Жильцы выставили на продажу ветхий дом

С переименованием улицы их жизнь лучше не стала

Ветхий деревянный дом под номером 23 на Владимирском спуске находится в пяти минутах от Золотых ворот. Там проживают четверо человек, среди них трое — пенсионеры.

Дом был построен более ста лет назад. Тогда на Владимирском спуске проживали люди обеспеченные. После революции улице дали новое название — Красного Профинтерна. Бывшие частные дома стали многоквартирными. Их обитатели хоть и относились к классу-гегемону, в материальном смысле уступали прежним домовладельцам.

Недавно улице возвратили прежнее название. Но на социальный статус жителей это не повлияло. Во всяком случае, дом № 23 сейчас объединяет малоимущих собственников, которые, терпя лишения, готовы продать его вместе с землёй.

На Владимирском спуске это одно из самых плачевных зданий. Хотя с внешней стороны выглядит «бодрячком». Недавно всю улицу благоустроили, фасады старинных зданий покрасили. Такое обновление радует глаз, но стоит обойти дом, как глазам открывается страшная картина. 

Со стороны двора создается впечатление, что если толкнуть здание, оно рухнет. Снаружи дом плотно обит досками и клеенкой — «родные» стены почти рассыпались. Дожди и снег уничтожили отделку, доски отваливаются, а клеенка прогнила.

Железная крыша проржавела и покрылась мхом, в стенах — дыры. Со слов местной жительницы, пенсионерки, дом держится исключительно на печке и обшивке из ДВП.

Земля и дом в собственности у жильцов. Доведенные до отчаяния, они обращались в мэрию, но там пенсионерам объяснили: частники должны разбираться со своим домом сами, это не забота власти.

Жительница дома:

  • Вот мы хотим сейчас подавать в суд, все условия опишем и напишем в случае, если с нами что-то случится. Обвалиться на меня может вполне, я буду сидеть, и меня задавит. И будем на них в суд подавать.
  • А на кого вы хотите подать в суд?
  • На чиновников наших, а там не знаю на кого.
  • Тут и Шохин был у нас, уже часто здесь бывал летом.
  • Здесь всякие люди ходили, много. Мы жалуемся, поглядят и уходят. А когда голосование в депутаты, вы знаете, тут сколько обещают?
  • Ох, они обещают: мы буквально месяц — мы вас снесем.
  • Потом буквально через полгода пошли с соседкой к этому, его уже поставили, а он нам ответил: «Выйдите из кабинета!»
  • Это глава, который был до Деевой, мужчина. 

В жилых комнатах — ещё хуже. Во время дождя от крыши нет помощи. Течёт во всех комнатах, больше всего страдает кухня.

Жильцы уверяют, что ремонт в доме невозможен. Комнаты буквально превратились в труху. Потолок разваливается на глазах. Чтобы он не рухнул, его приходится подпирать деревянными палками.

Потолочные швы заклеивают клейкой лентой. Как по-другому обезопасить себя от нависающего потолка, пенсионерка, живущая в опасных условиях, не знает.

Жительница дома:

  • Когда текло — 25 тысяч встало, надо купить всё это, плюс 15 тысяч узбеки — наши не лезут, боятся, дом-то гнилой. Они падали у нас, там же некуда встать совсем.
  • Я писала о помощи, сказали: «Люди хуже живут, пенсия у вас большая».
  • Это 8200 — пенсия большая, и муж инвалид без ноги!
  • Не помыться, бани нет.
  • Съездить в баню на такси помыться зимой — это сколько стоит нам на двоих? И вот соседи, семья, живут…
  • А вы как-то ванну принимаете, воду нагреваете?
  • Нет, ходим по знакомым, стыдно, но ходим по знакомым мыться в ванной или в кабине, унижаемся. Стыдно, а что делать?

Нет в доме отопления, канализации и газа. Газовая служба категорически отказалась газифицировать дом: здание настолько обветшало, что проводить какие-либо ремонтные работы опасно для жизни.

Не работает и печка. Во время топки весь дым поступает в жилые комнаты. Жить в таких условиях просто невозможно, а самим жильцам стыдно.

Жительница дома:

  • Я топлю — соседка идет, жалуется: дым какой-то, дымом пахнет.
  • Они топят, я чувствую, дым идет.
  • Печка уже обваливается, камни летят.
  • Не знаем, что делать. Нельзя ее ломать.
  • Чинить я печника знакомого вызывала, он сказал: «Я бы подешевле сделал, но нельзя — надо ломать».
  • А ломать нельзя. Он лазил высоко, все посмотрел и сказал: «Дом стоит на печке. За счёт печки и ДВП обшивки стен дом стоит».
  • И вот как мы будем ломать печку, а как жить?

Землю и сам дом жильцы выставили на продажу. Понятно, что здание пойдёт под снос, поэтому изначально продают саму землю. Здесь, на Владимирском спуске, уже было снесено несколько лачуг, а на их месте были возведены дорогие коттеджи.

Пенсионерка уверена, что удачное расположение их дома в самом центре города должно заинтересовать многих покупателей. Но пока предложений не поступало.

Иван Стариков

Обсуждение

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Ваше имя (обязательно)

Ваш телефон (обязательно)

Сообщение