Ахрор возрождает Сидорову Саранчу

Сидорова Саранча4Среди сотен деревень Владимирского края есть неприметное селение Новоберезово на границе Селивановского и Ковровского районов. Свое нынешнее название эта деревня носит лишь последние 47 лет. А до 1966 года она прозывалась весьма необычно — Сидорова Саранча!

Сейчас уже невозможно установить, кто был тот Сидор, чье имя оказалось увековечено столь необычным образом. По преданию когда-то очень давно некий местный крестьянин сумел остановить там нашествие саранчи. Так помимо куда более известной Сидоровой козы появилась, хотя и гораздо менее знаменитая, Сидорова саранча.

Эта деревня входила в состав прихода храма Ильинского погоста Судогодского уезда, что позже был перечислен в новообразованный Селивановский район. Прежде Сидорова Саранча являлась достаточно крупным населенным пунктом, там насчитывалось до 50 крестьянских дворов и проживало более 150 человек. Однако со второй половины XX века местные жители стали все чаще покидать затерянную среди лесов деревеньку. А потом на ни в чем не повинную Сидорову Саранчу ополчился… Владимирский облисполком!

В 1965-м областные чиновники решили, что в условиях развивающегося социализма негоже иметь в регионе деревню со столь неблагозвучным названием, напоминающем о повсеместно искорененном вредителе сельхозкультур. То, что Сидорова Саранча просуществовала под таким именем как минимум более трех веков, руководство области не смутило. Окончательно решение о переименовании Сидоровой Саранчи было принято 14 февраля 1966 года. Постановлением Владимирского облисполкома деревня получила новое, произвольно придуманное вполне заурядное название, и стала именоваться Новоберезово.

Однако смена имени никак не помогла сохранить деревенское население, которое частью вымирало, а частью уезжало на заработки в города и поселки. Если в 1970 году в Новоберезово еще насчитывалось 132 постоянных обитателя, то уже к 1983 году там оставалось всего лишь 48 постоянных жителей. Причем для местных уроженцев их малая родина по-прежнему оставалось Сидоровой Саранчей, а название Новоберезово коренное население старалось не употреблять.

Оказавшись на границе двух районов, вдалеке от крупных промышленных и административных центров, Новоберезово должно было разделить печальную судьбу многих «неперспективных» деревень. Спасло бывшую Сидорову Саранчу то обстоятельство, что через это селение провели автомобильную дорогу из Красной Горбатки до тогдашнего шоссе Москва-Горький (нынешней федеральной трассы М7 «Волга»). Поэтому почти обезлюдевшую деревню не снесли, подобно многим другим, а уцелевшие там дома понемногу скупили дачники.

Сегодня в Новоберезово остается лишь 4 постоянно проживающим там жителя, официально зарегистрированных в этой деревне. При этом коров там даже больше чем людей — целых 6 буренок, а вот коз нет совсем. Так что воочию Сидорову козу увидеть не удалось. К тому же новоберезовцы XXI века почти ничего не знают о бывшем названии селения, в котором живут. Дело в том, что единственная семья, обосновавшаяся в покинутой коренным населением деревне, родом из солнечного Узбекистана и появилась там всего лишь год назад.

Теперь 33-летний Ахрор Арзиев, шофер из древнего Самарканда, является единственным новоберезовским крестьянином. У него даже не крестьянское, а почти целое фермерское хозяйство: дом, огороды и мини-ферма с шестью дойными коровами (из которых гордостью семейства является буренка Ласка) и телятами. Обосноваться в дальней деревне Ахрору помог его брат, который поселился в России еще несколько лет назад. В нелегких сельских трудах фермеру Арзиеву помогает его жена Дилбар. А их дети — 6-летняя дочка Зилойхо и 2-летний сын Бобиржон посещают детский сад в соседней деревне Шевинская. Девочка скоро пойдет в школу. Для шевинских педагогов два словно с неба свалившихся «дополнительных» ребенка в условиях набившей оскомину «демографической ямы» и подушевого финансирования образовательных учреждений — просто находка. Узбекская семья проживает в Новоберезово совершенно легально — имеет все необходимые документы, в том числе регистрацию и вид на жительство.

— В деревне нам очень нравится, — рассказал новоявленный новоберезовец. — Здесь можно спокойно работать, люди в округе по большей части очень хорошие. За нашими детьми каждое утро приезжает школьный автобус, который отвозит их в садик, а потом привозит обратно. Малышам чувствует себя прекрасно, старшая дочка говорит по-русски почти без акцента, для нее — это новая родина. Мы с женой очень бы хотели в будущем стать российскими гражданами. А работы, даже самой тяжелой не боимся, да и русская зима нас нисколько не пугает. Для русской зимы у нас есть чудесная русская печка! Дров с осень заготовили вдоволь, до теплых дней хватит. Здесь вот целая деревня с октября по конец апреля стоит пустая, никого нет, лишь летом приезжают дачники. Неужели плохо, если в Новоберезово будет крепкое хозяйство — одно из таких, которых тут, как говорят, прежде было немало?

Ахрор словно извиняется по поводу того, что поселился в полузаброшенной деревне, где зимой не остается ни одного русского, вообще — никого. Не очень давно дачники из столичного региона, купившие дом по соседству с подворьем Арзиевым, официально пожаловались в районную администрацию на то, что от хозяйства «семьи из Узбекистана» пахнет навозом, из-за чего отдыхать в провинции некомфортно! Абсурд подобной жалобы оценили даже чиновники, которых трудно заподозрить в излишнем сочувствии гастарбайтерам. Ответ представителей местной власти гласил, что вообще-то в деревне принято держать домашний скот и никаких нарушений в этом факте не усматривается.

Наверное, лишь далекие от жизни села горожане, тем более из огромного мегаполиса, могут искренне сетовать по поводу того, что в деревне мычат коровы и присутствует аромат навоза. Без коров-кормилиц и навоза — ценнейшего природного удобрения крестьянскую жизнь ни прежде, ни теперь невозможно представить. Вот и получается, что заезжий узбек исконным крестьянским трудом не гнушается, не давая окончательно умереть исторической деревне, пусть и с обновленным названием, а наши соотечественники подобной работой откровенно пренебрегают, да еще и пытаются усилить свое неприятие селян национальным фактором. Не просто ведь пожаловались, что соседи коров держат, а конкретно прописали «семья из Узбекистана»! Да что там узбеки, дачники «из центра» порой и к своим согражданам из глубинки также относятся высокомерно.

Фермер Арзиев, впрочем, обо всем этом вовсе не рассуждает. Да ему и некогда. Надо ремонтировать дом, достаивать баню (русскую баню!), расширять хозяйство, благо земельный участок позволяет. Пусть неказистый, но дом с печкой, скотина, старенькие «Жигули»-семерка — по меркам переселенца этого вполне достаточно для не только сносной, но даже счастливой жизни.

Несмотря на то, что Ахрор и Дилбар бегло говорят по-русски, про Сидорову козу и Сидорову саранчу они, кажется, так до конца и не поняли. Зато их дочка Зилойхо доверчиво улыбалась и пригласила приезжать в гости.

В Новоберезове сегодня примерно два десятка домов, но зимой очень хорошо видно, что постоянных обитателей в них нет — вокруг снежная целина, сплошные сугробы без каких-либо следов. И лишь у дома № 14, где поселились переселенцы из Узбекистана, явственно видно присутствие человека. Живет старая деревня!

Николай Фролов