18+

В музее-заповеднике громят науку

Сотрудники получили уведомления о переводе в другие отделы

Много уже написано о безобразиях, творящихся в музее-заповеднике, но то, что происходит прямо сейчас на наших глазах, не поддается никакому рассудочному объяснению. Полностью уничтожаются научные подразделения музея: не будет теперь научных сотрудников – историков, искусствоведов, архитекторов и специалистов по истории нашей архитектуры – ничего, и это в Государственном историко архитектурном и художественном музее заповеднике!

Вдумайтесь! Дикость! Все (!) научные сотрудники получили письменное предупреждение о том, что если они добровольно не согласятся на перевод на должность «специалиста проектно-экспозиционного отдела», то будут уволены. Зачем ему все это? Попробуем разобраться. Для начала вспомним появление нового директора ВСМЗ Конышева и представление его коллективу музея-заповедника. В этом первом выступлении Конышева насторожила фраза о том, что он пришел «как разрушитель». Тотчас поправившись и подпустив позитива, вступивший в должность директор преподал себя как человека, умеющего зарабатывать деньги. Насторожила и еще одна фраза на одной из первых встреч Конышева с коллективом, где им было сказано, что он не знает, что делать с наукой, и что науки в госзадании нет. Прошли три года, и что мы видим — стратегия разрушения реализуется. Сначала Детский музейный центр и Палаты, затем еще ряд экспозиций, которые были закрыты или подверглись «обрезанию», всего таких объектов уже 23. Все это без внятной концепции, без детальной проработки, при фактически единоличным принятии решений директором и отстранении ученого совета.

И вот теперь следующий шаг – разгон науки. Зачем ему все это! Что это дает? Экономию средств? – нет, сотрудники остаются на примерно тех же окладах. Повышение управляемости? – тоже нет, а вот хаоса как раз станет больше. Сокращение ставок заведующих отделами? – так у них зарплаты и были совсем небольшие. Может, человек действительно не понимает, зачем нужна наука в музее-заповеднике? Ведь он не ездил в экспедиции и никогда не собирал экспонаты, не встречался с очевидцами исторических событий и не записывал воспоминания, не занимался собирательской работой, не участвовал в раскопках, не работал в архивах и не испытывал радости от найденного документа, проливающего свет на давно ушедшие события, не писал научных статей и не выступал с ними на конференциях.

Директор уверяет нас в наличии у него больших планов и в перспективах глубоких перестроек. А с кем он собрался это делать? Музейщики, историки и искусствоведы на дороге не валяются. Наивная уверенность, что он с легкостью заменит одних на других, на деле оборачивается еще одним шагом по пути разрушения музея. ВСМЗ под руководством Конышева отметился рядом выставок-пустышек, когда от создания выставок были отодвинуты историки, а их работу теперь делает так называемый специалист по новым музейным технологиям, в недавнем прошлом обычный айтишник, который от истории весьма далек. Впрочем, теперь среди авторов выставок первой указывается фамилия директора, даже если он к этой выставке и не подходил.

Если раньше в музей стояла очередь из желающих работать, и звание научного сотрудника было довольно сильным стимулом, то теперь на должность «специалиста проектно-экспозиционного отдела» настоящий историк или искусствовед не пойдет, а те, что есть — долго не задержатся. Впрочем, они и не нужны, планы у временщиков лежат в иной области. И область эта предельно понятна – зарабатывание денег. На недавно прошедшей конференции музея в Суздале именно об этих достижениях больше всего говорилось. Однако деньги – это всего лишь средство для реализации намеченных целей. Миссия музея не в том, чтобы зарабатывать, а в том, чтобы сохранять и передавать следующим поколениям не только экспонаты, но и знания. Без знания истории, архитектуре и искусству, без умения связать единой научно обоснованной исторической нитью экспозиционные решения, музей превращается в лавку антиквариата, в бездушную и неинтересную конструкцию.

За внешним фасадом каждой выставки всегда лежит огромная исследовательская работа. Но и знания и тот неповторимый музейный дух, который всегда жил в стенах ВСМЗ неведомы г-ну Конышеву, как, видимо, неизвестно и то, что музей начинался трудами владимирской ученой архивной комиссии, что в его создание и сохранение, в пополнение коллекций в самые лихие годы внесли свой вклад именно историки, реставраторы, искусствоведы. Вряд ли ему что-то скажут имена тех, кто создавал музей и его лучшие экспозиции: В.И.Романовского и Н.П.Сычева, А.Д.Варганова, Л.Р. Горелик, Л.И.Горбатовой, С.П. Гордеева и многих, многих других. Музей всегда был силен именно наукой, и это приносило свои плоды. Конышев, своим приказом о списании книг А.И.Аксеновой, в которых как раз вся эта история очень подробно и достойно изложена, лишний раз дал всем понять – ему не нужна ни предыдущая история музея, ни его люди, которые создавали все это богатство. Музей был признанным авторитетом, явлением культуры владимирской земли, и вот теперь науку в нем упраздняют, как избавляются и от его истории.

И все же зачем? Нельзя не видеть, что, несмотря на излишнюю самоуверенность и поверхностность, директор — человек неглупый, сам является коллекционером, т.е. роль науки как раз понимает. В чем дело? Имеет же какой-то смысл все то, что сейчас происходит, как страшный сон.

Думаю, что ответ есть и его легко прочитать между строк официального ответа министерства на открытое письмо АИ.Аксеновой. В.Р.Мединский не решился сам подписать этот ответ, хотя письмо было адресовано именно ему, его подписал руководитель департамента музеев министерства. В ответе все претензии к новому директору отметаются, наиболее острые вопросы, такие как закрытие ДМЦ, вообще не упоминаются. На призыв Алисы Ивановны, исправить грубую ошибку министерства, назначившего г-на Конышева директором музея, направлен ответ, суть которого проста – все, что происходит – происходит правильно, и министерство поддерживает действующего директора. Более того, как стало известно, министр культуры В.Р. Мединский ставит деятельность Конышева в пример другим руководителям музеев.

Значит, все, что тут у нас происходит – это и есть будущее российских музеев? Ведь рано или поздно на посту директоров музеев-заповедников Ярославля и Костромы, Пскова и Новгорода, Смоленска и Тулы и других сядут конышевы, и наша культурная жизнь пополнится еще большим количеством красивых отчетов о прибылях и убытках, умиляться над которыми будет разве что сам Мединский и его преданная команда. Вот только простит ли преданная культура?

А вопрос, прозвучавший в начале: «Ради чего все это?» самое время публично задать не только самому разрушителю, но и тем, кто его назначил и поддерживает, и в первую очередь министру культуры В.Р.Мединскому.

Виталий Гуринович,

историк-краевед, член правления Общества друзей ВСМЗ, бывший зав. отделом истории современного общества ВСМЗ

Фото: культура24.РФ

Обсуждение 3

  • Смирнов ИгорьЮрьевич:

    дело мединского живет и побеждает—-побеждает бабло!.ПОЗОР!!!!! некогда ВЕЛИКОЙ КУЛЬТУРЫ.превращенной в ларек с жвачкой…….ПРОТИВНО И ОБИДНО

  • Ярцева НП:

    Процесс идет! Процесс не только уничтожения самого понятия «музейная культура», но и процесс превращения российского гражданина в обывателя, не ставящего вопросовов, не отвечающего, не анализирующего происходящего.
    Главное: деньги и еще раз деньги.
    И музеи и театры: все превращается в развлечение на потребу самым примитивным вкусам. Все это уже довольно давно началось. А Мединский окончательно все похоронить. Он — могильщик русской культуры. Гробокопатель. Но он является только функционером, выполняющим строгие указания власти. Не случайно за него так просил Медведев. А наука действительно не нужна. Вспомните реформу Академии Наук?

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Ваше имя (обязательно)

Ваш телефон (обязательно)

Сообщение