К «господину полицейскому» привыкнуть трудно

Как известно, 1 марта в нынешнем году ознаменуется не только «праздником мартовского кота», но и официальным переименованием милиции в полицию.

Многие вполне всерьез полагают, что утром первого весеннего дня из бывшего отделения милиции, в одночасье ставшего полицейским участком, выйдут на дежурство облаченные в новенькую форму господа полицейские — подобие то ли штатовских копов, то ли британских бобби.

О том, что будет на самом деле в отдельно взятом отделении уже не милиции, а полиции, рассказал начальник Камешковского ОВД полковник (пока еще милиции!) Александр Самсонов, правоохранитель с большим опытом и стажем, занимающий данную должность уже четырнадцатый год:

— Пока речь идет лишь о переходном периоде в течение всего 2011 года от милиции к полиции, поэтому никаких «копов по-русски» в марте еще не будет. Вообще, новация для нас пока ознаменовалась лишь сокращением 22 % личного состава — в количественном отношении это 37 человек. Уходят, как правило, те, кто уже получил право на пенсию. Они преимущественно устраиваются на работу в охранные фирмы Владимира. Однако это едва ли не самые опытные сотрудники, заменить которых будет непросто. Они вполне могли бы и еще поработать, помогая осваивать азы службы молодым.

Таким образом, нагрузка на оставшихся в штате лишь возрастет. Например, если прежде у нас в районе было 16 участковых уполномоченных, то теперь их останется лишь 13. Приходится изменять границы участков в сторону увеличения, хотя они и до этого были достаточно обширны. Например, Давыдово-Пенкинский с зоной поймы, озер и болот, куда порой даже доехать нельзя, а можно только дойти. Новых же штатов отделения полиции мы пока и вовсе не имеем. Даже точно не знаем, как впредь будем именоваться сами: то ли отделение полиции, то ли полицейский участок, то ли еще как-нибудь. Неизвестна и структура будущего отдела, нет официальной информации об уровне заработной платы сотрудников-полицейских.
Впереди — всеобщая аттестация, хотя к ней большинство относятся достаточно спокойно: кому-то в полиции все равно работать будет надо, а других профессионалов в районе все равно нет.

— Где и что именно в отделе придется переименовывать?

— По большому счету не так уж и много. К примеру, у нас на печати и в официальных документах слово «милиция» почти не фигурирует: «отдел внутренних дел» и все. На входе есть подобие вывески «Милиция» на стеклянном фонаре, на форме сотрудников ДПС со спины тоже написано «милиция», как и на большинстве служебных автомобилей, за исключением машин руководства и оперативных. Надпись на фонаре поменять — дело нехитрое, пленку с надписями на машинах заменить тоже несложно.

Новой формы пока нет, и когда она появится — неизвестно. Вплоть до последних месяцев нам выделяли лишь обмундирование нынешнего милицейского образца. Срок носки, скажем, форменной куртки составляет 8 лет. Если соблюдать эти сроки, то донашивать милицейскую форму придется еще долго. Еще неизбежно последует замена служебных удостоверений. Но пока и здесь все лишь в отдаленной перспективе.

— Легко ли привыкнуть к перевоплощению из милиционера в полицейского?

— Психологически трудно. Не секрет, что это наименование в сознании многих соотечественников имеет негативный оттенок. Часть личного состава даже в некоторой растерянности от нынешних перемен. О полиции царской России мы знаем только по книжкам — живых свидетелей той поры уже давно не осталось. Говорят, что прежде всю полицию в Камешково представлял один-единственный полицейский урядник — по-нынешнему сержант. У нас несколько поколений людей выросли и прожили весь свой век при милиции. Всего 7 лет не дотянули до ее 100-летнего юбилея. Вообще, перестройка сознания здесь даже более важна, чем механическая замена надписей.

Помимо изменения названия службы, возможно, и специальные звания изменят. Были, скажем, в НКВД ныне не употребляющиеся и даже странно звучащие звания, такие как, к примеру, старший майор. Не исключено, что и сейчас придумают нечто необычное или позаимствуют систему званий одной из полиций западных стран. И даже вроде бы привычные звания могут получить совсем иное звучание и вес. К примеру, в США лейтенант полиции, по сути, не ниже нашего майора…

— Как нам следует обращаться к полицейским?

— «Наверху» уже озвучен примерный вариант — «господин полицейский». Наверное, к подобному тоже будет нелегко привыкнуть и нам, и гражданам. Скорее всего, люди пожилого возраста, привыкшие обращаться «товарищ милиционер», будут так делать и впредь. И, разумеется, никто им за это выговаривать не станет. Лишь время расставит все по своим местам.

— Будут ли востребованы «милицейские» традиции обновленной правоохранительной службой?

— Все лучшее, что наработано десятилетиями, убежден, обязательно надо сохранить. Несмотря на все издержки, милиция много раз доказывала свой профессионализм, а ее сотрудники демонстрировали примеры самоотверженного выполнения служебного долга. К тому же нашей главной задачей по-прежнему останется обеспечение охраны правопорядка, только делать это надо на более высоком уровне, чтобы у населения преобладало мнение о том, что полицейские — это люди, которые работают эффективно, честно и слаженно!

Николай Фролов