Обложка среды

На днях приняты поправки в Уголовный кодекс РФ, отменяющие наказание для врачей за неосторожное причинение вреда здоровью средней тяжести. Эксперты предупреждают, что на деле это может привести к тому, что врачи смогут отказывать пациентам в лечении и серьезной ответственности за это не понесут. На чем основано решение законадателей?

Нет человека — нет проблемы
Поправки коснулись ст. 124 Уголовного кодекса. Если они вступят в силу, неоказание врачом медпомощи, которое повлекло по неосторожности причинение вреда здоровью средней тяжести, не будет караться штрафом в размере до 40 тысяч рублей или исправительными работами на срок до 1 года, как предусмотрено сейчас. Более того, защитники пациентов считают, что новая поправка повлечет массовые отказы в медпомощи. "Вследствие этого нас ждет пандемия молчаливой смертности!" — предостерегает ответственный секретарь Общественного совета при Росздравнадзоре Алексей Старченко.
Признаться, 124-я статья крайне редко применяется не только во Владимирской области, но и по всей стране. (Это одно из оснований для депутатских поправок). Приведу реальные примеры.
По данным УВД по Владимирской области, в 2006 году было возбуждено всего 4 дела, все они прекращены по реабилитирующим основаниям — это истечение сроков давности, отсутствие состава преступления и т.д.
В 2007 году — 2 уголовных дела. Мужчине не оказали медицинскую помощь. В итоге — смерть. Второй случай — в результате неоказания медицинской помощи погибла женщина, которая находилась на амбулаторном лечении в одной из больниц областного центра. Оба дела приостановлены "за неустановлением лица, совершившего преступление". То есть человеку вред нанесли, а того, кто это сделал, не нашли. Нет человека — нет проблемы.
В 2008 году — также 2 уголовных дела. Мужчине не оказали медицинскую помощь — пациент скончался. "Лицо, подлежащее привлечению в качестве обвиняемого, не установлено" — говорится в сухом отчете УВД.
А вот в Судогде уголовное дело дошло до суда. Редчайший случай. Сотрудник терапевтического отделения ЦРБ не оказал медпомощь, и пациент скончался. Но! Принято решение о прекращении дела в связи с примирением сторон. Медик свою вину признал, но наказане ему назначено не было.

Юридическая ошибка?
— Да, 124-я статья не работала, но это не основание для ее отмены, — сказал "Призыву" в интервью по телефону президент Лиги защитников пациентов Александр Саверский (Москва). — Надо было не вносить поправки в эту статью, а менять другие нормативно-правовые акты, чтобы она применялась эффективнее. Почему данная статья не работала? В ней заключена очень сложная логическая цепочка. Ведь неоказание помощи больному за собой ничего не влечет. "Упал камень — и упал камень, — рассуждают медики, — у человека инфаркт, инсульт — это и причиняет ему вред. А вот доказать, что состояние пациента ухудшилось именно из-за неоказания помощи, чрезвычайно трудно. Мол, пациент серьезно болен, чего ж вы от нас хотите?! Причинно-следственная связь — между болезнью и вредом, а не между бездействием врача и вредом. Такая сложная схема ставит следователей в тупик. Грубо говоря, от таких тонких материй у них "крыша едет" и дела разваливаются.
— Можете привести примеры, чтобы было понятнее?
— Человеку при заражении крови не дали антибиотик. Как выглядит причинно-следственная связь? Отсутствие антибиотикотерапии повлекло за собой отсутствие необходимых веществ для защиты организма — это привело к отказу ряда функций организма и смерти. Как только я пытаюсь заменить в суде формулировку "отсутствие ряда функций организма" на термин "полиорганная недостаточность" (по-русски — отказ жизненно важных органов), медики парируют: "Нет, к полиорганной недостаточности привела инфекция, а не отсутствие антибиотикотерапии".
Или другой пример — у человека ожог руки. Врач неправильно поставил диагноз, не оценил глубину поражения, не оказал надлежащую медпомощь. Начинается некроз — человек теряет, предположим, два пальца. Отчего он потерял пальцы? Медики отвечают — от ожога. Неправильный диагноз отходит на второй план.
— Как определить, что нанесен "вред здоровью средней тяжести"? Где здесь грань между причинением тяжкого вреда здоровью?
— Что такое — "вред средней тяжести"? Это длительное расстройство здоровья (свыше трех недель — вплоть до полугода) и утрата общей трудоспособности менее чем на одну треть. Большая часть этих состояний преходяща. То есть, если человек больше 20 дней находился в стационаре при пневмонии, на 21-й день его состояние уже оценивается как вред средней тяжести. Если человек на 23-й день выходит на работу, то он про это уже забыл. Между тем он имел полное право обратиться с жалобой в прокуратуру по поводу нанесения вреда здоровью. Не исключено, что его неправильно лечили, назначали не те лекарства — вариантов множество. Теперь в прокуратуру с принятием поправок не пожалуешься — уголовной ответственности нет.
Кроме того, у нас нет административной ответственности медперсонала. В КоАПе — ни одной соответствующей статьи. Это противоестественная ситуация, которая предполагает, что медкорпорация совершает, главным образом, тяжкие преступления. Хотя, на самом деле, пациенты редко требуют уголовного наказания врачей. Чаще всего они добиваются лишения медика врачебной практики, чтобы не вредил другим пациентам.
— Чем вы объясняете принятие депутатских поправок к 124-й статье? То, что статья редкая, — понятно.
— Законодатели полагают, что они "гармонизировали Уголовный кодекс". Считаю, здесь совершена юридическая ошибка. Действительно, в 2003 году из УК был изъят состав преступления в виде "причинения средней тяжести вреда здоровью по неосторожности, вследствие ненадлежащего исполнения профессиональных обязанностей". Вроде бы речь идет об одном и том же — там неосторожность и тут неосторожность. Но это на первый взгляд. В теории права 124-я статья имеет две формы вины. Первая форма — где имеется умысел по отношению к бездействию (допустим, врач не сделал рентген при клинической картине пневмонии). То есть медик знал, что у человека тяжелое заболевание, но проигнорировал тревожные симптомы. А вторая форма — и есть, собственно, та самая неосторожность: врач не знает, болен человек воспалением легких или нет. Понимаете? Законодатели же отнеслись к поправкам формально, не вникнув глубоко в закон, зацепившись за слово "неосторожность".

Предлагаете врачам головы рубить?!
— У нас сегодня все для пациента, а медицинский работник никак не защищен. Работа врачей направлена на оказание медицинской помощи надлежащего качества. Врачей же не учат специально причинять вред пациенту! — хмурится заместитель директора Фонда обязательного медицинского страхования (ОМС) по Владимирской области Тамара Белова.
— В Уголовном кодексе сохраняется 118-я статья "Причинение тяжкого вреда здоровью по неосторожности". Кроме того, установлена административная ответственность за причинение вреда средней тяжести. Разве этого мало? — подключается к разговору юрист регионального Фонда ОМС. Работники Фонда ОМС говорят, что в Уголовном кодексе сохраняется норма, по которой врачу, обязанному оказывать помощь больному, будет грозить до трех лет тюрьмы, если врачебная ошибка привела к смерти пациента или причинению тяжкого вреда здоровью.
— А как быть со средней тяжестью? Хорошо рассуждать в теории. А если ошибка врача коснется близкого вам человека?
— В истории человечества были времена, когда за оказание медицинской помощи ненадлежащего качества врачей казнили. Вы сейчас этим разговором хотите нас вернуть в средневековье? Предлагаете головы рубить врачам? — недоумевает Дмитрий Митрофанов, главный специалист отдела организации ОМС, и добавляет: — Борьба за оказание качественной медицинской помощи не должна заключаться только в уголовном преследовании медицинских работников!
Нет, рубить головы врачам не призываю, боже упаси. Просто хочется разобраться в мотивах принятия решений. Не станет ли от этого хуже, сможет ли обычный человек, не сведущий в медицинских премудростях, себя защитить? Мы все время от времени обращаемся к врачам. Кто из нас не слышал от медицинских работников: "Вы же не врач, ничего в медицине не смыслите". А раз не смыслите, то сидите тихо, не задавайте лишних вопросов и запоминайте, что вам сейчас выпишут. Это еще очень вежливый вариант ответа. Бывает, в больницах не церемонятся. Сложилось так, что врач — посвященный, а пациенты — неразумные дети, не имеющие права задавать вопросы.
Честь мундира защищает и заместитель главврача областной клинической больницы по клинико-экспертной работе Юлия Евстропова, которая по долгу службы занимается разбором жалоб пациентов:
— Я работаю в должности 5 лет, у нас ни разу не было, чтобы в отношении врачей возбудили уголовные дела за причинение вреда здоровью средней тяжести по неосторожности. Не думаю, что врачебное сообщество из-за отмены уголовной ответственности будет вредить пациентам.
Начальник Владимирского областного бюро судебно-медицинской экспертизы Александр Семенов не видит трагедии в новых поправках: "Причинение вреда здоровью средней тяжести по неосторожности. Но ведь это неосторожность! Да, случаются промахи. При операции хирурги оставляют в брюшной полости салфетки, тубферы, зажимы:"
Согласен, пациенту непросто доказать свою правоту, потому что очень часто он субъективен. А судмедэксперты, которые проводят экспертизу, пользуются медицинскими документами. Решать — правильно ли действовал врач — прерогатива суда. Мы же пользуемся официальными данными, которые нам предоставляют прокуратура и суд.
Как рассказал Александр Семенов, каждый год пациенты отсуживают компенсации за неправильные действия врачей. В год регистрируется 12-13 обращений к судмедэкспертам. (Разумеется, здесь фигурируют самые разные статьи Уголовного кодекса). Обращается как прокуратура, так и сами граждане. В 2008 году было 5 уголовных дел и 13 гражданских. Из них 6 дел — из соседних областей. Из этого числа в 1-2 случаях выявляются серьезные недостатки и нарушения в медицинской помощи. Негусто.

Наказать врача невозможно. Но можно
Президент Лиги защитников пациентов Александр Саверский ставит под сомнение объективность выводов судмедэкспертов: эти специалисты — часть медицинской корпоративной системы.
Если же взять проблему шире, то наказать в нашей стране врача за халатность практически невозможно. Статистика медицинских ошибок в России на государственном уровне отсутствует. В США, например, от ошибок врачей каждый год погибают около 100 тысяч человек. В России, по оценке Саверского, смертность от врачебных ошибок составляет не менее 50 тысяч случаев в год.
"Мне известно всего лишь несколько примеров, когда врачи получали реальные, а не условные сроки, — говорит Александр Саверский. — Очень часто нерадивые медики от ответственности уходят".
Во Владимирской области в 2006 году один из таких редких случаев произошел. Врач-анестезиолог Камешковской районной больницы Беднов угодил за решетку за причинение смерти по неосторожности. Вследствие ненадлежащего исполнения им своих обязанностей (ч.3 ст.109 УК РФ) поплатились жизнями сразу два человека — 22-летняя Марина Опарина и ее новорожденный сын. Медик получил наказание в виде 3-х лет лишения свободы с отбыванием наказания в колонии-поселении и лишен права заниматься врачебной деятельностью в течение 2-х лет.
Он грубо нарушил алгоритм анестезиологических мероприятий при кесаревом сечении, что привело к развитию у женщины тяжелых осложнений. Пациентку госпитализировали в областную клиническую больницу, но усилия медиков оказались тщетными. Марина умерла через три недели мучений. А ребенок скончался через несколько часов после рождения.

Андрей Трохин

Напряжение в сети
Будем жить, как в древней Спарте?
Что пишут в интернет-форумах по поводу поправок к ст. 124 УК РФ:
"Это, видимо, в рамках борьбы за оздоровление нации. Как в древней Спарте: выживают только наиболее сильные и здоровые. Таким образом, в скором времени у нас больных совсем не будет…".
"Только что из больницы — руку сломала, операцию делали, всякие железки вставляли.  Так вот — стоишь, рука всмятку, боль адская, а тебе 38 бумажек подсовывают подписать — ты на все согласна, а врачи, если что — ни при чем.  И все подписывают, как миленькие. А какие варианты? Так что просто узаконили то, что и так было в ходу".

Дословно
Первый пункт статьи скоро исключат из Уголовного кодекса
Статья 124 УК РФ "Неоказание помощи больному"
1. Неоказание помощи больному без уважительных причин лицом, обязанным ее оказывать в соответствии с законом или со специальным правилом, если это повлекло по неосторожности причинение средней тяжести вреда здоровью больного, — наказывается штрафом в размере до сорока тысяч рублей, или в размере заработной платы, или иного дохода осужденного за период до трех месяцев, либо исправительными работами на срок до одного года, либо арестом на срок от двух до четырех месяцев.
2. То же деяние, если оно повлекло по неосторожности смерть больного либо причинение тяжкого вреда его здоровью, — наказывается лишением свободы на срок до трех лет с лишением права занимать определенные должности или заниматься определенной деятельностью на срок до трех лет или без такового.

Обложка среды

Из безработных — в предприниматели

Сразу после своего избрания президент Медведев заявил, что к 2020 году малым бизнесом в России должно заняться не менее 60-70% населения, а его развитие является ключевой задачей для стабильного и долговременного развития страны. Планы откорректировал финансово-экономический кризис. Сегодня президент призывает регионы уделять поддержке малого бизнеса большее внимание и приводит в пример Сахалинскую область, где доля малого бизнеса в валовом региональном продукте составляет 28%.
Федеральный центр выделяет значительные средства на развитие малого бизнеса в нашем регионе. Областные департаменты по труду и занятости населения и развития предпринимательства, торговли и сферы услуг администрации области успешно защитили региональные программы и в ближайшее время ждут поступления средств. Суммарно наполнение программ составит более 640 млн рублей. Казалось бы, есть где развернуться:

"Переезд" состоится летом
Мероприятия по снятию напряженности на рынке труда, разработанные Рострудом, пре- дусматривают четыре направления деятельности: опережающее профессиональное обучение, общественные работы, содействие во временном переезде на работу в другую местность и самозанятость.
Отличие нынешних программ содействия занятости населения от программ, действовавших ранее, заключается в том, что общественные работы, например, будут проводиться как для безработных, так и для сотрудников предприятий, находящихся под угрозой освобождения. Они могут организовываться на тех же самых предприятиях, где до последнего времени трудились уволенные люди. Работодателю будут частично компенсироваться расходы по заработной плате.
Еще одна новация — временный переезд на работу в другую местность. Осуществлением этой программы во Владимирской области будет заниматься ОАО "Стеклохолдинг", которое испытывает огромную потребность в кадрах. Департамент труда и трудовых ресурсов администрации области запланировал "переезд" на третий-четвертый квартал текущего года.

Деньги на бизнес
По словам заведующей отделом обеспечения государственных услуг по содействию трудо-устройству и взаимодействию с работодателями департамента по труду и занятости населения Елены Маштаковой, деньги придут сразу после праздника 8-е Марта. Первый транш составит 40% от общей суммы. В последние годы программа самозанятости населения реализовывалась очень тяжело. Поскольку выделявшиеся на открытие бизнеса средства были весьма незначительны, их хватало только на оформление разрешительной документации. Сегодня ситуация изменилась: в качестве безвозмездной помощи предлагается субсидия в размере годового пособия по безработице.
— Если раньше у нас в течение года такую помощь получали всего 70 человек, то в этом году число таких людей превысит 400 человек, — пояснила Елена Маштакова.
Наиболее активно программа самозанятости работала в 2001 году. Интересно, что бизнес, организованный безработными в то время, процветает до сих пор: например, выращивание грибов, изготовление мягкой мебели.
Величина субсидии на открытие бизнеса будет зависеть от назначенного размера пособия по безработице. Минимальное пособие (оно будет назначаться тем, кто не работал длительное время) составляет 850 рублей, максимальное с 1 января 2009 года (на него смогут рассчитывать те, кто работал в течение последнего года и у кого зарплата была высокой) — 4900 рублей. Таким образом, величина субсидии на организацию самозанятости будет колебаться в диапазоне от 10 до 60 тыс. рублей.

Единым фронтом против безработицы
Департамент по труду и департамент развития предпринимательства договорились координировать свои действия в сфере продвижения коммерческих гражданских инициатив. На прошлой неделе сотрудники, в зону ответственности которых входит оказание помощи в организации самозанятости, предметно обсудили возможности эффективного взаимодействия.
Программа департамента развития предпринимательства предусматривает несколько направлений работы: субсидирование процентных ставок по кредитам и лизингу, создание фонда гарантий, поддержку инновационных разработок и гранты начинающим предпринимателям. Последнее направление должно заинтересовать потенциальных безработных, не желающих регистрироваться на бирже труда.
— Что касается последнего направления работы, то сейчас у нас формируются три бизнес-инкубатора — в Муроме, Коврове и Гусь-Хрустальном, — рассказывает директор департамента развития предпринимательства и торговли Валерий Скорик. — В частности, администрация города Гусь-Хрустальный предложила организовать центр по благоустройству городской территории. Хорошая идея!

Пропуск на рынок области
Далеко не каждый безработный сможет получить доступ к федеральным деньгам. Во-первых, соискатели субсидии должны пройти тестирование и собеседование в психологических службах центров занятости населения, которые определят, способен ли человек к предпринимательской деятельности. Во-вторых, будущие предприниматели должны представить хорошо продуманный и обоснованный бизнес-план, который, как предполагается, оценят "смежники" из департамента по развитию предпринимательства.
При этом специалисты департамента по труду считают, что предварительные маркетинговые исследования незанятых бизнес-ниш на рынке области проводить бессмысленно, так как каждый человек знает свой потенциал.
— Если мы будем диктовать человеку, чем ему заниматься, то о какой свободе предпринимательства можно вести речь? — продолжает Елена Маштакова. — Мы анализируем каждый год, какие виды предпринимательской деятельности организуют наши безработные. На первом месте находится предоставление различных услуг в области транспорта — грузо- и пассажироперевозки, общестроительные работы — ремонт, остекление, оформление прав на недвижимость, торгово-закупочная деятельность, общепит.
Мы попросили Валерия Скорика оценить размер годового пособия, необходимого начинающему предпринимателю для входа на рынок.
— Вход на рынок услуг и не может быть дорогим, — пояснил он. — Например, если вы решили заняться ремонтом балконов, подключением стиральных машин или пайкой витражей, то вам ведь никакого особого оборудования и не потребуется. Это бизнес, дополненный собственными знаниями и умениями. Единственное, что мешает этому бизнесу активно развиваться, — отсутствие места концентрации заказов. Внутренний рынок — вообще дело тонкое. Сегодня типовые схемы бизнеса будут спотыкаться и давать сбой.
Что касается наличия административных барьеров, то они, по мнению Валерия Скорика, возникают не при регистрации бизнеса и связаны, как правило, с определенными его видами, например, возведением зданий и сооружений, когда технически сложно получить участок под застройку, необходимую разрешительную документацию.

Поверх барьеров
Интересно, что Дмитрий Медведев еще год назад публично признал, что "административный прессинг" существует на всех стадиях развития малого бизнеса. Уже для того, чтобы открыть дело, предприниматели вынуждены пройти длинный список согласований, которые подчас вовсе не предусмотрены федеральным законодательством. Но на местах рассуждают иначе: официальные требования дополняются собственными приказами и инструкциями, которые порождают лишь дополнительные поборы со стороны "консультантов", помогающих предпринимателю разобраться в этих хитросплетениях.
Глава Минэкономразвития РФ Эльвира Набиуллина тоже согласилась с наличием административных барьеров. На одном из заседаний она привела такой пример: чтобы открыть кафе или ресторан, нужно получить в различных инстанциях около 20 документов. Лишь один из них установлен федеральным законодательством, остальные — результат "инициативы" на местах. А для открытия производственного бизнеса надо получить 12 разрешительных документов и затратить от 1,5 до 6 млн руб. Сравните эти суммы с размером годового пособия.
Но и это еще не все. После того как бизнес, наконец, открыт, его атакуют многочисленные проверяющие. Это и санэпидстанция, и экологическая милиция, и — самое главное — органы МВД. Одни только легальные затраты малых предприятий на проверки составляют около 10% их выручки. Именно такую цифру озвучил год назад Дмитрий Медведев. Все это больно бьет именно по малому бизнесу. Пробиться через такие преграды под силу только крупным организациям.

Ольга РОМАНОВА
Фото Р.Новикова

Личное мнение

Заниматься бизнесом не стоит?
Предприниматель Андрей Б.:
— Я оказался в бизнесе волей случая. В 1991 году организовывал закупки шкур КРС в Мордовии для отправки за границу и обнаружил там загибающийся леспромхоз. Начал возить лес, а тут грянул кризис. Потом постепенно ситуация начала улучшаться, и на базе ВЗПО "Техника" я начал заниматься деревообработкой.
Сейчас моему бизнесу 15 лет, и я сожалею, что стал предпринимателем. Надо было заниматься недвижимостью. И вашим читателям я могу посоветовать ни в коем случае не связываться с этой деятельностью. Сейчас кредиты настолько подорожали, что из 5 млн рублей я миллион должен отдать банку за проценты. Это грабеж!
А что касается способности людей к предпринимательской деятельности, то талантливых людей не стало меньше, просто условия входа на рынок ужесточились. И вообще мне в последнее время кажется, что мы стартуем в никуда.

Не имей сто рублей
Предприниматель Павел А.: — Ситуация на рынке конца нулевых сильно отличается от ситуации конца 90-х. Все ниши практически поделены, просчитаны, и найти свою крайне сложно. Кроме того, сумма, выделяемая службой занятости, настолько ничтожна, что ее не хватит даже на оформление документов. Надо иметь стартовый капитал и детально просчитывать, насколько выгодна та или иная деятельность.
Мой бизнес состоялся только благодаря моим однокашникам и друзьям. Они прикрывают мне спину, поддерживают в трудную минуту и дают дельные советы. Может быть, стоит посоветовать безработным, решившим заняться бизнесом, объединить усилия и сложить свои годовые пособия в общий котел.

Кстати

За рубежом предпринимателей больше
По данным социологических исследований, все больше россиян не желают открывать собственный бизнес, предпочитая устроиться на хорошую работу в крупную организацию и получать фиксированную зарплату. Особенно высок процент таких "непредприимчивых" среди москвичей — если задумываются о своем деле 15-20%, то решаются на это лишь единицы — 5-7%.
Остальных пугают вышеупомянутые препоны и непосильные взятки. И вряд ли это связано с тем, что русский человек по своей природе не бизнесмен. Количество людей, склонных к работе на себя, а не "на дядю", примерно одинаково в любом обществе. Вот только условия, которые создает власть, могут им либо помогать, либо мешать. Поэтому в Чехии, создавшей для частных бизнесменов режим наибольшего благоприятствования, на 10 млн жителей приходится более 700 тыс. малых и средних предприятий. В этой стране, пожалуй, самая развитая экономика в Восточной Европе, а ее граждане — наиболее обеспеченными. Средний доход здесь не ниже 600 евро в месяц на человека, а безработицы почти нет. В общем, есть чему поучиться.