Филяндино: погост на краю заповедного леса

Филяндино4Существуют такие селения, про которые говорят, что они находятся «за тридевять земель». И порой дело даже не в дальнем расстоянии, а в  труднодоступности затерянных в глуши сел, деревень и погостов. Одно из таких мест — село Филяндино, расположенное на границе Владимирской и Ивановской областей, «на задворках» Камешковского района.

Местный храмовый комплекс, расположенный на пологой возвышенности в центре села, до сих пор поражает своей первозданной нетронутостью, так как даже в пору самых суровых гонений на церковь местные власти до филяндинской «Тмутаракани» почти никогда не добирались. И до сих пор стоят в Филяндино старинные храмы, сохраняя в первозданности двухвековой давности иконостас, резную скульптуру, чеканные серебряные барельефы, великолепную настенную роспись, древние образа и уникальные архивы, в окружении невеликих избушек и вековых сосен: точно некий град Китеж в окружении отрогов знаменитого Дюкова бора, болот, малых рек и непроезжих дорог.

Деревенька волости Тальша
В самом селе рассказывают легенду о том, что Филяндино будто бы получило свое название по фамилии некоего помещика, заблудившегося в бескрайних лесах и болотах и молившего о помощи Святителя Николая Чудотворца, обещая выстроить храм в его честь за избавление. Барин спасся, после чего в 1700-е годы, мол, и выстроил Никольский храм, положивший начало нынешнему Филяндино.

Однако на самом деле село имеет гораздо более древние корни. Селение существовало, по всей видимости, еще в XV столетии в составе великокняжеской волости Тальша, названной так по протекающей здесь реке. В 1550 году великий князь Московский и всея Руси Иван Васильевич (будущий Иван Грозный) пожаловал эту волость, и в том числе «деревню Филяндину над Токовым болотом», Суздальскому Покровскому девичьему монастырю. Игуменья этой обители Василиса с сестрами получили волость с «черными деревнями», общим числом 21, то есть местные черносошные крестьяне были государевыми податными людьми, а стали — монастырскими.

Тогда деревня Филяндино состояла всего из шести крестьянских дворов. Причем обитатели трех дворов занимались бортничеством — сбором меда лесных пчел, а самым значительным был промысел филяндинца Васюка Васильева Онтропова. Бортники всех деревень Тальшинской волости платили оброк в 8 пудов с четвертью медом и пошлины по пяти денег с каждого добытого пуда меда. Оброк и пошлины первоначально вносились «на Москве на Дворец цареву и великого князя ключнику». А после государева указа 1550 года — в Суздальский Покровский монастырь.

Храмы под шапкой-невидимкой
Вотчиной суздальской обители Филяндино оставалось вплоть до секуляризации церковных имений при Екатерине II в 1764 году, а вот селом стала, действительно, в царствование Петра Великого. К августу 1705-го там была построена деревянная церковь в честь св. Николая Чудотворца, однако в окладных книгах патриаршего казенного приказа значится, что этот храм возвели «в деревне Филяндино крестьяне», так что предание про заблудившегося помещика Филяндина — не более чем сказка. Первым настоятелем этой церкви стал иерей Иоанн Петров, родившийся еще в 1655 году, а потом в Никольской церкви до середины 1720-х гг. священствовал его сын Никифор.

Каменный Никольский храм с шатровой квадратной в основании и восьмигранной в основном объеме колокольней филяндинцы соорудили в 1794 году при настоятеле Иоанне Степанове, а спустя еще 30 лет в 1824-м рядом встала еще одна каменная пятиглавая церковь в честь Владимирской иконы Божией Матери. С тех пор окруженный каменной оградой с аркой святых ворот с кованой решеткой, внутри которой теснятся белокаменные резные памятники старого кладбища, филяндинский погост существует почти в неприкосновенности, точно от невзгод и волнений бурного XX века его чудесным образом укрывали гигантской шапкой-невидимкой.

Впрочем, подобное впечатление во многом все же обманчиво. В конце 1930-х там арестовали последнего священника и почти шесть лет храмы стояли затворенные без службы и, как говаривали в старину, «без пения». В лихую годину со звонницы сбросили колокола, и теперь там подают голос лишь 4 небольших даже не колокола, а скорее колокольчика. А позже местный совхоз, точно нарочно носивший название «Безбожник», пытался разобрать на кирпич церковную ограду, хотя сломать успели только отдельный участок (его потом заменили обычным дощатым забором), а большая часть уцелела. И несколько раз, в том числе уже в наше время, нападали на уединенный лесной погост лихие люди, унося иконы и церковную утварь. Правда, в последний раз года четыре с половиной назад воров поймали по «горячим следам», и украденный ими ценный образ вернули настоятелю иерею Анатолию Кирпе.

Заповедник минувших столетий
Единственная дорога в Филяндино со стороны Камешково через поселок имени Горького, на первый взгляд, кажется удивительно живописной. Однако до недавнего времени этот проселок, обсаженный, как говорят, чуть ли не аракчеевскими березками, был весьма коварен и таил несколько очень проблемных мест, которые авто с трудом преодолевали даже в хорошую погоду. В распутицу село становилось подобием острова, куда можно было попасть или на тракторе, или пешком. Недавно эту дорогу подлатали, и теперь добраться в Филяндино стало проще.

Гостями «медвежьего угла», как когда-то несколько веков назад даже вполне официально именовались окрестности Филяндино, сегодня по большей части становятся даже не столько паломники, сколько туристы, охотники и рыбаки, да еще в сезон сборщики клюквы, благо что вокруг места с почти нетронутой природой. Популярно дальнее село и у историков. Для них это почти заповедник, где можно, словно на машине времени, перенестись в реалии более чем вековой давности, для того чтобы изучать церковное убранство, образцы живописи, резьбы и позолоты. Немалый интерес вызывает местный некрополь, на котором, к примеру, можно видеть надгробие в виде аналоя с библией и крестом из белого мрамора местного настоятеля Василия Неаполитанского, заслуженного батюшки, имевшего множество наград и прожившего в Филяндино 36 лет до своей кончины в 1908 году.

Резная скульптура, сбереженная в храмах, могла бы составить экспозицию небольшого музея, равно как и старые, еще уцелевшие образа, из которых примечательна икона местного уроженца святителя Митрофана Воронежского в массивном серебряном окладе, а также чеканные посеребренные барельефы на темы Священного Писания. Особого упоминания заслуживает прекрасно сохранившаяся настенная роспись, выполненная известными боголюбовскими мастерами братьями Шоро-ховыми в академической манере. Особенно впечатляет масштабная картина «Избиение младенцев» на западной стене Владимирской церкви.

Если смотреть вокруг с колокольни, то вокруг на добрый десяток верст видны лишь бесконечные лесные дебри и чередующиеся озера и болота, как будто на дворе не XXI век, а еще золотые времена «матушки Екатерины». Когда-то многочисленные приходские деревни вокруг давно запустели, некоторых уже и вовсе не отыскать. В самом селе, где, к примеру, в середине 1900-х гг. проживало около 370 человек в почти 60 крестьянских дворах, и которое более полувека являлось центром обширной Филяндинской волости, ныне жительствует лишь с десяток человек, по большей части — старушки. Правда, в последнее время и туда добрались вездесущие столичные дачники. Но хотя Филяндино и стало чуть ближе к цивилизации, оно по-прежнему словно дремлет в дымке минувших столетий.

Михаил Одинцов

На фото: Многолетний настоятель филяндинских храмов иерей Анатолий Кирпа