота» потребовалось воспроизвести один наш экспонат – диораму, изображающую штурм Золотых ворот войсками хана Батыя. Мы заключили договор и согласно нашему прейскуранту они заплатили всего 600 рублей.

Или молодой немецкий виолончелист, пожелавший сделать своему отцу подарок и записать концерт в интерьере суздальского Рождественского собора. Мы заключили договор и назначили ему день. Запись успешно была сделана в нерабочее для экспозиции время, и благодарности музыканта не было предела. Оплата, естественно, была произведена авансом.

– А как быть научным работникам – искусствоведам, археологам, историкам?

– В ст. 16 Федерального закона «О музейном фонде Российской Федерации и музеях Российской Федерации» говорится, что «государственные музеи, иные государственные учреждения, которым переданы в оперативное управление музейные предметы и музейные коллекции, включенные в состав государственной части Музейного фонда РФ, обязаны обеспечить использование изображений музейных предметов и коллекций в научных, культурных, образовательных и творческо-производственных целях».

Если ученые или коллеги обращаются к нам с просьбой об использовании наших экспонатов в своих публикациях, мы им это право предоставляем бесплатно. Кстати, в музей постоянно обращаются и студенты иконописных школ с целью копирования икон. В этих ситуациях мы обязаны составить договор пусть даже на безвозмездной основе. В любом случае при публикации обязательна ссылка на источник: «такой-то экспонат предоставлен Владимиро-Суздальским музеем-заповедником»…

–  Только ли печатные издания должны вести себя осмотрительно при использовании музейных изображений?

–  Не только печатные издания, но и владельцы интернет-сайтов, а также кафе, магазинов и других общественных заведений, в интерьере которых могут быть использованы изображения музейных предметов. Воспроизведение изображений в интерьере по музейному прейскуранту стоит меньше, чем использование их в печатной продукции, поскольку во втором случае есть привязка к тиражу.

Официальный договор в 2009 году в наш адрес направила администрация недавно открывшегося кафе на Студеной горе, так как его владельцы использовали при оформлении интерьеров в стиле губернского города XIX века 22 музейных изображения. В этом случае сумма тоже получилась небольшая – 1298 рублей.

–  Правомерно ли то, что музеи берут с экскурсантов деньги за съемку в некоммерческих целях?

–  Экстерьеры фотографировать мы не запрещаем. Хотя если обратиться к ст. 36 закона «О музейном фонде Российской Федерации и музеях Российской Федерации», в ней можно найти упоминание и об изображениях зданий. Мы решили, что востребовать плату за воспроизведение экстерьера соборов еще более нереально, чем за изображения предметов из музейных фондов. Те же Золотые ворота где только не увидишь! Это бренд, и ничего с этим не поделаешь.

Что касается интерьеров, то, с одной стороны, в части 4-й Гражданского кодекса, касающейся авторских прав, есть норма о том, что каждый гражданин имеет право доступа к предметам коллекции, которые стали за много веков народным достоянием и авторское право на которые не распространяется.

С другой стороны, главной задачей музея является сохранение музейных ценностей и предметов. Это то, ради чего музей создан. Любое световое воздействие на них, особенно на фрески, губительно. А фотографии в помещениях делаются, как правило, с помощью вспышки или специальной осветительной аппаратуры.

В связи с тем, что на содержание, реставрацию и охрану исторических и художественных ценностей музей тратит огромные деньги (государственных средств на это не хватает), мы обязаны брать плату за проведение фото- и телесъемки. Это общемировая практика. Более того, в некоторых музейных экспозициях фотографирование из-за введения строгого режима хранения просто запрещено.

У нас разработан прейскурант цен на предоставляемые услуги, которые включают входную плату, плату за экскурсионные услуги и в том числе плату за предоставление права воспроизведения изображений музейных объектов в коммерческих и личных целях. Стоимость фотографирования для домашнего фотоальбома вполне доступна и не повышалась в течение долгого времени, несмотря на то, что цены повсеместно растут, а выделяемые музеям федеральные средства ограничены.

Ольга Романова

Нашли опечатку? Выделите её мышкой и нажмите Ctrl+Enter. Система Orphus

Размещено в рубрике