18+

Медовый Спас на пчелиных останках

Массовая гибель пчёл во Владимирской области оставила много вопросов

Раньше это назвали бы бесхозяйственностью, а сейчас — стечением обстоятельств. Массовая гибель пчёл во Владимирской области, скорее всего, не повлечёт за собой наказания виновных. Но в роли пострадавших все мы: с начала года цена на мёд в регионе выросла на 10%, к зиме поднимется ещё выше. Сладкого продукта собрали меньше обычного. Сказалась погода. Гибель пчёл, пусть и в меньшей степени, тоже. Официально причины мора не называют. В общем-то, логично. Их много. Человеческий фактор в том числе. На следующей неделе 14 августа — Медовый Спас. Для многих пасечников — «праздник со слезами на глазах».

Странная история. Странность её в том, что, с одной стороны, источник пчелиной напасти практически очевиден — это ядохимикаты, которыми обрабатывались сельские поля. В этом убеждена руководитель Владимирского общества пчеловодов Галина Степанова, этого не отрицают специалисты хозяйств, распылявших «химию», эту же причину, пусть осторожно, называл директор аграрного департамента Константин Демидов ещё месяц назад, когда пришли первые сообщения о гибели насекомых.

Константин Демидов, директор департамента сельского хозяйства и продовольствия администрации Владимирской области (съёмка 5 июля 2019 г.):

  • Я думаю, что не обошлось без действий ядохимикатов, потому что в этом году из-за повышенной температуры активно развивались вредители на сельскохозяйственных культурах.
  • Чтобы спасти урожай, сельхозпроизводителям приходится делать большую кратность обработок, чтобы справиться с этими вредителями. Конечно, это могло повлиять и на пчел.
  • По всем правилам сельхозпроизводители должны за три дня до обработки уведомлять население и пчеловодов о проводимой обработке. И пчеловоды должны принять меры по спасению пасеки: либо перевести ее на безопасное расстояние, либо закрыть летки.
  • Пчелы безболезненно выдерживают закрытие летков на трое суток, этого времени достаточно, чтобы препарат потерял свою активность. 

С другой стороны, никакого криминала в том, что посевы (в первую очередь рапс) обрабатывались инсектицидами, нет. Они и должны обрабатываться, это часть мероприятий защиты растений. Обработка проводится каждый год, даже более того — по нескольку раз за сезон. И всё же пчёлы погибли, это факт.

По приблизительным данным, в области летом 2019 г. погибли 500 пчелиных семейств из более чем 12 тысяч.

Сообщения о гибели пчёл поступали преимущественно из районов Ополья — Суздальского, Юрьев-Польского. Это и понятно. Там, в отличие от других территорий Владимирской области, больше полей, больше посевов, больше пасек. И, соответственно, больше хозяйств, занимающихся животноводством и растениеводством.

Обработка полей ядохимикатами. Фото: agroday.com.ua

Мы предупреждали пчеловодов о том, что будем распылять ядохимикаты, — сообщил «Призыв» и.о. главного агронома СПК «Шихобалово» Дмитрий Курочкин. — Обработку проводили на территории Новоалександровского сельского поселения Суздальского района. Я заранее вывесил объявления с номером своего телефона. При администрации собирали сельских старост, чтобы те оповестили людей. Мне самому удалось установить контакт где-то с половиной пчеловодов. А вот от тех, кто должен был получить информацию от старост, не было ни одного звонка. Почему так плохо сработали, не могу сказать.  

Поля обрабатывали инсектицидом «Борей». Он убивает крестцовых блошек, рапсового цветоеда, пилильщика, скрытохоботника. Опасен для пчёл.

Обработка полей могла спровоцировать гибель пчёл. Фото: medtim.ru

Даже в советские времена, когда Николай Носов сочинил пчеловодческий катехизис для школьников «Дневник Коли Синицына», разведение пчёл было во многом делом личным, самостоятельным. Сейчас же во Владимирской области 96,4% полосатых насекомых трудятся в частном секторе. Понятное дело, энтузиаст, поставивший в деревне пяток-другой ульев, не побежит их регистрировать (да этого и не требуют). И если раньше водились хоть какие-то списки пчеловодов, то сегодня учёта нет. Так что в пиковой ситуации все риски на них. Лето-2019 это как раз показало. После чего, например, в Татарстане, где также произошла массовая гибель пчёл, заговорили о «паспортизации» пасек.

Из 12,3 тысячи пчелосемейств, насчитывающихся во Владимирской области, 11,1 тысячи находятся в частных хозяйствах и 1 тысяча – в КФХ.

Галине Степановой, имеющей пасеку в селе Малахово Суздальского района, повезло. Её о будущей обработке полей химикатами предупредили. Правда, за считанные дни до мероприятий, проводившихся 21 и 26 июня. Так что закрывать летки пришлось в экстренном порядке. И на пчёлах это сказалось не лучшим образом.

Руководитель Владимирского общества пчеловодов Галина Степанова

— Стояла жаркая погода, а насекомые целый день провели в улье. Чувствовали себя явно плохо, потом роились, им не хватало влаги, — говорит Галина Владимировна. — Это, конечно, суровое испытание для пчёл. А для пчеловодов ещё и убыток, ведь каждый «выходной» они недосчитываются нескольких килограммов мёда.

 Аграрии могут заранее оповещать пчеловодов о распылении ядохимикатов, считает руководитель Владимирского общества пчеловодов. Ведь решение об обработке полей принимается не за час-два. Об этом известно, как минимум, за несколько месяцев.

— Не совсем так, — поправляет агроном Дмитрий Курочкин. — Мы привязаны к погоде, к периоду цветения растений — это меняющиеся показатели. При всём желании за месяц-два назвать точную дату распыления мы не можем.

Село Шихобалово Юрьев-Польского района. Фото: photos.wikimapia.org

На агропорталах указывается, что о применении «Борея» пчеловодов нужно предупреждать минимум за 3-5 дней. Возможно, кого-то и ввели в курс загодя. А многие узнали об угрозе накануне или вообще не узнали — поди теперь разбери (узнать, наверное, можно, но кто этим будет заниматься?). Наши пчеловоды ещё хорошо отделались, говорит Галина Степанова. В ряде южных регионов (главный владимирский пчеловод поддерживает контакты с тамошними коллегами) обработка полей химикатами велась интенсивнее, чем здесь. Вроде бы применяли и инсектициды с более длительным периодом распада. Поэтому пчёл приходилось «укрывать» по нескольку дней либо, выпуская, подвергать риску.

Гибель пчёл летом 2019 года наблюдалась в 30 регионах России.

А вот пчеловоду из Юрьев-Польского района Илье Савватееву круто не повезло — он информацию от СПК «Шихобалово», с чьими полями соседствует его скромная пасека, не услышал. Результат — три улья из семи опустели. Оставшиеся в живых пчёлы только сейчас, спустя месяц, начинают потихоньку поправляться. В начале июля, сразу после трагедии с насекомыми, Илья написал заявление в полицию, о чём сообщал «Призыв». Правоохранители перенаправили бумагу в санэпиднадзор.

Пчеловод из Юрьев-Польского района Илья Савватеев

— Ни из полиции, ни из санэпиднадзора пока никаких ответов не получил, — разводит руками Илья. — Надежд на то, что мне компенсируют ущерб, почти нет, но я надеюсь на то, что нынешняя ситуация, затронувшая многие регионы, привлечёт внимание к проблемам пчеловодов.      

Может, и привлечёт. Если чиновники захотят рассмотреть эти проблемы, а не прикроются утешительной статистикой. Ведь в общей массе потери пчеловодов как будто невелики. Во всех пострадавших регионах России, судя по данным информагентств, в 2019-м погибло 1,5% общего числа пчёл, во Владимирской области — больше 4%. Вот смотрите: приблизительная цифра потерь нашего региона — около 500 пчелиных семейств. Каждое семейство — улей. В среднем владимирцы держат 10, от силы 15 ульев. Таких, что имеют сотню-другую колод, можно пересчитать по пальцам, и тех наверняка известили о действиях аграриев. Таким образом, пострадали (частично лишились пчёл) от силы три-пять десятков человек, для многих из которых добыча мёда — преимущественно хобби, а не основной источник заработка. Так что будут ли из-за них поднимать шум — вопрос. Ведь можно сделать вид, что это вполне терпимая утрата и вообще допустимый риск работы на селе.

Один из ресурсов Татарстана, сообщивший о гибели пчёл, в заголовок вынес посыл: «Не драматизировать, а паспортизировать».

Кроме того, повторюсь, официально в регионе-33 смерть трудяг-насекомых не связывается с обработкой полей. «Лабораторно гибель пчёл от инсектицидов не выявлена», — сообщили нам в одной высокой инстанции.

— И не могли выявить, — уверена Галина Степанова. — Во-первых, для того чтобы установить причину поражения пчел, их надо доставить в лабораторию немедленно после гибели, соблюдая температурный режим (в холодильной камере). Позже  бесполезно, так как обычно период распада инсектицидов — несколько часов. А во-вторых, наши лаборатории не имеют необходимых технологий и опыта для исследования пчёл. Та, что находится у Центрального рынка г. Владимира, работает с продуктами пчеловодства, а не с самими насекомыми. В южных регионах страны, где пчёл разводят гораздо активнее, чем во Владимирской области, лаборатории имеют необходимое оснащение и опыт. У нас — нет.

Проверка мёда. Фото: pp.vk.me

На нет и суда нет. Это не фигура речи. В Тюменской области, к примеру, местные пчеловоды намерены были подать в суд на аграриев. До тяжбы дело не дошло, но на региональном уровне была создана трёхсторонняя комиссия, куда вошли представители администрации региона, местные сельхозпроизводители и пчеловоды. Они договорились координировать свои действия, чтобы впредь не допустить массовой гибели насекомых. У нас же пока даже идеи создания такого совета не прозвучало.

Между тем очевидно, что корень проблемы — именно в организации, в координации действий, в контроле. И пресловутый «Борей» — это лишь орудие, от которого пала жужжащая братия, а приводила его в действие — человеческая несогласованность. Кого-то об угрозе оповестили, кого-то нет. Кто-то услышал, кто-то не услышал. Старосты взяли под козырёк и забыли. И кто его знает, как применялись инсектициды — в соответствии ли с правилами (там тоже есть свои ограничения) или с отступлением от оных? О том, что хозяйства распыляют ядохимикаты, они лишь уведомляют Россельхознадзор, а что дальше?

Спасти пчёл может скоординированность людей. Фото: static.ruvita.ru

Самое плохое будет, если нынешнюю гибель пчёл спишут на сезонную напасть и не сделают выводов. Или ещё хлеще — кивнут в сторону Запада, где в некоторых странах в 2015 году погибла треть трудяг-насекомых и разведут руками: что вы хотите, мировая тенденция (многие отечественные информагентства как раз стараются придать сугубо российской проблеме глобальные масштабы). Но за океаном совсем иные подходы к пчеловодству, там «мигрирующие пасеки», там другие природные условия, и вообще они нам не указ… Обработка суздальских и юрьев-польских полей, агрономы с отсутствием контактов и забывчивые старосты, пчеловоды, не имеющие своих виртуальных площадок, где можно оперативно получать нужную информацию, — это те элементы, которые нужно выстраивать в систему здесь, во Владимирской области. А Запад… Бог с ним, пусть у тамошних чиновников голова болит.

Николай Лившиц

Заглавное фото: wallbox.ru

Обсуждение

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Ваше имя (обязательно)

Ваш телефон (обязательно)

Сообщение