18+

Потомок святых прочёл лекции во Владимире

Александр Черменский собирает сведения о своих предках

Недавно наш старинный город Владимир посетил интересный человек: церковный историк в четвёртом поколении, востоковед и краевед Александр Черменский. С лекциями он выступил перед семинаристами Свято-Феофановской духовной семинарии. Побывал и во Владимиро-Суздальском музее-заповеднике. Александр Евгеньевич — потомок сразу трёх канонизированных Русской православной церковью святых. Один из них — митрополит Киевский и Галицкий Владимир Богоявленский принял мученическую смерть в 1918 году в Киево-Печерской Лавре.

Потомок святых считает своим долгом узнать как можно больше о своих корнях, по крупицам восстанавливает биографию святых отцов и делится этими знаниями с современниками. Большую часть жизни Александр Черменский проводит в архивах и библиотеках. С лекциями о церковной истории он объездил много городов России. Он владеет английским, французским, вьетнамским и японскими языками. За его плечами — многолетняя работа в Министерстве иностранных дел. При этом учёный совершенно не пользуется современными средствами коммуникации.

— Александр Евгеньевич, как так вышло, что вы совсем не пользуетесь сотовым телефоном? Как вас люди находят?

— Я не могу сказать, что отказ от телефона — лично мой выбор. Это послушание моего духовника. В своё время я работал в Лондоне в редакции восточно-вьетнамской редакции BBC. Тогда, в начале 1990-х, только начали появляться сотовые телефоны, все стали ими активно пользоваться. Но мой духовник меня на это не благословил. Сказал, чтобы я пользовался другими средствами связи. И вы знаете, Господь помогает: я работаю в московском храме Святителя Тихона в Люблино, и люди сами меня находят там.

— А что вы делаете в люблинском храме? Вы ведь не священник?

— Я веду там внебогослужебные беседы, принимаю паломников. Занимаюсь толкованием Священного писания, жития святых. Сам живу один, словно анахорет, так в детстве однажды меня папа назвал. Большую часть времени уделяю церкви и научной работе. И меня никто не беспокоит. Разве это не счастье? А людей, которые пользуются сотовой связью, я не осуждаю. Но не одобряю, когда молодые батюшки постоянно дергаются, отвлекаются, дают кому-то указания по телефону. И это происходит даже в присутствии митрополита. Но что в миру, то и в церкви — суета сует. Главное для меня, как говорил Амвросий Оптинский, не унывать, не роптать. И я всегда следую этому принципу.

 Александр Черменский собрал большой объём материалов о своём генеалогическом древе. Обработка этого наследия потребует не одно десятилетие.

— Тема вашей лекции во Владимире: «Война, революция и церковь. Святые против мятежа». Ваш предок новомученик Владимир Богоявленский погиб именно в это смутное время. Вы ощущаете преемственность?

— Конечно, для меня священномученик Владимир является образцом, эталоном. Он написал книгу «В чём смысл счастья» — уникальная вещь. Когда я начал заниматься его историей, я понял, что столкнулся с глыбой материала, духовного наследия. И, конечно, поднять всё одному мне не под силу. Поэтому я всегда старался найти себя адептов, учеников, в том числе и сейчас. Священномученик оставил после себя большой труд по воспитанию, церковной педагогике. Он не имел детей, но имел много племенников, одной из них была моя бабушка. Прошла уже сотня лет, и оказалось так, что история святого интересна только его потомкам… Владимир Богоявленский был канонизирован за мученический венец. Он благословил своих убийц. Это было засвидетельствовано. Его убили 25 января (7 февраля по новому стилю). Вооруженные солдаты ворвались в храм, схватили Владыку, а затем расстреляли. В то время в Киеве было три митрополита: Платон Рождественский, Антоний Храповицкий и Владимир Богоявленский, который оказался в полном одиночестве. Никто ему не подал руку помощи.

Священномученик Владимир (Богоявленский), фото pravlife.org

Побывав на месте захоронения Антония Храповицкого в Сербии, Александр Череменский ужаснулся заброшенностью погребения. Он сам провёл генеральную уборку в склепе Иверской часовни.

— Александр Евгеньевич, вы были во многих городах, что можете сказать о нашем провинциальном Владимире. Возможно, что-то удивило, порадовало или наоборот?

— Я фанат музейного дела. И первым делом, куда бы ни приехал, иду в музей или библиотеку. Всегда удивляешься, насколько были благочестивые наши предки, собравшие все эти коллекции, богатства. Но то, что увидел во Владимире — бесподобно! Нигде ничего подобного не видел. Настолько богатые коллекции, настолько они хорошо представлены. Даже с точки зрения выставочной, концептуальной. Например, интерьер дворянской усадьбы. Мало просто поставить лавки и повесить зеркала. Это надо всё тщательно продумать. На меня произвела очень сильное впечатление эта экспозиция. Музей огромный, потребуются недели, чтобы его обойти.

— А лекции ваши вызвали интерес?

— Если честно, особого интереса к лекциям о моих предках новомученниках я не видел. Помимо Владимира Богоявленского был канонизирован его четвероюродный брат Василий. Он был архиепископ, убит на Урале в тот же 1918 год. Третий родственник, которого канонизировали — священномученик Иоанн (Троянский), епископ Великолукский и Торопецкий. На него дважды покушались, причём на архиерея с ножом бросались священники. Он шесть лет был экзархом в Грузии. У него учился Сталин — Иосиф Джугашвили, который тогда жил за счёт церкви. Что из себя представляла грузинская церковь во второй половине XIX века? Одни руины, ни одного храма целого. Примерно как в России после 70-летнего вавилонского коммунистического пленения. Только в Грузии было хуже. Стояли одни стены и проёмы.

— На ваш взгляд, как лучше — восстанавливать старые храмы, что бывает неподъёмно для епархий, либо строить новые, преимущественно на средства меценатов?

— На всё Божья воля. Вот в Москве есть несколько престолов, освященных в честь священномученика Владимира. Это всё новые храмы. Вы, может, не знаете, но во Владимирской области есть храм, прежде стоявший в Москве и носивший имя моего предка. Храм был деревянный, находился в районе Свиблово. На его месте решили построить развлекательный центр, а церковь разобрали, пронумеровали и отвезли в село на границе Собинского и Суздальского благочиния. Храм из столицы в ваш регион перевезла одна семья из числа прежних убеждённых коммунистов. Они мне так и сказали: «Мы очень хотим, чтобы у нас из окон был вид на храм». Его поставили на месте, где прежде была церковь, уничтоженная в советские годы.

— А вы видели этот храм на новом месте?

— Я как-то ночевал в этом селе. И со мной вот какая история вышла. Ранним утром прихожу к храму, и вижу, как навстречу ко мне идёт мужчина. Босой. На вид – бомж. Он подошёл к храму и начал истово креститься. Я к нему решил обратиться с вопросом — знает ли он, в честь кого освящен храм? При этом заметил, что вот, мол, храм построили, но кроме него, вероятно, никто сюда не придёт. И знаете, — этот бомж начал на меня топать босыми ногами, кричать: «Чего ты говоришь, дед! Этот храм Господь сюда принес. Скоро здесь появятся люди, они будут молиться». Он озвучил мои надежды, мои мысли. Это было счастье. Я понял, что приехал недаром. Храм будет жить!

****

Александр Черменский в конце разговора признался, что собрал очень много материалов о своем генеалогическом древе, можно сказать на 100 лет вперед. За свои лекции он ничего не получает, наоборот всегда старается поделиться безвозмездно знаниями и духовным опытом. А ещё хочется отметить, что Александр Евгеньевич трепетно относится не только к истории своих святых предков, но и всех служителей и защитников православной церкви. Однажды в Сербии, побывав на месте захоронения Антония Храповицкого, главы русской зарубежной церкви, он ужаснулся заброшенностью его местом погребения. Выйдя из полутёмного подвала с грязными ступенями, историк закричал сербам, рабочим старого кладбища: «Ведра! Тряпки!». Пришлось своими силами наводить генеральную уборку в склепе Иверской часовни.

Татьяна Данилова
Фото «Призыв»

Обсуждение

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Ваше имя (обязательно)

Ваш телефон (обязательно)

Сообщение