«Скорая» не просит помощи, но надеется на поддержку

DSC_0138В системе качества медицинских услуг важнейшее место, наряду с точностью диагностики и правильностью выбора метода лечения, отводится скорости оказания помощи.

Служба скорой помощи всегда была на особом счету в здравоохранении. Но реформы в медицине сместили многие акценты — изменили не только технологию диагностики и лечения, модернизировали оснащение ЛПУ, но и пересмотрели взаимоотноше-ния между структурами. И все же независимо от специализации лечебных учреждений, без помощи «неотложки» им не обойтись.

Светлана Николаевна Перун, заведующая от-делением скорой медицинской помощи Александровской центральной районной больницы, работает уже 20 лет.
—  Начинала я с азов, сразу после медицинского института, — уточняет Светлана Николаевна.

Но именно поэтому и знает всю систему организации экстренной медицинской помощи, может сравнить, как менялись условия работы и требования к «скорой».

Александровский район — особая территория в области. Близость к первопрестольной накладывает отпечаток. Александровцы сравнивают свою с московскими. Как следствие — отток кадров. Фельдшер «Скорой помощи» может найти в столице работу в стационаре и получать в два раза больше с меньшим напряжением.
Так как же работает в таких условиях отделение скорой помощи в Александрове? Что волнует медиков и что удерживает их на этой беспокойной службе? Об этом мы и говорим со Светланой Перун.

—  Мы обслуживаем 70 тысяч жителей Александрова и ближайших деревень. Пациенты всех возрастов — от новорожденных до очень пожилых. И сыпь у грудничков, и тяжелые инфаркты или ДТП — наш профиль. 20 лет назад, когда я начинала работать, в каждой смене у нас был один врач. Сейчас, за исключением меня, в отделении работают только фельдшеры. В смену работает 5 медицинских бригад: фельдшер и водитель санитарного автомобиля. По установленным нормам, на 10 тысяч населения полагается одна машина. Будь у нас 7 машин, все были бы загружены работой. Но укомплектовать столько бригад пока не получается: проблема не с транспортом, а с кадрами.

Александровское медицинское училище ежегодно выпускает по две группы фельдшеров. В 2012 и 2013 годах ни один выпускник не пришел в отделение скорой помощи. Хотя интерес к этой работе у молодых специалистов есть. И в этом заслуга Светланы Николаевны — у нее есть свое ноу-хау в кадровой работе.

— Я их вербую, — смеется завотделением. И это действительно так: Светлана Перун «внедрилась» в ряды преподавателей медучилища, на занятиях внимательно присматривается к будущим медикам, отбирает тех, кто обладает необходимыми способностями, возит их на вызовы во время практики. Рассказывает, какой это драйв — работать на «скорой», оказаться один на один с пациентом, молниеносно оценить ситуацию, сориентироваться, принять решение, от которого часто зависит жизнь и почти всегда — будущее состояние здоровья человека. А поскольку выбирает для этого ребят, способных увлечься такой работой, то в итоге добивается успеха. Но вчерашний выпускник — еще не специалист. По ее методике первые три месяца — испытание на практике. Юноши и девушки ездят с опытными специалистами на вызовы, а наставники их оценивают в деле.

— Например, на первом же выезде при сложном ДТП молодой специалист, видя мои действия, уже развернул капельницу с нужным препаратом и ждет моей команды, это значит, будет толк,- делится секретами подбора кадров Светлана Николаевна.

Следующий этап — самостоятельные выезды на не очень сложные случаи. Как оценить сложность ситуации по телефонному звонку? Это уже заслуга диспетчеров. В отделении они работают более 20 лет, у всех высшая квалификационная категория, по первым симптомам сами ставят примерный диагноз. И, оценив происходящее, отправляют бригаду по адресу. Так что 3 месяца на легкие, с точки зрения специалистов, случаи ездят те, кто проходит «курс молодого бойца». Впрочем, обстановка и у них иногда бывает боевой.

— Первое, что говорю: «Не спорьте с пациентом, не реагируйте на грубость!» К сожалению, такое бывает, особенно когда выезжаем к месту аварии или драки. Пациент истекает кровью, а вокруг толпа, иногда агрессивно настроенная. Приходится быть психологом, очень быстро решить: приструнить или успокоить. И больные с родственниками иногда бывают раздраженными, особенно если ждали машину больше 15 минут. А у нас летом население в пригороде вырастает в два раза — за счет московских дачников. 4 бригады разъехались по деревням за 40 км, в городе — один санитарный автомобиль. Зимой другая проблема: снег во дворах не чистят, дороги в городе — ямы и ухабы. Кроме «УАЗов», по нашим трассам ни на чем не проедешь, хоть они и проигрывают другим в комфортабельности. Но пациентам наши проблемы не интересны, и их можно понять. А вступать в пререкания мы не можем, у нас другая задача. Приехал на вызов — быстро соображай, что, как и в какой последовательности делать. Внимание — только на пациента, задача — стабилизировать состояние и доставить в стационар. Или просто оказать оперативную помощь.

Те, кто не выдержал полугодовое испытание, уходят. Кто-то, проработав 3-4 года, став с помощью опытных коллег крепким профессионалом, уезжает в Москву. Отпускают с сожалением, но предложить столичные зарплаты не могут. Пресловутый «александровский синдром». Он и на пациентах сказывается: приезжает фельдшер на вызов, спрашивает, чем болели, а человек не помнит, когда был у терапевта, лет 10 не делал флюорографию. Ходить к врачам некогда — в Москве работает. Вызвал «неотложку», когда терпеть сил нет. Специалисту действовать надо оперативно, но без информации о состоянии больного правильный диагноз не поставить. Правда, современная машина скорой помощи хорошо укомплектована, в этом большая заслуга модернизации здравоохранения. Но из диагностических аппаратов —  только кардиограф и глюкометр. Так что вся надежда — на мастерство и знания.

Молодые сотрудники александровской «скорой» Светлана Акуленко, Наталья Ищенко, Виктор Дьяченко признаются, что без новых знаний работать невозможно. Даже грипп каждый год имеет свои симптомы. Светлана — 11 лет на «скорой», но уверяет, что каждый вызов как экзамен.

— Чем больше знаешь, тем страшнее ошибиться с диагнозом, тем внимательнее проводишь осмотр, расспрашиваешь пациента, — делятся молодые фельдшеры. А на вопрос, почему работаете на «скорой», смеясь, переглядываются. И отвечают серьезно: «Больше нигде не сможем. Призвание, может…»

DSC_0144Наталья Геннадьевна Соболь соглашается с молодыми коллегами: она с 1980-го в отделении, но утверждает, что учится новому каждый день.

— Вот на днях наше отделение оснастили цифровыми транстелефонными электрографическими комплексами. Эти аппараты и программное обеспечение позволяют сделать кард иог рамм у пациенту, передать данные по телефону, даже по мобильному в наше отделение и в кардиологию. С помощью специальной программы ее мож но посмотреть на мониторе и распечатать. Врачи быстро расшифруют кардиограмм у и решат, нужна ли госпитализация. Пока в трех областях России есть такие комплексы. К нам поступило 7 аппаратов. Уже испытали один на практике. Отличная техника!

Наталья Геннадьевна демонстрирует устройство: несмотря на функциональную сложность, аппарат легкий и удобный. И замечает, что современные кардиографы и дефибрилляторы, поступающие в рамках модернизации в Александровскую ЦРБ, тоже отличаются от предшественников небольшим весом, компактностью и точностью показаний.

Истории о жизни отделения можно слушать долго, каждая — готовый сценарий фильма о «скорой». Но звонит телефон диспетчера. «Бригада на выезд!» Это жизнь, а не кино…

Ольга Калинина
 

На фото: