В приюте «Мамин домик» кончилась сладкая жизнь

Складывается ощущение, что одну из самых успешных благотворительных организаций региона просто… выживают.

Ненужный «Домик»

Летом 2015 — первый скандал: истек срок действия договора о безвозмездном пользовании, по которому приют-убежище для беременных и молодых мам «Мамин домик» получил муниципальное здкирание в киржачском селе Ельцы. Возобновлять его, как выяснилось, никто особо не собирался. «К нам приехали депутаты местного Совета. Первое, что они сказали: надо остановить этот конвейер — кому он нужен? — вспоминает основатель приюта Арина Серавкина. — Они намекали, что мы не помогаем нашим девочкам, а, наоборот, толкаем их на неверный путь. Потом стали спрашивать, много ли у нас подопечных из Киржача — если нет, то какой смысл давать нам льготы? А мы не смотрим никогда — из Киржача или нет, принимаем всех».

Приюту попытались установить непосильную арендную плату — около 50 тысяч в месяц — или попросить «восвояси». В тот раз только вмешательство журналистов и общественников, стучавших во все двери, помогло отстоять «Мамин домик»: договор, хоть и не сразу, продлили еще на три года.

Второй скандал — в марте 2016 года. Тогда в приют нагрянула прокуратура и собралась выселить всех обитательниц — 6 женщин и 9 детей.«Нас обвинили в том, что здание, в котором мы расположены, — не жилое, что дети не имеют права ночевать здесь, что они находятся в опасности, — рассказывает Арина Серавкина. — Я возразила, что администрация Киржачского района предоставила это здание именно под приют, что это прописано во всех документах. После этого они немного смягчились и согласились не увозить женщин с детьми и оставить их под мою личную ответственность».

После этого в приют валом пошли проверки: здравоохранение, соцзащита, пожарные. И хотя сама Арина говорит, что это были уже «дружественные» проверки, приют получил штраф в 130 тысяч рублей за нарушение правил пожарной безопасности, и до сих пор его выплачивает. Заодно в «Домике» пришлось провести внеплановый ремонт: все «домашние» материалы, которыми он был отделан — бумажные обои, дерево и т.п. — пришлось заменить «казенной» краской.

В убежище или в рабстве?

Летом 2016-го «Мамин домик» попал в реестр поставщиков социальных услуг — это дает частным организациям возможность получать от государства компенсацию части расходов на помощь социально-незащищенным гражданам. Но, как выяснилось, для этого были поставлены условия. «Оказалось, нашим девочкам нельзя работать: делать конфеты, расписывать сувениры — производить то, за счет чего выживает приют, — говорит Серавкина. — Даже самим для себя выращивать овощи и закатывать соленья им тоже нельзя. Мне объяснили, что это чуть ли не использование рабского труда людей, оказавшихся в безвыходной ситуации. Ладно, я перевела производство в Ногинск, а в Ельцах остались учебные мастерские. Учиться девочкам вроде не запретили… Тем более, на учебную кондитерскую мы получили грант областной администрации».

В ноябре прошлого года в приют нагрянула новая проверка — из комитета по управлению муниципальным имуществом районной администрации. И снова — с неожиданным результатом. «Утром президент обратился к Федеральному собранию и помимо всего прочего потребовал дать некоммерческим организациям возможность спокойно работать, — вспоминает Арина. — А вечером мы получили от районной администрации предписание снести наши учебные мастерские».

1 gЗа зданием начальной школы, в котором расположен приют, раньше был сарай. На его фундаменте на собранные благотворительные взносы была построена учебная мастерская для подопечных «Маминого домика»: одна комната — под кондитерскую, одна — под сыроварню, еще одна — для изготовления сувениров. Как раз в декабре в здании сделали отопление. «Мне сказали, это незаконная постройка и ее нужно убрать, — говорит Серавкина. — И еще, как выяснилось, есть вопросы к самому зданию приюта. Через 5 лет после его открытия вдруг обнаружилось, что, переделав школьные классы в комнаты, мы провели незаконную перепланировку и снова оказываемся в виноватых. Честно говоря, у меня уже опускаются руки. Чиновники постоянно говорят, что мы все делаем неправильно, но никто не хочет подсказать, как всё исправить».

Как всегда, «исправить» попытались добровольцы. Например, Кристина Маганова написала главе государства письмо с вопросом: почему «Маминому домику» не дают возможность спокойно работать? Письмо из Москвы перенаправили в администрацию Владимирской области, оттуда — в Киржачский район. Из районной администрации Кристине в положенный срок прислали отписку: «в целях соблюдения договора безвозмездного пользования проведен осмотр здания… Оформлены и направлены акты о соблюдении правил противопожарной безопасности, содержания объекта в надлежащем состоянии, обеспечения сохранности коммуникаций».

На грани закрытия

«Призыв» тоже попытался узнать в киржачской администрации,в чем суть очередных претензий к приюту. Однако в прошлую пятницу глава района вместе со всеми заместителями отсутствовал: по словам других сотрудников, готовился к похоронам дирижера Халилова, которые должны состояться в понедельник. Две сотрудницы районного комитета по управлению муниципальным имуществом — того самого, откуда пришло распоряжение снести пристройку — отказались объяснить ситуацию без «распоряжения сверху», а присоединившийся к ним человек, который представился юристом, довольно бодро подключился к диалогу с фразами типа «кто вам сказал», «чего вы от нас хотите» и «мы не обязаны ничего объяснять».

У всех, кто имеет отношение к этой истории, складывается ощущение: «Мамин домик» не только не нужен, но и нежелателен для местных чиновников. А вот отремонтированный ими дом, уютный и благоустроенный — нужен, но, очевидно, не в качестве приюта для беременных и женщин с детьми. Иначе трудно объяснить, почему за каждый просчет организаторов, с которым можно было бы разобраться неофициальным порядком, по-человечески, их заставляют отвечать по всей строгости закона.

Многочисленные проверяющие знают о своем праве контролировать состояние здания и жизнь его обитателей, но отказываются принимать в расчет, что имеют дело с женщинами и детьми, к тому же в тяжелом положении, и вроде бы ни к чему добавлять им лишнего стресса. Как и то, что «Мамин домик» не имеет аналогов в России, и случись что — его подопечным действительно некуда будет деться. В случае с мастерскими очевидно — здание действительно возводили без разрешительных документов. Но оно появилось не за один день, однако все то время, пока шла стройка, ни один чиновник не обратился в приют с предложением помочь узаконить строение — или хотя бы приостановить процесс, пока дело не зашло слишком далеко.

— Ни разу не было, чтобы кто-то из чиновников пришел и сказал: вот это у вас неправильно, давайте мы поможем вам сделать как надо, — говорит Арина Серавкина. -Зато и не вспомнить, сколько раз нас грозили закрыть, выселить, оштрафовать…
Кстати, в декабре чиновники практически добились своего: совет приюта принял решение временно закрыть стационар для проживания женщин с детьми. Но потом… «Позвонили из Суздальского района: у них там девочка, ей пятнадцать, она беременна и никто не знает, что с ней делать. Ну и куда ей деваться, на самом деле? И я сказала — привозите»…

«Призыв» будет следить за развитием событий.

СПРАВКА «Мамин домик» — это убежище для беременных и недавно родивших женщин. В 2011 году получил полуразрушенное здание в с.Ельцы, отремонтированное за счет собранных пожертвований. Здесь помогают женщинам не только переждать трудные времена, но и получить профессию — парикмахера, кондитера и т.д.

ЦИФРА: 33 женщины с детьми, оказавшихся в сложной ситуации, принял приют в прошлом году.