Обложка среды

Владимирским тяжеловозам снова грозит голод: чиновники запретили конюшне брать помощь со стороны Госплемконюшня "Владимирская" получила предписание от владимирского Центра ветеринарии. Надзорная служба с 11 декабря перевела племзавод на постоянный закрытый режим. Это решение означает бесповоротный запрет на посещение конюшни
для посторонних лиц. Посторонними чиновники называют, видимо, всех, кто в последний год добровольно помогал конюшне — приезжал сюда ухаживать за лошадьми, привозил корма, лекарства, благотворительную помощь.

Решение повергло сотрудников конюшни в шок. Ведь теперь три коневода и ветврач вынуждены держать оборону от любых посетителей. Они обязаны оттолкнуть "кормящую руку" спонсоров, которые бескорыстно помогают голодающим лошадям. Коневоды должны прогнать детей, которые мечтают увидеть и погладить благородных животных, приезжают на конюшню со всей области и проводят здесь свои "уроки доброты" вместе с учителями и родителями. Конюшня должна закрыться и от людей с ограниченными возможностями, которые посещали ее в рамках программ реабилитации.

Посторонним вход воспрещен
Сотрудники конюшни, не веря своим глазам, обратились за разъяснениями в департамент сельского хозяйства и ветеринарии. Коневоды надеялись, что полученный документ — всего лишь чья-то нелепая ошибка. Но областные чиновники подтвердили: конюшня отныне подчиняется жесткому закрытому режиму, причем действовать он будет неопределенный срок. За любые нарушения распорядка сотрудников будут наказывать. А обоснована крайняя мера тем, что посторонние якобы могут принести вред лошадям, например, вызвать на конюшне вспышку инфекции.
— Зная нашу ситуацию, видеть в посетителях угрозу конюшне просто нелепо, — недоумевает коневод Ольга Раскосова. — Наоборот, прошлые весну и лето мы продержались только за счет своих добровольных союзников. Если у лошадей и возможна вспышка инфекции, то только из-за отвратительного содержания конюшни по вине властей. Но дело в том, что эпидемии-то у нас никогда и не было. Антисанитария — да, была до нашей весенней "кампании по спасению", но мы с проблемами в этом году почти справились благодаря помощникам со стороны. И сейчас нет "санитарных" причин ни для временного карантина, ни, тем более, для постоянного закрытого режима.
Призыв о помощи, с которым отчаявшиеся владимирские коневоды весной этого года вышли в СМИ, вызвал огромный резонанс. О бедственном положении племенного конезавода — единственного в России хранителя знаменитой породы владимирский тяжеловоз — узнали далеко за пределами области.
Протекающая крыша, разрушенная левада, сломанная вентиляция, непролазная грязь и жуткий холод в помещениях. До такого состояния "национальную гордость" довела нищета. Федеральные власти перечисляли на содержание конюшни слишком мало, а областные и вовсе отказывали в поддержке. Лошади были сильно истощены. Животным не хватало не только сена, овощей и корнеплодов, но даже овса, дешевой соломы, элементарных лекарств и медикаментов. За период "голодомора" два племенных жеребца погибли.
— А теперь местные чиновники снова хотят устроить нам "блокаду"? — возмущена коневод Ольга Раскосова. — Когда мы умоляли всех о помощи, департамент сельского хозяйства и подчиненный ему Центр ветеринарии не проявили интереса к судьбе владимирских тяжеловозов — последних представителей породы. Наоборот, весной чиновники также попытались закрыть конюшню, но тогда у них ничего не вышло. На помощь нам пришли сотни неравнодушных людей. Но чиновники опять резко перекрывают кислород!
Весной, когда директор конюшни Илья Симаков принял решение о закрытии, а коневоды устроили "акцию протеста", самых активных противников режима он просто уволил. Ольга Раскосова восстановилась на работе через суд. Осенью она привезла на конюшню благотворителей и политиков.
Помощь учреждению оказали депутаты Госдумы от фракции "Единая Россия" — председатель комитета по труду и социальной политике Андрей Исаев, член комитета Григорий Аникеев, секретарь политсовета владимирского регионального отделения "Единой России" Владимир Киселев. Григорий Аникеев обратился с запросом в Минсельхоз. Деньги на восстановление конюшни перечислила также общественная организация "Милосердие и порядок". Совместно с этой организацией сейчас прорабатывается вопрос о том, чтобы на лошадях занимались иппотерапией и лечебной верховой ездой дети-инвалиды.
Ребята из владимирского отделения "Молодой гвардии" партии "Единая Россия" помогли конюшне кормами и выполнили часть ремонтных работ. "Единороссы" уверены, что федеральные власти вскоре смогут разработать государственную программу по развитию породы владимирский тяжеловоз. И высказали готовность помогать дальнейшему привлечению спонсорских средств.
Музыкальные группы области устроили в поддержку конюшни благотворительный рок-фестиваль "Владимирский тяжеловоз". За активной молодежью и политиками пришли представители бизнеса, давшие средства на покупку лекарств и кормов для лошадей.
Следом за предпринимателями на конюшню стали приезжать десятки жителей нашей и соседних областей. Узнав о бедственном положении животных, добровольцы предлагали посильную помощь. Она заключалась в реальных делах: волонтеры, а среди них много ребят, ухаживали за лошадьми, чистили, убирали:
— Приносили, кто что может, — рассказывает Ольга Раскосова. — Постоянно ходила одна старушка, кормила лошадей морковью со своего огорода, сахаром. К нам и сейчас со всех сторон стучатся желающие помочь — кто денежкой, кто кормом и лекарствами. Кто-то просто просит разрешения поухаживать за животными — почистить, погладить. Лошади, они же, как люди, им важно внимание. Но сейчас мы не можем воспользоваться крайне необходимой лошадям помощью — нам это запрещено! Вот буквально вчера ситуация. Приехала молодежь, устроители рок-фестиваля "Владимирский тяжеловоз", привезли морковь и сено, хотели покормить лошадей. Пришлось извиняться и указывать дарителям на дверь.

Загнанных лошадей пристреливают?
Несколько месяцев назад на помощь погибающим животным пришли сотни людей вокруг. Проблемы племзавода рассматривались на уровне Госдумы и получили министерскую поддержку. Конюшня стала, наконец, выбираться из нищеты, у лошадей появилось качественное питание, улучшились условия содержания. Но теперь: препятствия "хранителям" породы вдруг стали чинить местные власти. Решение владимирского Центра ветеринарии одобрил областной департамент сельского хозяйства и ветеринарии, соответствующее постановление снова принял директор учреждения Илья Симаков. И двери конюшни захлопнулись как для волонтеров, школьников и инвалидов, так для меценатов, политиков, журналистов.
— Запрет доступа лишает конюшню средств к существованию, а значит, лошади снова будут голодать и жить в условиях антисанитарии, — говорят коневоды. — Порода владимирский тяжеловоз, гордость нашего края и всей России, и так на грани исчезновения. Получается, областные власти губят породу сознательно? Кому же может быть выгодно закрытие нашего предприятия?
Очевидно, власти закрыли доступ на конюшню не столько из опасения за здоровье лошадей. Учреждение обрело десятки сильных союзников после рассказа о своих проблемах через областные и центральные СМИ. Сотрудники конюшни предполагают, что цель чиновников — постепенно лишить конюшню поддержки, а первый шаг в этом направлении — спрятать объект из поля зрения журналистов.
— Наш крик о помощи позволил спасти погибающих лошадей. Но сейчас чиновники хотят все по-тихому прикрыть. Неужели добро должно быть наказано? Что замалчивают чиновники? — задаются вопросом защитники лошадей. — Коневоды узнали от властей, что владимирскую конюшню те хотят закрыть совсем. Сейчас здесь живут 24 жеребца пород владимирский тяжеловоз, орловский рысак и французский першерон. Пять-шесть самых выносливых жеребцов власти намерены перевести в Юрьев-Польский конезавод, а остальных животных просто ликвидировать. Наши лошади могли бы стать отличительным знаком региона, работать на имидж, привлекать туристов со всего мира. Невозможно поверить, что знаменитую породу кто-то сознательно губит. Нет времени выяснять, кому и зачем это нужно. Если сейчас не принять срочные меры, завтра может быть уже слишком поздно.

Елена Певцова
Фото А. Николаева и из архива редакции

Обложка среды

Конкурс, заявленный как международный фестиваль детского и молодежного творчества, закончился скандалом
В понедельник прошел гала-концерт фестиваля "Кремлевские звездочки". В списке конкурсантов — семь тысяч участников, из них лауреатов и дипломантов — 400 человек. Город Владимир представлял вокально-джазовый проект "Ветер перемен" (руководитель — Татьяна Савостьянова). Оговорюсь: высокий уровень исполнительского мастерства коллектива жюри конкурса оценило сразу. Непосредственно после выступления нашим "звездочкам" объявили об их участии в гала-концерте. Однако чувства радости от признания заслуг ни дети,
ни взрослые не испытали. И вот почему.

Дорога к "Кремлевским звездочкам" у них была тернистой изначально. На въезде в ВВЦ, в Доме культуры которого проводилось прослушивание конкурсантов, автобус наших артистов притормозили. Организаторы не заказали пропуска для них. Проблему решили, заплатив 600 рублей.
С выходом на сцену сложности у исполнителей не закончились. Выяснилось, что привезенные микрофоны (а ничего более из аппаратуры организаторы привозить не советовали) невозможно подключить. С большим трудом наладили звук. Жюри терпеливо ожидало. А организаторы предложили свой вариант решения проблемы — приезжайте-ка лучше в марте, сейчас участников чересчур много.
Наши артисты отказались уехать. Вышли на сцену и показали класс. Высокий класс! Безымянные члены жюри (у них не было даже бейджиков) выражали полное удовлетворение. Ребята и взрослые не стали ждать оглашения итогов, уехали. На следующий день стали звонить. Узнали главное — "Ветер перемен", как коллектив, стал первым. Двое солистов получили призовые места.
— Остальных не можем найти, в списках нет, — сообщили на том конце провода, повергнув владимирцев в легкий шок.
Как первые и лучшие, наши ребята должны были стать участниками гала-концерта в Государственном Кремлевском Дворце. Но:
— Приезжать не надо, — заявили в оргкомитете фестиваля. — В связи с похоронами Патриарха концерт не состоится, своими, московскими силами заткнем. Выступать не будете, не мотайтесь. Приедете, получите ценные призы, подарки, дипломы.
Но родители двоих выступающих ребят поехали на церемонию награждения. И томительно ожидали праздника. Ну, знаете, как это бывает: ничего интересного и необычного, как правило, не происходит. На сцену поднимаются взволнованные артисты и их педагоги. Награда, аплодисменты, цветы, дипломы. И ценные подарки! Организаторы обещали и эту приятную мелочь (а может, и не мелочь?).
Но оргкомитет "Кремлевских звездочек" внес новую струю в классику церемониальных отношений.
Со сцены объявили, что здесь и сейчас будут награждены те, кто выступит. В последующие дни одарят остальных победителей. Представители нашей делегации, впрочем, как и остальные, с трудом дождались перерыва. Бросились искать организаторов. В этот момент по просторному фойе Кремлевского Дворца бегали три толпы: искали конкретных безответственных, как выяснялось, лиц. В какой-то момент возле журнальных столиков наши представители заметили непонятное шевеление. Подойдя ближе, увидели, что дети и взрослые копаются в каких-то бумагах. При ближайшем рассмотрении бумаги оказались дипломами и сертификатами.
Владимирцы начали искать свои. Результат — шок номер два. В дипломах название коллектива не упоминалось ни разу: "старшие (либо младшие) классы второй школы искусств имени Прокофьева город Владимир", — так значилось в дипломе.
Нашедшие диплом с удивлением узнавали о себе много нового. Например, наша исполнительница народной песни прочла в дипломе свою новую специализацию — джаз-вокал. Песенный коллектив с легкой руки бесшабашных организаторов стал танцевальным и т.д. и т.п.
Представители оргкомитета, которых отыскали с большим трудом, отнекивались, пока не нашли крайнего. Вокруг него мгновенно образовалась толпа. Охранники стали оттеснять участников в фойе, ближе к выходу.
— Дипломы вынесут, — обещали всем.
Их действительно вынесли. Очередную партию, свежеотпечатанную, одна из организаторов бросила на стол и, обернувшись в сторону толпы, роющейся за соседними столиками, обронила:
— Еще здесь ищите!
Эти поиски "своего места" стали снимать тележурналисты. Организаторы фестиваля попросили убрать камеры. Церемония награждения превращалась в кошмарную пародию. Чтобы несколько облегчить поиски, к участникам вышел с охраной импозантный представитель оргкомитета и стал выкрикивать имена дипломантов, занявших первое место.
— Было ощущение, что мы на рынке, — вспоминает один из очевидцев. — Дважды не расслышали свои фамилии, просили повторить. Когда в его руках осталось штук 20 дипломов, один из участников громко обратился ко всем: "Скажите, кто получил обещанные ценные призы?" Воцарилась тишина. "Спасибо, понял", — удовлетворился ответом.
А в это время ведущий гала-концерта Юрий Николаев в очень приподнятом настроении раздавал на сцене дипломы. Это было отдельное шоу, переходящее в истерику. Над шутками не совсем трезвой "звезды" смеялись больше взрослые. А дети: рыдали, открывали, уходя со сцены, пустые корочки. Некоторые из них, вытирая слезы, рядом со взрослыми, искали свои дипломы.
Это безобразие длилось несколько часов, пока те, у кого хватило сил, не нашли свои награды. Шок — это, конечно, очень по-нашему. И превращать любое масштабное мероприятие в балаган — это тоже мы умеем. Но "Кремлевские звездочки" — коммерческий продукт. Наш коллектив перечислил почти 39 тысяч рублей за участие. Приведу только часть "прейскуранта" фестиваля. В хореографическом и фольклорном конкурсах за каждый концертный номер коллективы выложили 3800 рублей, индивидуальные исполнители — 500 рублей. В музыкальном и конкурсе исполнительского мастерства расценки за индивидуальное пение были и того выше — 1200 рублей. В нашем случае выступления ребят оплатили родители. А вернее, как выясняется, слезы своих детей оплатили.
Мы пытались дозвониться до оргкомитета "Кремлевских звездочек" по телефонам, указанным на сайте фестиваля (www.kinderfestival.ru). Тщетно! Зато узнали о том, как высоко стремились заявить они о себе. Судите сами.
"Кремлевские звездочки", как сообщает Интернет, — один из крупнейших в России конкурсов-фестивалей детского и молодежного творчества. В "Кремлевских звездочках" принимают участие творческие коллективы и индивидуальные исполнители от 4 до 21 года по широкому спектру направлений творческого развития и досуга из более 200 городов 20 стран мира.
Данный социальный проект реализуется в рамках всероссийской программы "Знак признания за вклад в развитие детского и молодежного творчества и досуга", учрежденной Советом по общественным наградам Российской Федерации".
Среди его организаторов — Межгосударственный союз городов-героев и городов воинской славы, Совет по общественным наградам Российской Федерации, Московская городская организация Союза писателей России, Союз художников Москвы, НП "Национальное общество качества", Государственный музей народной графики, Фонд "Искусство будущего". Конкурс-фестиваль проходит под патронажем Совета Федерации России и правительства города Москвы. Среди тех, кто патронирует состязание растущих дарований, — известнейшие граждане страны: спикер СФ Сергей Миронов, мегазвезды — Иосиф Кобзон, Владимир Спиваков. При таких-то людях трудно было предположить, что все закончится так кошмарно! Кстати, сами они вряд ли знают, кто и как "зажигает" под их именами, в лучах чужой славы, и какие суммы при этом получает.
Ближе к весне "Кремлевские звездочки" вновь объявят о своем существовании. И ведь в некоторых городах еще и отборочные туры проведут. "Лохотрон" (извините, другого слова и не подберу) пройдет в некоторых областях в два тура. Главное — платите, граждане! А потом за свои же деньги получайте унижения и обиды.
— Вы бы видели, сколько детских слез собрали эти "Кремлевские звездочки", — рассказывали нам очевидцы. — Как объяснить ребенку, что обещанной награды не будет?
:Спустя три дня они все еще в шоке. "Ветер перемен" узнал о приглашении поучаствовать в фестивале от властей. Ребята месяц готовились к выступлению. Шились костюмы, шли репетиции. А память от фестиваля, действительно, будет долгой. И, похоже, напрочь отобьет охоту от участия в подобных конкурсах. Но что-то нам подсказывает, что эти "звездочки" снова соберут аншлаг. Надеемся, что коллективы нашей области в эту ловушку больше не попадут.

Светлана САЛАТАЕВА

Обложка среды

Мэр Лужков признается: "Наша деревня — всех лучше!"

Мэр Лужков на ногах с раннего утра. Забот много. Надо проверить обширное и доставляющее множество хлопот хозяйство. От первого лица местной власти зависит немало: благоустройство и снабжение продовольствием, состояние дорог и водоснабжение, чистота и порядок на улицах, контроль за охраной окружающей среды и вывоз мусора и многое другое.

Но главное — мир и покой в домах обывателей. "Какое отношение к владимирской газете имеет деятельность столичного мэра?" — могут резонно спросить уважаемые читатели. По большому счету — никакого. У уважаемого мэра Юрия Лужкова свое поле деятельности, а у нас — свое. И сегодня речь идет не о градоначальнике первопрестольной, а о старосте деревни Большие Лужки Гороховецкого района Любови Ефимовой, которую местные жители в шутку так и величают — мэр Лужков. И хотя рядом с Лужками проходит федеральная трасса, а в самой деревне, особенно в летнюю пору, можно встретить машины с московскими номерами, жизнь здесь, в отличие от мегаполиса, течет размеренно и неторопливо.

Мэр Лужков избран на третий срок
Любовь Михайловна избирается старостой уже третий срок кряду — с появления этой должности в середине 1990-х. Она — коренная жительница. В центре Лужков уцелел старинный деревянный дом ее предков, на фасаде которого вырезана дата постройки — 1882 год! Порой любопытные специально приезжают — посмотреть на избу позапрошлого века, которая уже числится историко-архитектурным памятником. Отец будущего "мэра" Михаил Алексеевич Поделкин работал трактористом в местном совхозе "Гороховецкий". Сама Люба Поделкина после окончания средней школы (учиться ездила в райцентр) и профессионального училища устроилась продавцом в деревенский магазин, который долгое время был в Лужках и единственной торговой точкой, и клубом, и общественным центром. И это при том, что здание магазинчика — сарай сараем. Однако четыре года назад и его закрыли. Теперь Любовь Михайловна — домохозяйка и староста по совместительству.

Друзья человека
Без дела сидеть старосте некогда. На ее плечах действительно большое хозяйство, где среди разнообразной живности главное внимание уделяется корове-кормилице. Буренку красно-пестрой породы зовут Звездка.
— А много ль корова дает молока? — не могу удержаться от "дежурного" вопроса.
— Не выдоишь за день — устанет рука! — с улыбкой в тон отвечает хозяйка словами когда-то популярного детского стишка. И уже серьезнее добавляет:
— Как накормишь, так и подоишь!
Звездка — кормилица Ефимовых без всякого преувеличения. Молоко, сметана и творог не только идут на семейный стол, но и с успехом продаются на рынке в Гороховце. У Любови Михайловны в городе немало постоянных покупателей. Натуральные продукты от непосредственного производителя в извечном сочетании "цена — качество" выигрывают всегда.
Помимо коровы есть еще куры, кролики (недавно держали и поросят), а также самые главные обитатели дома Ефимовых — четыре кота и кошка. Три кота и кошка носят традиционные русские имена — Семен, Тихон, Василий, Дашка. А вот четвертый усатый-полосатый почему-то именуется по-иноземному — Том. Может, проще и его переиначить в Фому? Прямо на моих глазах поджарый Тихон принес только что пойманную мышь, "отметился" перед хозяйкой и пошел в уголок — обедать:
Во дворе — собачье царство Мухтара, сурово облаивающего каждого постороннего. "Породистая дворняга" — так определяет экстерьер своего любимца хозяйка.
— Он у меня и за охранника, и за сигнализацию! — поясняет Любовь Михайловна. — За сотню метров чужого чует и заранее дает знать. Ни днем, ни ночью незаметно к усадьбе не подберешься.

Ефрейтор Ефимов — гарнизон и капитан
Постоянный помощник по хозяйству — супруг Сергей Александрович Ефимов. Он тоже причастен к сельской власти — прежде избирался депутатом сельсовета. Муж мэра Лужков — военнослужащий-контрактник с большим стажем, хотя и в невеликом воинском звании ефрейтора. Даже среди жителей Гороховецкого района мало кто знает, что неподалеку от Лужков находится военный объект — летний лагерь военного университета радиационной, химической и биологической защиты, бывшей военной академии химической защиты имени маршала С.Тимошенко. Лагерь имеет романтическое название "Быстрицы" — по имени прежде существовавшего рядом православного погоста. Слушатели на сборы в Быстрицы теперь приезжают редко, но лагерь, тем не менее, сохраняется. Так что можно сказать, что в Лужках есть и своя военная база, и гарнизон, пусть даже из одного ефрейтора.
Кстати, имеется и свой флот. На резиновом борту его флагмана начертано грозное имя — "Пиранья". На лодке с таким экзотическим названием Сергей Ефимов, сразу же превращаясь из ефрейтора в капитана, долгими часами рыбачит на Клязьме, которая протекает всего в полукилометре от деревни. В реке и в бывшей клязьминской заводи Воспушка, которая уже превратилась в непроточную старицу, в изобилии водятся плотва и подлещики, и даже рыба покрупнее. Хватает на ароматную уху. Кошачья часть семейства рыболова всегда ждет с нетерпением, а когда котяры видят улов, то становятся особенно ласковыми.

Школьница Маша, Дочка и Ночка
Всего в Больших Лужках насчитывается 31 дом, плюс еще 3 — сравнительно недавно выстроенные дачи. Однако зимой обитаемы лишь 13 из них. Постоянное население Лужков состоит из 29 человек. Летом оно удваивается за счет приезжих из Москвы, Нижнего и Дзержинска. По большей части лужковцы — пенсионеры. В трудоспособном возрасте всего 3 семьи.
На всю деревню — единственная школьница Маша Ефимова, племянница старосты. За ней каждое утро приезжает школьный автобус. Раньше единственным человеком в деревне, который ездил на персональном транспорте, был председатель совхоза. Теперь ученица Маша. Кстати, практически все коренные обитатели деревни — родственники. Ефимовы, Поделкины и Степановы между собой братья, сватья, зятья и так далее. В отличие от городских жителей, сегодня порой не помнящих своего деда, в деревне имена предков знают на зубок. Хотя порой и селяне путаются в извилистой на сто с лишним лет заученной родословной, но это уж разве что в отношении самой дальней родни. Иванами, не помнящими родства, деревенских точно не назовешь.
Сыновья Ефимовых работают в городе — старший 24-летний Александр — на стеклозаводе "Русджам" на погрузчике, а недавно вернувшийся со службы в армии младший 21-летний Михаил-водителем. Александр Ефимов с женой Юлей ждут прибавления семейства. В недалеком будущем "мэр" Лужков станет бабушкой и с нетерпением ждет внука или внучку — все равно, лишь бы понянчиться.
Один из первых помощников старосты — ее дальний родич Валерий Владимирович Степанов. Профессиональный пастух, он прежде пас совхозное стадо (доходило до 130 коров), потом — деревенское (до 30 буренок), а теперь остался без любимой работы. Кроме Звездки у Ефимовых, сегодня в Лужках всего две коровы — Ночка у Степановых да Дочка у Гришиных. Чтобы не потерять квалификацию, Валерий Степанов порой пасет Ночку и Дочку, но масштаб нынче совсем не тот!

Реалии Больших Лужков
Гордость старосты — асфальтированная дорога, доходящая до прежнего культурно-делового центра Лужков — ветхого магазина-избушки. Дорогу успели "пробить" еще в 1990-е, и теперь вместо прежнего бездорожья в Лужки можно добираться в любое время года, несмотря на капризы погоды. Еще одно достижение "мэра" — устройство водопровода. Масштабные работы по водоснабжению деревни проведены восемь лет назад. Старые водопроводные трубы отчаянно текли, поэтому их полностью заменили. Шестой год пошел, как поменяли и насос. Теперь на очереди — ремонт водонапорной башни.
— Надо латать, — констатирует Любовь Михайловна. — Новый резервуар уже заготовлен. На будущий год, глядишь, и сладим:
Уличное освещение в Лужках состоит из четырех фонарей: три — на деревенском порядке, еще один — на въезде со стороны шоссе. Лампы для них привозят спонсоры из числа местных дачников. Если спонсоры медлят или забывают про свой долг по привнесению света в глубинку, то приходится собирать деньги в складчину самим лужковцам.
После закрытия магазина в деревню два раза в день приезжает автолавка Фоминского сельпо. Ассортимент приличный, но цены "кусаются". Многие предпочитают ездить за продуктами в Гороховец — если набрать на месяц вперед, получается значительно дешевле. Рейсовый автобус останавливается в версте от деревни на нижегородской трассе. Если есть желание прокатиться с комфортом — можно вызвать такси из райцентра, но поездка обойдется в 200 рублей. Обычно лужковцы в подобном случае "соображают на троих".
На стене ветшающего и неработающего магазина прибит давно не крашенный почтовый ящик. Это тоже — пережиток прошлого. Письма туда давно никто не опускает. Зато почтальон приходит к каждому на дом. Подобный бесплатный сервис даже избалованным комфортом городским жителям недоступен.
Мечта старосты Ефимовой и ее односельчан — природный газ. Газификации в Лужках ждут, как манны небесной. Но неизвестно, дождутся ли вообще. В ближайших планах вплоть до 2011 года проведение голубого топлива в деревню не предусмотрено. Говорят, мол, мало жителей.
— Может, Семена, Тихона, Василия, Дашку и иных обитателей в число постоянных жителей записать? — грустно шутит староста. — Тогда, глядишь, и до нас очередь дойдет:

А вы пробовали варенье из полоники?
Если цивилизация в виде газовой трубы до Лужков пока не добралась, то зато природа там почти первозданная. Рядом — лес, правда, по большей части лиственный — осиновый, кленовый, березовый. Из грибов в изобилии растут лишь лисички. Зато ягодных мест — полным-полно. Земляника и полоника (так здесь называют дикую клубнику) идут на варенье, которое заготовляется десятками банок.
— Всего за сезон более 100 трехлитровых банок варений-солений получается, — довольно сообщает Любовь Михайловна. — У меня на участке яблони, груши, вишня, слива, жимолость, смородина, крыжовник и малина. Не говоря уже про овощи. Всего вдосталь. Разве что в нынешнем году огурцов был неурожай. А самое любимое мое варенье — клубничное! Раньше у нас в деревне еще и пчел держали — меду было много. И вообще, по сравнению со всеми окрестными деревнями, наша — всех лучше!

Николай ФРОЛОВ
Фото автора

Обложка среды

На третьем курсе студентка Ивановской текстильной академии Маша Грошева год работала компьютерным графиком на "Мосфильме", обучившись этому искусству за две недели (именно столько отвели на подготовку будущие работодатели), и занималась спецэффектами в фильмах "Волкодав", "Слуга государев", "1612", "20 сигарет" и многих других.
С 8.00 до 13.00 — училась, а с 13.00 до 22.00 — работала. Было очень интересно, но верх взяла "первая любовь" — мода. Не случайно преподаватели Ивановской текстильной академии считают эту студентку лучшей. На пятом курсе за нестандартное мышление в области конструирования и моделирования одежды она уже стала дипломанткой XVI Международного текстильного салона-2008, конкурса "Кутюрье-2008" (г. Москва), международного конкурса "Текстиль и мода-2008".

Замысел
С ковровчанкой, студенткой и красавицей Машей Грошевой мы познакомились на Втором межмуниципальном форуме "Территория экономики ценностей" благодаря ее любимой преподавательнице, заведующей кафедрой текстильного дизайна Ивановской текстильной академии Наталье Мизоновой. Коллекция пятикурсницы Маши под романтическим названием "Экспедиция" участвовала в премьерном показе на открытии форума.
Маша родилась в 1987 году. Шок 90-х пережила в младенческом возрасте и, видимо, поэтому с азартом и куражом воспринимает любые жизненные трудности. В принципе все в ее жизни было как у всех детей: средняя общеобразовательная школа №22, кружок в ДК "Современник", мама, которая рисовала и шила всегда, потому что в нашей стране никогда ничего из одежды купить было невозможно.
Необычно то, что в семью Грошевых вирус дизайнерства занес дедушка, который по наитию освоил искусство кройки и шитья, а заодно и швейную машинку. Мама Маши увлекалась эпохой Возрождения и мечтала стать дизайнером, а мечту ее воплотила дочка.
Уже в седьмом классе девочка решила поступать в Ивановскую текстильную академию и регулярно радовала одноклассников сумасшедшими шапочками из бисера и яркими свитерами ручной вязки. К специальности "Художественное проектирование костюма" ее готовила преподаватель той самой детской художественной студии в ДК "Современник" Елена Романова.
— Рисунок и живопись у меня были очень слабые, — вспоминает свое поступление в вуз Маша. — Я "купила" комиссию сильной по сравнению с другими абитуриентами композицией. Мне вообще нравится ковыряться в деталях. Я чувствую композиционный центр, у меня хорошее чувство цвета и линии. И самое главное, мне все это интересно.
Так жизнь Маши поделилась надвое — до и после поступления в академию. Творческая атмосфера вуза разбудила в ней жажду созидания, и ей захотелось сделать такое, что еще никто никогда не делал и не видел.
— У меня не появилось ни капли сомнений, что я на правильном пути. Мне все очень нравится в профессии,- улыбается Маша.
Вершинами своей небольшой карьеры дизайнера она пока считает не участие в конкурсах и показах, а успешную сдачу экзаменов. Дело в том, что в академии надеяться на авось трудно и нельзя вызубрить предмет накануне сдачи экзамена. В конце семестра студенты должны продемонстрировать свои достижения, результаты поисков, исканий и размышлений, и уровень мастерства каждого из них виден как на ладони. Уклониться от беспощадной оценки комиссии и коллег на просмотрах не удается никому.
Сначала Маше было тяжело, а сейчас она идет на красный диплом. И в то время, как ее однокурсники сдают по пять работ, она приносит пятнадцать и предлагает преподавателям выбирать.

Чувство цвета
Маше нравится декоративная живопись. Ее пристрастия в графике — трепетное внимание к животным, их поведению, манерам, раскрытие их характеров через линию и цвет. Любимицы, конечно, — независимые кошки. Маша сама дважды кошка — по восточному и европейскому гороскопам.
Привлекают юную художницу и композиции из предметов. Ее главная особенность — в стремлении к интерпретации форм, даже к некоему их искажению, к сочетанию необычных техник, различных структур и фактур, в заполнении пространства линейными и точечными элементами.
— Я хочу, чтобы мои работы вызывали столь же сильные эмоции, как детские, — поясняет Маша. — Они сразу должны быть понятны людям, чтобы они смотрели, радовались и получали удовольствие, чтобы им было хорошо, уютно и они захотели унести мою вещь домой.
Интересы у Маши разнообразны и времени на самореализацию не хватает. Даже на вечеринку или на дискотеку она идет только затем, чтобы узнать что-то новое. Именно этим ее привлекало костюмированное шоу "Хэллоуин", к которому она сшила себе наряд фарфоровой куклы. Работа на "Мосфильме" объяснялась тем же желанием самореализации, развития творческих способностей. Кино — это здорово!
— Это очень интересно и очень затягивает. Ты смотришь фильмы за год до их выхода! — восхищается Маша. Она разрабатывала спецэффекты для многих известных российских блокбастеров. Работа была увлекательной: известные актеры, режиссеры и ты — один из творцов чуда под названием кино. — Но я ушла, потому что поняла, что не смогу заниматься любимым делом. Совмещать это невозможно. И я занялась созданием своей первой коллекции.

Чувство стиля
Стиль, который исповедует Маша, — городской casual с элементами роскоши.
— Я создаю вещи, которые люди захотят надевать, — убежденно говорит она. — Некоторые дизайнеры сознательно создают коллекции, которыми можно только любоваться и хранить в музеях костюма. Это вещи-вампиры. Они забирают положительные эмоции людей и не возвращают их.
Главный критерий признания созданных Машей вещей — когда публика желает приобрести их на показе.
Как любой дизайнер, она создает вещи прет-а-порте и от кутюр, ведь в коллекции, которую формируют специалисты, должны быть несколько look-ов — видов или взглядов, вариаций костюмов одного модельера. Маша любит изделия, сложные по крою. Каждое ее творение — игрушка, конструктор для увлеченного игрой человека. Даже юбку надеть не так-то просто. С ней скомпонованы жакет, пояс и много различных деталей, создающих стилистику костюма.
— Мне нравятся головоломки, — смеется Маша. — Мои вещи не наденешь МАШИнально.
Ткани Маше нравятся тоже дорогие, качественные, натуральные, сложные по цвету и с интересными принтами, чтобы их было приятно подержать в руках, погладить и надеть. Поэтому поиск тканей превращается в настоящий детектив: сложно замешанный, насыщенный цвет, устраивающий молодого дизайнера, трудно найти, ведь индустрия моды в нашей стране не развита.

Воплощение
В силу неразвитости индустрии моды профессия модельера в нашей стране очень трудна, поэтому, как считает Маша, в России много нераскрывшихся художников. Нет денег и на спонсирование коллекций, а сейчас и подавно. Многие выпускники академии вынуждены работать дизайнерами в ЦУМе и ГУМе, и лишь некоторые продолжают служение моде.
В будущем Маша видит себя модельером. Она считает, что можно работать и в Коврове, хотя здесь людей придется просвещать, как нужно одеваться, носить одежду и вести себя. Она уже столкнулась со стеной непонимания.
— Я создаю моду для молодой, стильной, романтичной, городской девушки с высшим образованием, которая всем интересуется, ходит по выставкам и живет в мегаполисе, — так обозначает свою нишу в искусстве моды Маша. — Это удобные, спортивного стиля вещи.
Как вы уже поняли, создание коллекции — хлопотное, сложное и затратное дело. Чтобы попасть на конкурс, студенту академии нужно пройти строгий отбор и получить грант академии для участия в конкурсе. Преподаватели, которые сделали Машу как дизайнера, — это прекрасный специалист по художественному проектированию костюма Елена Максимова и заведующая кафедрой текстильного дизайна, профессор Наталья Мизонова, которых Маша считает своими вторыми мамами и добрыми феями.
— В Иванове много домов моды. Каждый дизайнер открывает магазин под своим именем, — заканчивает свой рассказ упорная и трудолюбивая Маша. — Такого будущего я бы хотела и для себя. Давайте встретимся с вами года через два, и я вам расскажу, что получилось!

Ольга РОМАНОВА
Фото автора