Не верблюд, говоришь? Докажи!

ДолгЭто такая популярная игра — ходить и доказывать, что ты не верблюд. То есть ты сам, конечно, уверен, что к этому двугорбому животному отношения не имеешь, но всякого рода власти предержащие — те нет, не уверены. Убедиться в том, как трудно оставаться нomo sapiens в глазах начальников, мне пришлось на собственном опыте.

А вам штраф!

Дзынь! — зазвонил телефон. Кто говорит? Нет, не герои книжки Чуковского. И не благодарные читатели. И не родные со знакомыми. Трубку держал судебный пристав Ленинского районного отдела. Он и принес мне неожиданную и довольно неприятную весть: я — должник. «Почему не платите за квартиру? -спросил пристав — У вас огромные долги за услуги ВКС!».

Тут надо сказать, что живу я в частном доме. И никаких договорных отношений с «Владимирскими коммунальными системами» не имею. Поэтому удивилась. О чем и сказала приставу. Но тот был суров. Видимо, таких «удивляющихся» на своем веку повидал немало. И потому он предложил мне явиться к нему в приемные часы ближайшего дня.

Отпросилась с работы -пришла. Долго томилась перед дверями: работы у приставов через край. Наконец, свиделись. И тут я узнала о своих прегрешениях. История такова.

Шесть лет назад я, мои мама и брат продали квартиру в Перекопском военном городке и купили частный дом за городом. Официально выписались через КЭЧ, прописались на новом месте. Однако в коммунальных организациях о смене собственника, видимо, не догадывались. И ресурсы, потребленные новыми владельцами квартиры, равно как и задолженности, записывали на «старых» жильцов. Потом были суды, и, сами о том не догадываясь, мы их проиграли. Ну, а теперь что же — пришла пора платить!

Пытаясь оправдаться, выудила документы о купле-продаже квартиры, достала справки с места жительства… Но судебным приставам этого не достаточно. Им нужны квитанции об оплате долга ВКС, по которому у них ведется производство. А должники-то там мы: я, мама и брат!
Мне настоятельно порекомендовали заплатить хотя бы суммы штрафов судебных приставов — это порядка 1000 рублей. Ну, а кроме того, сказали, что мы, оказывается, теперь приписаны не к Ленинскому, а к Октябрьскому району, поэтому дело перейдет туда.

Я же отправилась во владимирский расчетно-кассовый центр, куда стекаются все платежи от населения. Благо как журналиста меня там приняли без проблем и ожиданий. Юрист очень грамотно все объяснила. У меня взяли копии документов, подтверждающих, что я давно уже не живу в Перекопском городке, я написала заявление на изменения данных по лицевому счету. И дальнейшие счета должников на наше имя уже не придут. Но как быть с прежними долгами?

А вот с ними — проблема. Судебные решения по коммунальным долгам выносили мировые судьи Ленинского района, к ним и надо обращаться за отменой каждого из этих решений. А таковых, по данным юриста расчетного центра, не меньше трех. Честно сказать, до мировых судей мы так и не дошли. Подумали, что оплатой штрафов, пусть чужих и несправедливых, ограничимся. Но не тут-то было!

За того парня
Маме на сотовый телефон пришло сообщение о том, что ее счет в банке арестован. У нее только один счет — пенсионный, и только один вид дохода — пенсия. Понимаю, что приставов не заботит, кто и на что живет, но ей-то каково!

Дозвониться до судебных приставов просто невозможно, поэтому маме пришлось ехать из больницы в Пиганово в Ленинский районный отдел. Оказывается, появился новый старый долг, теперь от «Владимирводоканала». Жильцы Перекопского — наши преемники, так их рас-так — накопили его еще в 2011-2012 годах. Для справки: квартиру, малогабаритную «трешку», мы продали семье воспитательницы детского сада, получившей субсидию из городского бюджета. Скромная вроде семья, хорошая. Но задолжали уйму денег. А платить должны мы!

Судебный пристав пояснил маме, что надо съездить в банк, взять там справку, что расчетный счет — пенсионный, что туда перечисляется только пенсия, и никакой другой доход. Со справкой мама поехала назад к приставу, тот ее посмотрел и написал разрешение снять на время арест со счета. Мама снова поехала в отделение банка. Но оказалось, что столь важный документ надо отдавать только в головное отделение банка. Третий визит в банк оказался удачным, арест сняли. Временно.

Связались с «Владимирводоканалом». Опять помогли журналистские связи. Разъяснили, что долг копился с 2011-го по 2012 год, в суде дело было в 2013 году. К концу прошлого года жильцы все же заплатили по счетам. Так что фактически как такового долга нет, но бумага есть. Поэтому судебному приставу мы (опять мы!) должны принести документы об отмене решений мировых судей. А это снова потерянные время, деньги, нервы… И главное, унизительно — доказывать всем и вся, что ты не верблюд.

Редкий случай
Везде — и во «Владимирводоканале», и во владимирском РКЦ нам сказали одно и то же: абонент, то есть в данном случае моя семья, обязан был сообщить о смене адреса. Мы провели опрос среди знакомых, коллег на работе. Никто из 50 опрошенных не знал об этой обязанности. Многие продавали и покупали жилье, но никто не заявлял каких-либо сведений в ресурсоснаб-жающие организации. Обычно происходило так: по прежнему адресу меняли данные о коммунальных счетах новые жильцы, а по новому -мы сами.

— У вас редкий случай: вы переехали в частный дом, а новые жильцы оказались недобросовестными плательщиками, -посочувствовали нам во «Владимирводоканале».
Оказывается, паспортные столы, управляющие организации не обязаны сообщать поставщикам коммунальных услуг изменения о жильцах, а те не обязаны запрашивать информацию. Эта дело жильцов. Пусть даже бывших. Знал, не знал — твоя проблема! Не тех, кто задолжал, не тех, кто ресурсами обеспечивал, —  твоя. Знать бы только, кому еще и что конкретно мы должны рассказывать обо всех наших телодвижениях, чтобы в итоге не нарваться на штрафы, суды и нервотрепку с криками: «Я не верблюд!».