Кто разоряет Князь-Владимирское кладбище?

О сносе оград на Князь-Владимирском кладбище краевед Светлана Максимова твердит всем. И в газеты пишет, и объявления вывешивает. Недавно написала открытое письмо мэру, Александру Рыбакову. Считает — о том, что творится на самом древнем городском кладбище, глава города должен знать.

Светлана Максимова, православный краевед:

"Уборка – самое последнее дело. И допустима лишь с разрешения исследователей. Даже куча мусора может стать объектом для исследования".

 

Такие объекты — мусорные кучи — здесь на каждом шагу. Часто прямо внутри оград. Схема проста: допустим, если на ограду падает дерево, его не вывозят сразу, а распиливают, оставляя чурки на месте. К веткам и брёвнам со временем добавляется неорганический мусор. Вывозят всю эту кучу — вместе с оградой.

 

отец Сергий, настоятель храма св. князя Владимира:

"Здесь винить-то некого. Кроме вековых деревьев. Это было, есть и будет. Не только оградки, но и памятники — им угрожают эти деревья. И Бог знает, когда они упадут".

 

Сам отец Сергий говорит – за все тридцать лет, что он служит в этом храме – жалоб не поступало не разу. А ограды – они вообще только засоряют церковные земли.

 

отец Сергий, настоятель храма:

"Я бы хотел, чтобы вообще никаких оградок не было, чтобы были проходы. Но это нереально".

 

У Елены Павловны на Князь-Владимирском кладбище захоронены родственники. Но когда женщина в канун Пасхи пришла их навестить, на семейной могиле ограды не было. Как объяснили ей в агентстве ритуальных услуг – ограждение мешало пройти другим посетителям кладбища.

 

Синхрон: Елена Керская

"Смотрю — лежит напротив. — Ваша ограда? Да, там пустое место было. Я в ужасе, не могу сдвинуть, приподнять её, она тяжёлая".

 

Среди мусорных куч, что на самом кладбище, тоже можно встретить несколько новых оград. Но их сносят сами жители – уверяют работники службы ритуальных услуг.

 

Наталья Горобец, начальник службы уборки спецкомбината ритуальных услуг:

"Никакие ограды с захоронений мы не снимаем. Только убираем с контейнерных площадок".

 

Самое ценное в старинной ограде – не её узор, и даже не металл, из которого она изготовлена. А вот такой номерок. Иногда он встречается на кресте. Цифры на нём — порядковый номер захоронения. И если спустя много лет человек забудет, где покоятся его родственники – по номеру и учётной книге он сможет легко их отыскать. С пропажей номерка шансы на находку практически равны нулю. Краевед Светлана Максимова называет такую уборку осквернением святынь. Таким же, как уничтожение икон и разрушением храмов. А за порчу оград – грозит геенной огненной.

 

Светлана Максимова, православный краевед:

"Это то же самое. Душа схватывается бесами по разлучению с телом и увлекается на вечные мучения".

 

Но почему-то сама защитница кладбищенских святынь от священника бегает, как от огня. Говорит – в мире мёртвых больше понимания, чем в мире живых.

 

Анна Андрианова, Пётр Фомин, Андрей Максимов