18+

Никогда не сотрется из памяти…

Надежда Аврамовна жила в селе Конищево Смоленской области вместе с родителями и младшим братом. Война ворвалась в жизнь 13-летней девочки внезапно.

— В нашу деревню прискакал всадник. Он подъезжал к каждому дому и кричал: «Мужики, собирайтесь, война началась!», — вспоминает Надежда Аврамовна. — Мой отец был председателем колхоза, ему дали отсрочку. Но ненадолго — через несколько дней он ушел на фронт.

Вскоре недалеко от деревни появились немцы. Оставаться в домах было опасно, и дети вместе с матерями рыли окопы и по несколько дней сидели в них. Пули свистели над головой, фашисты сжигали дома. Но самое страшное для Надежды было еще впереди. 2 февраля 1943 года ее семья узнала, что немцы будут забирать всех подростков в концлагеря.

— Мама одела на меня свой теплый сарафан, шубу, пуховый платок, а сверху еще папин плащ. Нас посадили в грузовую машину и повезли. Один мальчик решил убежать и спрыгнул с машины. Но раздался выстрел, и он погиб, — рассказывает Надежда Аврамовна.

Детей привезли в лес. Там стояли фанерные домики, в которых по периметру были лавки, на них — лапник, — своеобразные кровати. Немцы валили деревья, а подростки должны были срубать сучки и ветки.

— Нас кормили один раз в день, давали хлеб из древесных опилок и жидкость, чтобы эту еду можно было проглотить. До сих пор помню привкус этого хлеба, — говорит Надежда Аврамовна.

Спустя месяц тяжелой работы Надя заболела тифом. Девочку отвезли в тифозный барак, где она целый месяц провела без сознания. Когда  Надя начала приходить в себя, немцы решили, что она готова к работе, и погнали в Белоруссию. Дорога была очень тяжелой, нельзя было даже останавливаться. На Надиных глазах немцы расстреляли дедушку, который не мог идти. В тяжеленных, насквозь сырых валенках девочка шла и молилась «Только бы не упасть!».

— Пригнали нас в лагерь, поселили в старых конюшнях. Всем дали в руки кирки и отправили копать противотанковый ров. Земля была еще мороженая, отколоть кусок — и то сложно. Но работали — иначе смерть.

Там Надежда повредила руку. Из досок ей наложили шину и отправили в Могилевскую область. Оттуда девочка попала на передовую линию, где каждую ночь приходилось рыть траншеи. И ни с кем нельзя было обмолвиться словом — за разговоры немцы убивали.

— Рядом со мной работал парень — крепкий такой, здоровый. Разрывная пуля попала ему прямо в живот. Он умирал у меня на глазах, а я стояла и плакала. Так и не узнала, кто он был такой, — признается Надежда Баринова.

Когда немцы погнали весь лагерь на станцию, чтобы потом отправить в Германию, Надежде удалось бежать. Вместе с другими узниками она провела шесть дней в лесу, пока местная девочка не помогла им выбраться. И вот оно, спасение — мимо шла наша армия.

Ну а потом была долгая и нелегкая дорога домой.

— Мама не поверила, когда ей сказали, что я вернулась. Ведь она успела меня дважды похоронить. Сначала — когда немцы сожгли тифозный барак, а потом и в Белоруссии. Но, несмотря на то, что смерть постоянно ходила рядом, меня она не тронула…

Когда война закончилась, Надежда Аврамовна получила образование.  Отучилась в фельдшерско-акушерской школе, а затем в педагогическом институте. 35 лет она проработала учителем химии в Курганской области. Там же познакомилась с будущим мужем — он преподавал математику. В 1987 году супруги переехали жить в поселок Вяткино Владимирской области, воспитали двоих детей. Сейчас у Надежды Аврамовны 4 внука и 3 правнука.

Несмотря на все тягости судьбы, она не утратила оптимизма и бодрости духа, ее активной жизненной позиции можно позавидовать. Надежда Аврамовна ездит по школам региона и рассказывает ребятам о войне и о том, что пришлось пережить лично ей. О тех годах, которые невозможно забыть.

Обсуждение

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Ваше имя (обязательно)

Ваш телефон (обязательно)

Сообщение