Гета из блокадного Ленинграда

ЛенинградДля жительницы города Вязники Генриетты Ивановны Сидоровой 27 января — День снятия блокады Ленинграда — особенная дата.

Девочка появилась на свет в северной столице в феврале 1938 года. Изначально девочка Генриетта имела отчество не Ивановна, а Николаевна. Ее отец Николай Иванович Рейко был кадровым военным. Мама Александра Дмитриевна работала главным бухгалтером на фабрике.

Дорога жизни
Семья жила в старом доме на Съезжинской улице на Петроградской стороне неподалеку от Петропавловки. Своих родителей Гета, как ее звали в детстве, помнит плохо. Отец погиб в самом начале войны. Мама умерла от голода 6 мая 1942 года.

Этого кошмара Генриетта Ивановна почти не помнит. Лишь по рассказам знает, что ее, умирающую рядом с уже неподвижной мамой, нашли соседи и отправили в детский дом. Наверное, в детдоме делали все возможное для того, чтобы спасти детей в условиях блокадного города. Но девочка запомнила лишь холод, голод и болезни.

В октябре 1943-го воспитанников решили эвакуировать на Большую землю. Детей-сирот разместили на баржах, которые переправляли через Ладожское озеро. Немецкая авиация атаковала караван. Началась бомбежка. Вокруг утлых суденышек взметнулись столбы воды. Гета навсегда запомнила, как идущая впереди баржа скрылась в облаке взрыва. Ни один человек — ни ребенок, ни взрослый — с нее не спасся.

— Нам повезло, — грустно улыбается Генриетта Ивановна. — В нашу баржу немцы не попали…

С семьей
Детдомовцев из Ленинграда отправили в Вязники и разместили в доме ребенка в пригороде Ярцево. Еле живая пятилетняя девчушка ничего не могла сказать о своих родителях, она даже не знала свое отчество. Лишь на одежде у нее были вышиты имя, фамилия и дата рождения. В марте 1944 года Генриетту Рейко удочерили вязниковцы Иван Петрович и Мария Васильевна Афонины.

Глава семейства работал начальником ОРСа пристани «Вязники», а его супруга вела домашнее хозяйство. Своих детей у них не было. Так Генриетта Николаевна Рейко стала Генриеттой Ивановой Афониной. То, что она приемная дочь, девчушка осознала очень скоро. Соседи оказались не слишком тактичны. На улице она не раз слышала: «Вот приемыш Афониных идет».

В Вязниках Генриетта в 1955 году окончила среднюю школу № 3, а потом поступила на работу в Вязниковский торг. Вначале была счетоводом, потом стала бухгалтером. Работала в автотранспортном предприятии и в местном тресте общепита. В АТП встретила свою судьбу — шофера Николая Сидорова, который стал ее мужем. Однажды Сидорову поручили перегнать грузовик для капремонта в Ленинград. Генриетта поехала вместе с ним.

«Найти человека»
Она пыталась найти хоть кого-то из близких в красивом, одновременно родном и чужом городе на Неве. Но в справочной службе неизменно отвечали, что граждане по фамилии Рейко в Ленинграде не проживают!

Потом в Ленинград Генриетта Ивановна ездила много раз, писала в самые различные инстанции. Однако результат всегда был один: не проживают, не значатся, данные отсутствуют! Постепенно надежды таяли.

С 1965 года по инициативе известной детской поэтессы Агнии Барто на всесоюзном радиоканале «Маяк» стала выходить передача «Найти человека» — о поисках семей детей, потерявшихся во время Великой Отечественной войны. Гета старалась не пропустить ни одной такой передачи. Каждый раз, когда озвучивались длинные списки потерявшихся детей и родителей, она с волнением садилась около радиоприемника. Но год шел за годом, а заветную фамилию Рейко не назвали ни разу!

В июле 1981-го Генриетта Ивановна впервые изменила многолетнему обычаю. Жила она (как, впрочем, и сейчас живет) в частном доме, в огороде было множество неотложных дел. И она, вопреки обыкновению, не стала высиживать у радиоприемника. А на следующий день на работе одна из коллег по бухгалтерии спросила
ее:
—  А ты радио вчера слушала? Там фамилию называли — Рейко. Брат свою младшую сестру искал — Генриетту Рейко!
—  Да как же ты услышала? — только и смогла сказать в ответ сослуживице Генриетта Ивановна.
—  А я тоже в огород пошла работать, но приемник на подоконник поставила, чтобы можно было все слышать…

Брат Анри
В тот день бухгалтер Сидорова во внеурочное время ушла с работы. Она направилась в местное отделение милиции. Почему-то ей казалось, что идти надо обязательно туда. В милиции внимательно выслушали женщину и, действительно, дали ей адрес редакции Всесоюзного радио. Туда Генриетта Ивановна сразу же послала письмо. Она до сих пор помнит тот день, когда с замиранием сердца опустила конверт с московским адресом в синий почтовый ящик -15 июля 1981 года. И стала ждать ответ. Вскоре пришел пакет с московским штемпелем. Но это оказалось лишь уведомление о том, что на радио письмо из Вязников получено. Томительно шли дни. Лишь в сентябре почтальон принес столь долгожданное письмо из Эстонии. Генриетте Ивановне писал ее родной брат Анри Рейко, проживавший в Таллинне. А уже в середине октября женщина гостила у брата, который был старше ее на 6 лет. Анри и рассказал ей об истории их семейства. Их было два брата и три сестры: Анри, Эдвин, Жанна, Виолетта и Генриетта. До сих пор непонятно, почему Рейко-старший давал своим детям исключительно французские имена. Возможно, его корни как-то были связаны с Францией. В блокадном Ленинграде Анри Рейко, прибавив себе возраст, упросил зачислить его в Красную Армию. Он провоевал всю войну до самой Победы. А когда вернулся домой в квартиру на Съезжинскую, то там уже жили чужие люди!

Чудом уцелевшие соседи рассказали молодому человеку, что на его отца Николая Ивановича пришла «похоронка», потом от голода умерли Эдвин, Жанна и Виолетта. Последней угасла мама Александра Дмитриевна. Поведали и о том, что самую младшую Генриетту отдали в детдом. Анри раздобыл адреса всех детских домов, эвакуированных из блокадного Ленинграда. Несколько лет он посвятил поискам, искал даже в Сибири. Но следов сестры так и не обнаружил. Лишь много позже выяснилось, что по непостижимому совпадению Рейко дали все адреса детдомов, кроме одного — как раз того, который вывезли в Вязники! Сам Анри женился на девушке из Таллинна и переехал к ней. Так он оказался в Эстонии, работал мастером на одном из таллиннских заводов. Оставалась одна надежда — на радио. И «Маяк» не подвел!

Достучаться до Таллинна
Генриетта Ивановна до сих пор не может забыть ощущение невероятного счастья: в одночасье она обрела множество родных. Помимо брата в Таллинне у нее оказалось еще две родные тети, двоюродные братья и сестры в Ленинграде. У них она тоже гостила не раз, побывала в том доме на Съезжинской, где прежде жила ее семья. Оказавшаяся жительницей Вязников поневоле, она несколько раз пыталась вернуться на свою историческую родину. Но и в Ленинграде, и потом уже в Санкт-Петербурге ей неизменно вежливо, но холодно отвечали: для того чтобы встать в очередь на жилье в их городе, необходимым условием является проживание там сроком не менее 10 лет. То обстоятельство, что уроженка Ленинграда покинула его не по своей воле во время блокады, чиновниками во внимание не принималось и не принимается. Статус блокадницы, знак «Жителю блокадного Ленинграда», медали и льготы — все это у Генриетты Ивановны есть. Нет лишь «стажа» ленинградской прописки.

— А так бы хотелось провести остаток дней среди своих родных в городе, где появилась на свет, — признается Г.И.Сидорова. — Тем более что столь чудесным образом обретенный старший брат и его семья десятилетия спустя для меня вновь оказались потерянными. После 1992 года Таллинн молчит. П исьма туда почему-то не доходят, по старым телефонам ни до кого дозвониться я не могу. А съездить туда теперь нет возможности. Даже не знаю, жив Анри или нет. Но все равно надеюсь его увидеть вновь!

Николай Фролов

 

Обсуждение 1

  • Светлана:

    Добрый день!История Генриетты Ивановны Сидоровой меня тронула,потому что она как две капли воды похожа на историю моего отца,который тоже проживал в Ленинграде и был направлен в 1942 году в дом ребенка в г,Вязники,на этом вся связь с Родным городом обрывается.Можно ли связаться с Генриеттой Ивановной?Светлана

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Ваше имя (обязательно)

Ваш телефон (обязательно)

Сообщение