Гороховецкую торговлю отправили в загон

Гороховецкий рынок10По сравнению со скандалом на ковровском «Октябрьском рынке» ситуация в Гороховце, конечно, менее горячая, но для жителей этого города довольно злободневная.

Муниципальный рынок в Гороховце — в самом центре исторического города. Два раза в неделю шумит торговля на площади рядом со Сретенским монастырем и на прилегающих улицах. Выглядит это колоритно — словно базар в старину. Не случайно именно там минувшим летом снимал рыночные сцены начала прошлого века кинорежиссер Никита Михалков.

Однако с недавних пор, исполняя постановление главы города, МУП «Гороховецкий городской рынок» запретил предпринимателям ставить свои палатки и прилавки на площади. На месте «торжища» к осени следующего года организуют универсальную товарную ярмарку. Мера эта вынужденная: федеральное законодательство предписывает переместить розничные рынки в специально обустроенные крытые помещения или закрыть.

А пока для торговли отвели огороженную территорию близ той же Сретенской обители, но не с парадной стороны, а на монастырских задворках. Местные остряки уже окрестили этот пятачок муниципальным загоном. Выглядит он неважно. Учитывая, что МУП исправно взимает плату за торговые места с предпринимателей (26 рублей в день за каждый метр используемой торговой площади), непонятно, почему гороховецкий рынок пребывает в крайне неприглядном виде.

Ограда, внутри которой можно торговать, поражает ветхостью. Местами она бетонная, местами — металлическая, причем отдельные ее участки опасно накренились и угрожают падением. Одни ворота рынка замотаны… полиэтиленовым пакетом (замок рядом висит чисто символически). Вторых ворот просто нет — остались лишь обломанные кирпичные столбы и проем в заборе. От монастыря рынок отделяет старый деревянный забор, к которому примыкает кабинка сестринского биотуалета. Вокруг — покосившиеся, точно пьяные, фонарные столбы.

Киоски и прилавки муниципального рынка заставляют вспомнить «лихие 90-е», причем они испещрены надписями вольного содержания, которые администрация рынка и не думает стирать. К тому же прилавков и ларьков очень немного, и большинству торгующих предлагается устраиваться прямо на земле, организуя торговое место собственными силами. О каких-либо, даже самых минимальных удобствах для торгующих и покупателей и речи нет. Ни от ветра, ни от осадков укрыться негде. Из «сервиса» — пара бачков для мусора и туалет напротив «муниципального загона», вплотную к которым тоже ведется торговля.

Но, самое главное, торговля ведется не только в пределах огороженной территории. Импровизированные развалы с товарами устраиваются на прилегающих улицах, вовсе не замыкаясь рамками примитивного забора, а вокруг его внешнего периметра, где места считаются более бойкими. При этом затрудняется проход пешеходов и проезд автотранспорта по дорогам и без того загроможденным припаркованными машинами.

Значительная часть иногородних предпринимателей (а сюда приезжали коммерсанты из Нижнего и Дзержинска) после перемен вообще отказались приезжать в Гороховец, так как им попросту не хватило места. По сравнению с предыдущими годами торговля, сократились в разы. Соответственно сократился ассортимент, и многие товары, особенно дорогие и качественные,  гороховчанам стало купить фактически негде.

Разумеется, такие перемены не могут радовать многих горожан и жителей района. Теперь им приходится поневоле путешествовать на рынки близлежащих городов соседней области, а это и неудобно, и накладно. Людям трудно объяснить целесообразность столь кардинальных изменений, почему им приходится тесниться на узком участке между монастырем и прибрежной полосой вдоль реки Клязьмы, а просторная площадь в базарные дни превращается лишь в стоянку автомашин. Формальные требования о торговле лишь внутри огороженного рынка все равно на практике не выполняются, а благоустройства места, отведенного под ярмарку, пока не видно.

Николай Фролов