Жителей трёх районов вернут к дикой природе

Вопрос создания заповедника приобретает всё большую остроту

Да простит меня Грета Тунберг, но природа хорошо монетизируется. Чистый воздух и прозрачность рек — вполне ликвидный ресурс, ценящийся всё выше и выше, поскольку его всё меньше и меньше. Селивановский, Судогодский и частично Ковровский районы — особенно первый — хороши тем, что природа там очень красива, и от Москвы находится близко. Возможно, этим, прежде всего, и объясняется стремление создать там государственный федеральный заповедник. В первую очередь, проект декларирует сохранение окружающей среды — редких животных и растений, но тема развития экологического туризма не то что не скрывается — она фигурирует чётко и ясно.

Туристический проект

Создание нового заповедника в регионе-33 прописано в федеральном проекте «Сохранение биологического разнообразия и развитие экологического туризма» (реализуется в рамках нацпроекта «Экология»). Он рассчитан на пять лет — с 2019 по 2024 годы. Биологическое разнообразие предполагается сохранять, открывая новые особо охраняемые природные территории (ООПТ). Всего их по России появится 24, одна — у нас. В предварительном перечне сначала фигурировал национальный парк «Долина реки Колпь» площадью в 40 тысяч гектаров. Однако вскоре он трансформировался в иной проект — государственный заповедник, охватывающий ещё два соседних с Селивановским района — Судогодский и Камешковский.

Сейчас речь идёт о площади около 100 тысяч гектаров.

Почему нацпарк превратился в госзаповедник, сказать трудно, тем более что и первую-то идею селивановцы, узнавшие о ней в начале 2019 года, восприняли болезненно. Были собрания, где люди высказались против. А заповедник предусматривает ещё более жёсткие, чем национальный парк, ограничения хозяйственной деятельности, в том числе местного населения. То есть реакцию жителей (теперь не только селивановцев, но и судогодцев с ковровчанами) на новый проект предсказать несложно. И просто так от этого не отмахнёшься.

— Созданию особо охраняемых природных территорий предшествует проведение государственной экологической экспертизы, — пояснил механизм работы экс-директор департамента природопользования, эколог Алексей Мигачёв. — В состав пакета документов, рассматриваемых госэкспертизой, входят протоколы общественных обсуждений проектов. Отношение населения — очень важный фактор. Кто же захочет обострять социальную напряжённость?         

Проект границ национального парка «Долина реки Колпь», предлагавшегося к созданию в начале 2019 года

Какие ограничения хозяйственной деятельности введут в зоне «Селиваново — Судогда — Ковров», прогнозировать трудно. Но можно предположить, что крайне суровыми они не будут (хотя и обычные для местных жителей — беда). Ведь наряду со сбережением природы федеральный проект нацелен на выполнение ещё одной задачи — увеличения туристического потока. Кажется, одно противоречит другому: девственность окружающего мира обусловлена не ростом числа поправших её ног, а, наоборот, их отсутствием. Но, по замыслу организаторов, обе составляющие органично укладываются в одну канву, особенно если учесть термин «экологическое просвещение».

Мнение населения обязательно должно учитываться при создании ООПТ, говорит Алексей Мигачёв

В целом, судя по программе, количество посетителей ООПТ в России должно вырасти, как минимум, на 4 миллиона человек. Под нужды экотуризма будет создана инфраструктура, для чего планируется привлечь частный капитал. Появятся турпродукты в духе «Зов леса». И уже сейчас разрабатываются мероприятия, цитирую, по «продвижению комплексного туристского продукта на российском и международном рынках». Стратегия на монетизацию и популяризацию природы плохо сочетается с закрытым режимом заповедников (почему и вызывает недоумение кульбит со статусом будущей зоны в регионе-33. На туристов же «заточены» нацпарки!). Потому есть надежда на то, что ограничения будут-таки минимальными, если форму будущей ОППТ вообще решат сохранить.

А вдруг будут послабления?               

Мы все, как один, любим природу, но жить хотим цивилизованно: с водой, электричеством и газом. Эти достижения человечества людям, живущим на территории ООПТ, получить труднее, чем их рядовым землякам. Любая постройка, прокладка или разводка газопровода (только подземная, на определённой глубине!) должны пройти экологическую экспертизу и одобрение министерского уровня — это время и деньги. Нельзя держать скот, косить траву, собирать валежник, рубить деревья даже на своём участке, где-то передвигаться на транспорте — много чего нельзя! Иной раз и доступ в заповедную зону только по пропускам; хоть ты и местный, а потерял, забыл — рискуешь нарваться на штраф.

В некоторые государственные заповедники даже доступ — по пропускам

— Доходит до абсурда, — признаётся депутат Законодательного Собрания Владимирской области Александр Цыганский, чей избирательный округ включает населённые пункты на территории НП «Мещёра». — В районе посёлка Тасинский Гусь-Хрустального района школьный автобус вёз детей на учёбу. Дорогу загородило упавшее дерево. Убрать его нельзя — нужна правительственная комиссия. Ребятишек вернули домой, а дерево так и лежало, пока не приехали «высокие люди».

На территории НП «Мещёра» проживают свыше 10 000 человек.

Посёлки Уршель, Мезиновский, Иванищи, деревня Демидово — оттуда и из десятков других населённых пунктов Гусь-Хрустального района постоянно поступают обращения жителей по проблемам газификации, прокладки электросетей, других коммуникаций. По словам Александра Цыганского, он выходил с этими вопросами на руководство Минприроды РФ — пока понимания не нашёл. Зато подвижки пошли на уровне российского парламента. В Совете Федерации в конце прошлого года порекомендовали Правительству РФ снять природоохранные ограничения с поселений на территории нацпарков.

Большая часть обращений, поступающих Александру Цыганскому (в центре) от жителей округа — по проблемам проживания в ООПТ

— Из-за действующих норм местные жители сильно ограничены в правах, — сообщил «Парламентской газете» вице-спикер Совета Федерации Юрий Воробьёв. — Например, они не могут получить земли для садоводства, постройки индивидуального дома или гаража, а чтобы построиться на уже существующих участках, нужно получить разрешение федеральных ведомств. Есть сложности и со строительством школ и детских садов — для этого необходимо получить заключение государственной экологической экспертизы, а это очень долго и дорого. Поэтому необходимо так менять законодательство, чтобы конституционные права людей соблюдались, а природа не страдала.   

В комитете по аграрно-продовольственной политике и природопользованию Совфеда разработан проект, дающий возможность исключать населённые пункты из территорий национального парка, если одновременно включить в него другие территории — земельные участки или водоёмы. Это допускается в том случае, если изменения не повлекут за собой угрозу для сохранения ландшафтов и биологического разнообразия. Но у чиновников Минприроды своя логика. Там наличие проблем признают, но предлагают частичные послабления.

— Необходимо законодательно закрепить специальную зону для населённых пунктов, расположенных в нацпарках и заповедниках, жители и местные администрации которых смогут вести хозяйственную и социально-экономическую деятельность, не сталкиваясь с барьерами и чрезмерными запретительными мерами, — цитирует «Парламентская газета» слова зам. министра природных ресурсов и экологии Елены Пановой.

Задача ООПТ — сохранять природу. Людям, живущим в охранной зоне, это добавляет проблем. Фото: gov-news.ru

По мнению Александра Цыганского, люди, проживающие в НП «Мещёра», с радостью воспримут любые послабления. Если снимут ограничения внутри посёлков и деревень или населённые пункты вовсе исключат из состава национального парка, это будет настоящий праздник для жителей Гусевского района, считает депутат.

А кто же всё-таки убил Нолестро?

И тут вопрос некстати, как в фильме «Ищите женщину» — помните? Говоря о возможных подвижках — впрочем, скорее всего, не быстрых — в судьбе тех, кого угораздило жить и работать в краю, воспетом Паустовским (равно как и в заказниках: Клязьминско-Лухском и Клязьминском береговом), мы снова обращаем взгляд на селивановцев, судогодцев и ковровчан: а как же всё-таки они? Им придётся совсем туго, если под боком появится государственный заповедник с его жёсткими запретами, а лучше сказать — табу.

Селивановцы против создания в районе заповедника. Фото: gorbatka.ru

В прошлом году в Селивановском районе были сходы в населенных пунктах Красная Горбатка, Новый Быт, Копнино, Надеждино и Чертково. Везде люди голосовали против создания национального парка. Такой же результат дало интернет-голосование, в котором приняли участие 1179 человек: против — 97,5%. Вряд ли мнение судогодцев или ковровчан будет разительно отличаться от позиции соседей, тем более когда предлагается уже не НП, а более закрытая форма природного объекта.

12% общей площади Владимирской области уже отведены под природоохранную зону.

Сейчас во Владимирской области формируют межведомственную рабочую группу по созданию в регионе нового заповедника. Когда она начнёт работать, в том числе с населением, пока неизвестно. Между тем все обсуждения и согласования границ природного заповедника должны быть закончены до 31 марта 2020 года. Такой срок поставило Минприроды РФ. Осталось меньше двух месяцев.

Ольга Канищева, и.о. директора областного департамента лесного хозяйства:

  • В обязательном порядке будет разработан рабочий график, дорожная карта по проведению работы с населением. В Селивановском районе прошли митинги. Есть определенное мнение у населения.
  • Мы проводим подготовку к этой рабочей группе. Мы хотим озвучить свои предложения, хотелось бы напомнить, что ранее этот вопрос рассматривался по созданию национального парка в 40 тысяч гектаров на территории Селивановского района.
  • И на тот момент губернатор прислушался к мнению населения, и в адрес Министерства природных ресурсов были направлены все материалы, собранные в рамках рабочих групп, и письмо о нецелесообразности создания опыта федерального уровня в Селивановском районе.

Что будет? Включаем фантазию, ничего больше не остаётся. Первый вариант — отказ от идеи с ООПТ. Маловероятно. Вариант второй — как бы уступка трудящимся: посоветовались с народом, прислушались к общественности, от заповедника отказались, а вот парк подай сюда. Третий вариант — самый мягкий и по той же причине самый неочевидный: вместо заповедника — парк, причём без ограничений для аборигенов, поскольку успели изменить федеральное законодательство. Наконец, четвёртый сценарий: будет государственный федеральный заповедник. Просто будет, и всё. Даже не возьмусь объяснять почему.

Николай Лившиц

Фото «Призыва» и goodfon.ru 

Обсуждение

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Ваше имя (обязательно)

Ваш телефон (обязательно)

Сообщение