Личная свобода ограничивается маской и 4 углами

Пределы личной свободы сжимаются для всеобщего блага

Границы личной свободы изменчивы. Их сдвигают то во имя торжества «правильных» идей, то приближая царствие божье на земле, но всегда — «во благо человечества». Понятия этого «блага» тоже меняются, а свободы — они всегда одни и те же. И терять их мы не хотим. Об этом — Николай Лившиц в программе «Бредешок».

Расшифровка программы:

Режим ограничений вводился по всему миру. Из ближайших соседей только Беларусь и Швеция не сделали. То есть, в принципе, в любом государстве при любом устройстве — демократическом и не очень — можно на основании целесообразности, на основании понимания всеобщей пользы установить полутюремный режим. Вполне, заметьте, законно.

Понимание всеобщего блага, ради которого отдельный человек должен жертвовать своими правами и свободами, — штука давняя, известная и распространённая. В своё время ради, несомненно, благого дела огнём и мечом обращали в свою веру язычников, жгли еретиков или боролись с раскольниками. В Советском Союзе было очевидно, что самое передовое учение, которое должно было распространиться по всему миру, конечно же, благо, и враги народа или диссиденты, мешавшие этому благу тем, что думали иначе, должны были ехать в места не столько отдалённые.

Но в случае с коронавирусом благо оказалось не плодом кабинетных идей или религиозных учений. Благом оказалась сама жизнь, то есть неотъемлемое право человека. И для её сохранения прибегли к методу «клин клином вышибают». То есть, пытаясь защитить нормальную, обычную, мирную гражданскую жизнь, государство пусть временно, но всё же её ограничило — свело её к полувоенному, или, точнее, полутюремному, существованию. Туда не ходи, сюда не ходи.

И здесь родился извечный конфликт понимания пределов свободы.

Помните расхожую фразу: свобода одного гражданина кончается там, где начинается свобода другого? Но это слишком широкое понятие, и постепенно его начали интерпретировать, уточнять, конкретизировать. Например, родилось выражение «Каждый гражданин должен быть свободен, пока он не мешает другим». А ещё позже: «Свободы граждан должны быть разграничены, каждый должен быть свободен на своей и только на своей территории».

В сегодняшней ситуации я бы пошёл дальше и сформулировал бы понятие свободы так: «Каждый человек свободен, находясь у себя дома, в маске, на расстоянии не менее полутора метров от другого человека». Ведь любую идею можно довести до абсурда. Как в сборнике архимандрита Тихона «Несвятые святые» один монах другому говорил: у советской власти главное понятие «От каждого по способностям, каждому по труду». Вот меня вызвали и сказали: «Какие у тебя способности? Лес валить можешь? Можешь! А какие потребности? Миска баланды. Поэтому пилу в руки, и тайгу валить».

Или вот ещё понятие — внутренняя свобода. Его тоже можно необычно интерпретировать.

В одном из посёлков нашей области местные жители в зловредный коронавирус преимущественно не верят. Ну и поэтому всякие там средства защиты игнорируют. А эпидобстановка там не на высоте. Ну и, учитывая такой санитарный нигилизм населения, посёлок этот закрыли на карантин: раз сами не хотят предохраняться, пусть других не заражают. А в этом посёлке рюмочная. И праздники майские — замечательные, большие, хорошие. Понятно, что там кипит жизнь, народ поёт и пляшет, и вообще отдыхает душой. Это, наверное, и есть внутренняя свобода, окопанная по периметру.

В период ограничений очень многие буяны соцсетей взывали к Конституции и требовали свобод. Товарищ, верь! «И свобода нас встретит радостно у входа». Но не удивляйтесь, если она вдруг окажется в маске и защитном костюме.

Фото: amazonaws.com  

 

Обсуждение 1

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Ваше имя (обязательно)

Ваш телефон (обязательно)

Сообщение