Был «оккупантом», стал «эмигрантом»

Ветеран6У ветерана Николая Семеновича Мокшина, который теперь проживает в Коврове, такая биография, что на ее основе впору писать роман.

Экипаж МО-318

Крестьянский паренек Коля Мокшин родился уже после смерти отца: тот погиб в гражданскую, оставив жену Наталью Петровну с четырьмя сыновьями и беременной пятым ребенком. Ничего — мальчик вырос, окончил школу, поступил в техникум. Но окончить его не успел: в 1939-м его призвали на военную службу и определили на Балтийский флот. Краснофлотец Николай Мокшин оказался в Кронштадте: в качестве старшины 2-й статьи был зачислен в состав экипажа сторожевого катера МО-318. Домой посылал фотографии в морской форме. Уже строил планы, как будет жить после демобилизации, но грянула война.

Первые военные недели обернулись бесконечными воздушными налетами и артобстрелами, защитой островов у побережья Эстонии, переходами под огнем врага. В августе 1941-го катер, на котором служил Мокшин, подорвался на мине. Из 11 человек экипажа при взрыве погибли 8. Трое уцелевших попытались достичь вплавь берега. Спасся лишь один -Мокшин. Оставшегося без корабля старшину зачислили в 3-ю бригаду морской пехоты, в составе которой он защищал Ленинград. Морпехов бросали на самые проблемные участки фронта, и они не раз спасали положение, отбрасывая прорвавшихся гитлеровцев. Порой шли в рукопашную, и враги каждый раз бежали от «черной смерти».

Диверсионная группа

В марте 1943-го старшину Мокшина в составе группы морпехов направили на усиление легендарной партизанской бригады майора Александра Германа. Бригада Германа, численностью не более двух армейских батальонов, действуя в Ленинградской и Псковской областях, уничтожила в общей сложности почти две дивизии врага, около 10 тысяч солдат и офицеров, десятки танков и орудий, сотни машин и железнодорожных эшелонов. В бригаде Мокшин командовал диверсионной группой, занимался подрывом железнодорожных мостов, организовывал нападения на шоссе.

6 сентября 1943-го при прорыве из окружения у деревни Житница Псковской области погиб в бою Александр Герман, но его бригада сумела прорваться через порядки карателей. А 18 октября 1943го во время одного из ожесточенных боев тяжелое ранение получил и старшина Николай Мокшин.

— Немцы тогда в очередной раз прижали нас, — вспоминает ветеран. — Пошли в атаку. Мы отстреливались. Бой шел среди леса. Я выбрал очень удобную позицию у раздвоенного большого дерева. Когда у меня закончился очередной диск, начал перезаряжать пулемет, и в этот момент что-то сильно ударило в левую ногу. Попал снайпер, стрелявший разрывной пулей. Ранение оказалось очень тяжелым: перебита кость. Меня вынесли из боя и вскоре самолетом У-2 эвакуировали на «большую землю», а затем отправили в эвакогоспиталь № 5877 в город Валдай Новгородской области. Несмотря на все попытки врачей, сохранить ногу не удалось…

Как Маресьев

Оставшись инвалидом в 25-летнем возрасте, Николай Мокшин не отчаялся. Подобно легендарному летчику Маресьеву много времени уделял физкультуре, а потом, получив протез, освоил его так, что ходил и даже бегал, причем многие и не подозревали, что у парня нет ноги. Он доучился в техникуме, стал инженером-строителем, был прорабом, а потом и начальником стройуправления. По направлению оказался в Молдавии, где возвел и сдал в эксплуатацию более 150 объектов: жилых домов, капитальных зданий. Николай Семенович женился, воспитал сына и дочь. К орденам и медалям военной поры у него добавились многочисленные награды мирного времени.

Но грянул 1991 год, и Кишинев, где жили Мокшины, стал столицей независимой Молдовы. Там начался разгул национализма. Ветерана в глаза называли оккупантом и агентом Москвы, ему угрожали и даже пытались расправиться физически. Молдова не платила «оккупанту» пенсию, не было возможности приобрести новый протез. И тогда фронтовику помогли. немцы! Из Германии, узнав о беде Николая Семеновича, ему прислали новенький протез. Помогали и заочные друзья-волонтеры, в том числе из Голландии и даже Австралии. Спасали и выплаты в тысячу рублей, которые ветерану каждый месяц шли из России. В 2002 году по просьбе Мокшина ему было предоставлено российское гражданство. В Кишиневе он жил вплоть до начала 2014 года, когда уже стало совсем невмоготу.

Номер 314

—  Я долго держался, но силы и здоровье уже не те, поэтому решил вернуться в Россию, -говорит ветеран. — В Коврове еще с 1993-го живет моя дочь с мужем и детьми, поэтому и оказался здесь. Только жить мне негде. У дочери в маленькой квартире, кроме меня, еще пятеро. Поэтому мы обратились к властям с просьбой помочь с жильем. Пока велели ждать.

Ветерана поставили сразу в две очереди на улучшение жилищных условий: в общую под № 314 и льготную для фронтовиков под номером 1. По закону Мокшин имеет право на выплаты из федерального бюджета для покупки дома или квартиры. Вроде бы и чиновники отнеслись к старику внимательно, пообещав содействие. Только пока — ни денег, ни квартиры, а сколько еще ждать инвалиду Великой Отечественной войны, которому скоро исполнится 96?

Ветеран бодрости и даже чувства юмора при этом не теряет, хотя ему и в Коврове довелось столкнуться с непониманием и даже черствостью, например, врачей из горбольницы, назначавших для инвалида время приема на дому и не являвшихся вообще. Есть и такие, кто называет Мокшина «молдавским эмигрантом», словно он — ищущий лучший доли гастарбайтер!

—    Там я был оккупант, а здесь — эмигрант! — грустно шутит Николай Семенович. — Но все равно Россия — моя родина, а ковровчане, в подавляющем большинстве, душевные и чуткие люди. А преодолевать трудности мне не привыкать.