Первое владимирское лето Бородина: мифы и быль

Первый год Бородина3Связь композитора Александра Порфирьевича Бородина с Владимирским краем общеизвестна. Но по большей части пребывание классика во Владимирской губернии ассоциируется с селом Давыдово (сегодня это Камешковский район).

Именно там автор «Князя Игоря» провел три летних сезона: в 1876, 1878 и 1879 гг. Теперь здесь действует небольшой музей его имени.

Между тем мало кто знает, что первое лето на Владимирщине композитор-классик провел не в Давыдово, а в Суздальском уезде еще в 1874 году — 140 лет назад. Однако история этого первого пребывания Бородина на владимирщине изрядно запутана и даже мифологизирована — случайно или нарочно…

Крузенштерн ни при чем

Общеизвестная версия такова: «Лето 1874 года Бородины провели в небольшом глухом селе Рожново Суздальского уезда в 60 километрах от Владимира». Это цитата из книги А. Зорина «Александр Порфирьевич Бородин», изданной в Москве издательством «Музыка» в 1988 году. А вот расширенный вариант повествования, опубликованный 8 лет назад в одной из владимирских газет: «Первая встреча у А.П. Бородина с нашим краем произошла летом 1874 года, которое он провел в очень глухом уголке Владимирской губернии — селе Рожново-Знаменское Суздальского уезда (сейчас деревня Рожново Суздальского района). Пригласила сюда Бородиных слушательница Петербургских высших женских медицинских курсов Мария Александровна Миропольская, устроившая их в имении своих знакомых — Куломзиных. В Рожново Александр Порфирьевич выехал 19 июня 1874 года с женой Екатериной Сергеевной и приемной дочерью Лизой. Здесь Бородины поселились в маленьком и ветхом домике барского имения, когда-то принадлежавшего знаменитому мореплавателю, адмиралу Ивану Федоровичу Крузенштерну. Домик был без особых удобств, но к услугам Бородина имелся старый клавесин. Лето стояло теплое, композитор много гулял по окрестностям, собирал грибы, наслаждался среднерусской природой, купался в речке Уршме, около Рожнова, изобилующей холодными ключами».

Казалось бы, все предельно ясно. Беда лишь в том, что село Рожново никогда не принадлежало адмиралу И.Ф. Крузенштерну! Это было имение владимирского губернского предводителя декабриста Федора Владимировича Акинфова, доставшееся в приданое его дочери Елизавете Федоровне, вышедшей замуж за сына адмирала Николая Ивановича Крузенштерна. Так что адмирал здесь ни при чем. И еще вопрос: почему «Рожново-Знаменское», если церковь там была Троицкая? Может, еще что-то напутано?

О «первобытных» условиях

Первый год Бородина7Поиски первоисточника привели к публикации Сергея Александровича Дианина, сына ученика и друга Бородина, в третьей книге литературно-художественного сборника «Владимир» за 1954 год «Бородин в селе Давыдове». Там говорится о том, что композитор побывал в 1874 году в имении «Е.А.Куламзиной» «в селе Рожнове-Знаменском»: «Бородины поселились в старинном домике Рожновского имения, принадлежавшем когда-то знаменитому мореплавателю Крузенштерну. В этом домике к услугам Бородина, вместо рояля, имелся лишь старый клавесин; условия жизни были самые «первобытные». Живя в Рожнове, Бородин совершал неоднократные прогулки по окрестностям: побывал в Губачеве, Цибееве и других близлежащих селах».

Но автор этой статьи явно напутал. Про адмирала Крузенштерна уже говорилось выше. Даже фамилию помещицы Куломзиной Дианин дал неточно, хотя поздние переписчики эту явную ошибку исправили. Кто же такая была Е.А. Куломзина, в имении которой отдыхал Бородин?

Это Елизавета Александровна Куломзина, урожденная Матюшкина, летом 1874 года ей было 32 года. Ее супруг Аполлон Александрович Куломзин, 43-летний отставной капитан-лейтенант флота (Куломзины — потомственные моряки, отец Аполлона Александр Семенович Куломзин волонтером участвовал в Трафальгарском сражении под командой легендарного Нельсона), участник Крымской войны на Балтике, к тому времени служил мировым судьей. Куломзины были богатыми помещиками и жили в усадьбе Губачево в десятке с небольшим верст от Суздаля. От матери Елизавете Александровне досталось в наследство имение Зернево неподалеку от Губачево. Там остался небольшой господский дом, где давно никто не жил.

Когда Александр Порфирьевич Бородин прибыл погостить к Куломзиным с женой и дочкой, его разместили не в Рожнове, которое Куломзиным никогда не принадлежало, а в Губачево в барском доме. Но композитор пожелал иметь возможность уединяться для работы, так как сочинять музыку в шумной усадьбе с многочисленными обитателями (у Куломзиных тогда было трое детей, плюс жена и дочь Бородина, а также многочисленная прислуга) представлялось затруднительно. Тогда Куломзины и предоставили в распоряжение гостя домик в Зернево рядом с Рожново. Так и появилось основание говорить о том, что композитор находился в спартанской обстановке старого дома. Но там он бывал лишь временами, а большую часть времени проводил с семьей и гостеприимными хозяевами в комфортном и даже роскошном Губачево.

Вероятно, композитор, не слишком осведомленный в нюансах местной географии, упоминал дом в Зернево рядом с Рожновом, как «рожновский», и даже писал про «Рожново-Зерневское», что при неправильном прочтении рукописного текста
превратилось в «Рожново-Знаменское».

Любопытно, как сам Бородин отзывался о тех местах, где провел лето 1874 года. Вот выдержки из его письма Елизавете Куломзиной: «Передо мною проходили как в панораме, и Губачево, и Рожново, со всеми мирными, ясными, светлыми воспоминаниями о проведенном там времени, о хороших людях и хорошей природе…» И далее: «сквозят образы Губачева, Рожнова. Домик Рожновский опять опустел, опять погрузился в зимнюю спячку…»

В 1875 году Бородин вновь писал Елизавете Александровне: «Я с наслаждением вспоминаю прошлое лето, Губачево с его радушием и истинно родственной теплотой и заботливостью, Рожново с его архаическою простотою нравов, свободою, широкорас-кинутыми полями с волнующейся рожью, где я работал и ленился одинаково с наслаждением».

Таким образом, сам Бородин все расставляет на свои места. Первым он всегда упоминает Губачево, а Рожново — лишь в качестве дополнения. Кстати, те «ключи», которыми пользовался композитор, востребованы и ныне. В Зернево воду из этих источников разливают в качестве известной минеральной воды «Суздальская», а от Рожново остались лишь руины каменного храма.

Напустил тумана

Но почему позднейшие авторы пишут про «глухое» и даже «очень глухое» село? Ведь Губачево находилось и находится на торной дороге из Суздаля в Юрьев-Польский, в получасе езды в экипаже от Суздаля! Оказывается, эту «пулю» запустил все тот же Сергей Дианин в книге «Бородин. Жизнеописание, материалы и документы», опубликованной «Государственным музыкальным издательством» в 1960 году. Там он писал: «Лето 1874 года Бородины провели в очень глухом уголке Владимирской губернии… в сельце Рожнове (Знаменском тож) Суздальского уезда, расположенном на расстоянии около 55-60 километров от Владимира». «Глушь» получилась просто: Дианин посчитал расстояние от Рожново не до Суздаля -уездного центра, а до Владимира. Так создалось впечатление, что деревня за 60 км от города, а значит, глушь. Хотя таким образом «глушью» можно сделать какой-нибудь поселок под Александровом — оттуда до Владимира еще дальше.

Примечательно, что лето 1875 года Бородин тоже собирался провести в Губачево у Куломзиных, но неотложные дела не позволили ему совершить эту уже намеченную поездку.

Первый год Бородина8Почему же Дианин напустил столько тумана про суздальский период жизни Бородина? У этого достойного человека была цель — создать музей Бородина в Давыдово, в доме своих предков. Поэтому, возможно, сознательно или бессознательно он принижал значение тех мест, где композитор провел первое лето на владимирской земле (договорился до того, что в Давыдово гостю было комфортнее, чем в Рожново, сравнивая условия лишь со старым флигелем, но ни словом не обмолвившись о губачевской дворянской усадьбе, несопоставимой по размерам и богатству с домиком сельского священника). Это и породило в итоге замалчивание Губачево и Куломзиных в отличие от Давыдово и Дианиных. Но эту несправедливость давно пора исправить!

 

На фото: Пруд в Губачево, вырытый при Куломзиных; Сергей Дианин в Давыдово; Дом Дианиных в Давыдово, где останавливался композитор. Теперь здесь музей