Место имения

И это дает основание предположить, что к 2022 году усадьба возродится, как феникс из пепла, во всем блеске старинного дворянского гнезда.

«Отдам дворец в хорошие руки», — впору было писать на протяжении нескольких десятков лет, пока особняк Храповицкого, сгоревший в конце 70-х, продолжал разрушаться. Попав в управление Владимиро-Суздальского музея-заповедника, многострадальное имение эти руки, похоже, нашло: за два последних года в усадьбе сделано больше, чем за предыдущие двадцать лет. «Концепция приспособления усадебного комплекса к музейным целям создана и одобрена инспекцией по охране памятников, — рассказала Светлана Мельникова, генеральный директор ВСМЗ. — Также мы подготовили смету расходов с указанием стоимости проектных и реставрационных работ. Теперь эти документы должны получить одобрение Министерства культуры. После этого мы получим возможность запрашивать средства, необходимые нам для восстановления усадьбы».

Пока деньги поступают только от меценатов. Вклад, сделанный одним из столичных банков, был потрачен на основные противоаварийные работы: состояние особняка сейчас таково, что заходить внутрь здания просто страшно. От тех денег к настоящему моменту осталось 2 миллиона — ничтожная сумма на фоне всех существующих потребностей. Эти деньги планируется потратить на раскорчевание плаца у бывших конного и скотного дворов: пока там стоит вода, которая не позволяет подогнать к зданиям технику.

Тем не менее, уже в прошлом году музей принял первых туристов: пока для них открыта небольшая экспозиция в бывшей лодочной станции (главный экспонат — большой макет усадьбы в том виде, в каком она существовала до революции, включая утраченные здания театра, гостевого дома и т.п). Оценив, что было, туристы идут осматривать, что осталось. В июле должно открыться еще одно музейное пространство
— в бывшем скотном дворе. Раньше там располагались художественная и спортивная школы, а потому здание сохранилось лучше прочих — но и с ним забот хватает. «Провести электричество, Интернет, создать условия для круглогодичной работы, — перечисляет Мельникова. — Пока у нас в Муромцево три сотрудника, этого мало. Тем более как пришла весна и выросла травка, мы только и делаем, что косим, косим, косим… Территория теперь наша, мы за нее отвечаем».

Дальнейшая судьба усадьбы — дело времени, но в музее не сомневаются, что рано или поздно особняк и все прилегающие здания будут приведены в надлежащий вид и имение Храповицкого станет местом притяжения всех туристов, посещающих наш край. Готовится даже туристический маршрут «Муромцево — Гусь-Хрустальный», который будет рассказывать о дореволюционной России, дворянской и промышленной.

А пока приходится решать более мелкие, но очень актуальные вопросы: например, сейчас здание усадьбы огорожено сплошным забором — в результате туристы не могут увидеть особняк цел иком. Чтобы оценит ь общий план, они лезут через забор и уже несколько раз его роняли. Чтобы сберечь свое имущество и здоровье посетителей, в музее собираются часть этого забора заменить решеткой.

28 июля в имении Храповицкого пройдет праздник, посвященный дворянской жизни

Что могут разместить в усадьбе Храповицкого?

Музей дворянства
Тема напрашивается сама собой. В фондах музея находится около 200 предметов из имения — даже больше, так как что-то попало в фонды без должного описания, и принадлежность этих вещей к усадьбе выясняется только сейчас. Также в особняк могут переехать на ПМЖ выставка «Минувших дней очарованье» и часть картинной галереи.

Музей природы
Имение связано не только с Храповицким, но и со знаменитым лесником Карлом Тюрмером — собственно, создавшим все окрестные леса. Нынешнее здание на ул. Мира музей сможет использовать под экспозиции, посвященные новейшей истории, о которых давно мечтает и которые удачно впишутся в здание советской эпохи.

Музей эмиграции
Проект «Пыль чужих дорог» о судьбах владимирских эмигрантов был представлен на последнем «Интермузее» и получил там высокие оценки. «Столько всего интересного вокруг — а люди шли к нашему «эмигрантскому чемоданчику» и пытались что-нибудь оттуда достать, — улыбается Светлана Мельникова. — Но все было заблаговременно приклеено и привинчено, кроме портрета Владимира Храповицкого, на примере которого мы рассказывали о наших соотечественниках на чужбине».