Во Владимир заглянул красноармеец Сухов

Исполнитель главной роли в культовом фильме «Белое солнце пустыни» народный артист России Анатолий Кузнецов дал во Владимире творческий вечер под названием «Госпожа удача».

Любимец публики читал стихи и пел популярные в народе песни, как и положено его бессмертному персонажу, в сопровождении русской балалайки и гитары семейного дуэта музыкантов Клепаловых.

Даже если бы Анатолий Кузнецов просто постоял на сцене, владимирские зрители остались бы довольны. Публика, собравшаяся на концерт, развлекала себя сама, разглядывая актера во все глаза, комментируя особенности внешности и манеру поведения, вспоминая подробности съемок картины Мотыля и шлейф легенд, которые она собрала более чем за сорок лет.
Дистанции между сценой и залом зрители не ощущали. Сухов был в доску своим, хотя и надевшим непонятно зачем смокинг и бабочку. По мере развития программы вечера диалоги становись все громче, а реплики все непринужденнее. Восток — дело тонкое.
Уже первые, подчеркнутые многозначительной паузой слова актера «Я вас люблю…» не были восприняты зрителями как первая строка пушкинского стихотворения «Признание».
— Мы вас тоже! — обрадовались возможности поговорить с киногероем владимирские ветераны, но стихотворение, посвященное Алине, покатилось дальше и им пришлось на время сдержать эмоции.

После чтения стихов Анатолий Кузнецов представил семейный дуэт Юрия и Евгения Клепаловых «Серебряные струны», порадовавший публику исполнением авторских произведений и песен из кинофильмов в переложении для балалайки и гитары. Вполне освоившиеся зрители уже окончательно раскрепостились и пытались сопровождать аплодисментами не всегда поддающиеся ритмизации концертные номера, чем сильно мешали музыкантам. Временами казалось, что зал вот-вот пустится в пляс. Пожалуй, единственный номер, к которому зрителям не уда лось приложить руки, был испанский танец фламенко.
Апофеоз слияния с персонажем и приобщения к великому произошел во время совместного исполнения публикой и Анатолием Кузнецовым популярных песен и романсов. Хор наподобие хора чиновников зрелищной комиссии из романа «Мастер и Маргарита» Булгакова слаженно выводил «та-ам, в степи-и глухо-о-ой, у-умира-ал ямщик», благополучно перекрикивая артиста на сцене и поэтому периодически не попадая в музыкальный ритм.

Отрыв от лидера иногда достигал половины куплета, поэтому автору этих строк приходилось время от времени понукать своих соседей слушать музыку. Как говаривал товарищ Сухов, «лучше, конечно, помучиться». Наиболее смелые и наименее скромные самодеятельные певцы отважились даже под конец попросить у красноармейца Сухова микрофон.
Все, естественно, ждали «Госпожу удачу». И, конечно, дождались. Как и положено, Федор Сухов вынул из кармана лист бумаги и под балалаечное тремоло вступления начал читать письмо к несравненной Катерине Матвеевне: «…А еще скажу вам, разлюбезная Катерина Матвеевна, что являетесь вы мне будто чистая лебедь, будто плывете себе, куда вам требуется, или по делу какому, даже сказать затрудняюсь… Только дыхание у меня сдавливает от радости, будто из пушки кто в упор саданул».

Узнаваемые и неповторимые интонации его голоса прозвучали настолько свежо и интересно, что захотелось слушать еще и еще, но письмо, увы, вскоре закончилось и пришлось запеть. Зал оживился и дружно подхватил про «девять граммов в сердце», про «ласковые сети» и про то, что «песенка до конца не спета».

Публика не желала иного, и Анатолий Кузнецов вновь преобразился в «борца за счастье трудового народа всей Земли», славного товарища Сухова. От этой встречи легендарного артиста со зрителями осталось стойкое ощущение того, что созданный им персонаж уже материализовался, отделился от «родителя» и давно живет своей собственной жизнью в компьютерных играх, книгах, песнях и анекдотах. Вопросы есть? Вопросов нет.

Ольга РОМАНОВА