Владислав Флярковский

Владислав Флярковский: Мне пришлось снять маску и умный вид

Эти качества вместе с темным костюмом обязательны для политобозревателя.

Нормальному журналисту ценнее другие.

Владислава Флярковского помнят как популярного ведущего программы "Вести". Некоторое время он был главным редактором службы новостей телеканала ТВ-6. А два с половиной года назад он появился в ночных новостях канала "Культура". Там и состоялась наша беседа.

— Владислав, ваш переход на канал "Культура" — ссылка из политики?

— Такое впечатление, будто мы все работаем у одного большого хозяина и он вершит судьбы. Этого — в политику, того — на культуру, третьего — на рыбное хозяйство. Не надо рассматривать переход политика из партии в партию, актера из театра в театр, журналиста с телеканала на телеканал как роковой. Мы свободные люди. Во всяком случае, должны быть свободными.

— Кем вы мечтали стать в детстве?

— В детстве, которое у меня прошло в Баку, я очень хотел быть водителем мусоровоза. В нашем доме не было мусоропровода и даже контейнеров для мусора во дворе, поэтому каждый день утром и вечером приезжала машина и водитель дудел в дудку. К нему выстраивалась очень общительная очередь, здесь обсуждались новости, передавались последние сплетни и слухи. Тоже журналистика (улыбается), такая дворовая мусорная многотиражка. Шофер объезжал много дворов и потому знал больше других. Но то, что именно в этом его сила, я тогда не сознавал. Тогда мне понравилась его дудка.

— А когда вы точно решили стать журналистом?

— Где-то на 2-3 курсе журфака МГУ я понял, что хочу заниматься чем-то живым. Или газета (пишешь — и мгновенно печатаешь), или ТВ (собираешь информацию и тут же ее распространяешь). На ТВ желательно бы быть ведущим.

— В одном из интервью вы сказали, что карьеру уже сделали и теперь можете заняться чем-нибудь для души…

— Пить зеленый чай, слушать джаз… И потом, в каком смысле "сделал карьеру"? Разве только в том, что перестал о ней беспокоиться. Ее цена бывает слишком велика. И так больно шлепаешься с высоты завидного положения.

— Вы можете как руководитель студии "Новости культуры" позволить себе верстать выпуск по своему вкусу?

— А я и так его верстаю. У меня как у руководителя "Новостей культуры" есть пристрастия. Это современное актуальное искусство, видеоарт. Я люблю авторов с парадоксальным мышлением. Есть пристрастие и сугубо личное — джаз. И если в каком-нибудь московском клубе хороший коллектив выступает, но с точки зрения крупности событие не слишком велико, я иногда все же позволяю себе отправить оператора на съемку.

— Вы наверняка искали манеру подачи культурных новостей.

— Конечно, искал. Надо было скинуть этот лоск, эту маску политобозревателя — темный костюмчик, умный вид. Культурологическая журналистика требует более гибкого, ироничного отношения к материалу.

Заметили, например, листики на моем столе во время эфира цветные, в отличие от политики, где черное и белое, а иногда серое.

— Слушаю вас, Владислав, и думаю — как-то все у вас театрально получается — смена имиджа, цвета, интерпретация…

— Одна из самых великих потребностей человека — это потребность притворяться. Детское вранье — сыгранная роль. Человек вырастает, но ему все равно хочется быть немножечко другим — лицедействовать…

— Вы не комплексуете по поводу того, что иногда приходится читать новости за кадром?

— Пусть комплексует тот, для кого ТВ — способ раскрутить собственную физиономию. Для меня ТВ — это возможность заслужить доверие людей, помочь им стать более осведомленными, более опытными. Хотя, конечно, настоящий восторг для журналиста — завершая репортаж, встать перед камерой и объявить всем: "Такой-то, оттуда-то, такая-то телекомпания…"

— Расскажите о своем отце.

— Мой папа родился в 20-е годы прошлого столетия. Он был фотокором бакинской газеты "Молодежь Азербайджана". Я очень многим ему обязан — любовью к журналистике, своей первой профессии фоторепортера и фотохудожника. Невероятной энергии человек, хотя ему уже глубоко за семьдесят. Он никогда ни на чем не настаивал, никогда не говорил мне: "Ты должен". Всегда талантливо и гибко предлагал варианты решения жизненных проблем, оставляя выбор за мной. Стать бы таким же отцом для моих сыновей, Ильи и Вениамина. Безупречная мама Маша у них есть. Чуткая, преданная, достойная женщина.

— Вы давно вместе?

— Без малого двадцать лет. Она — дочь известного театрального режиссера, училась со мной в одной группе. А поженились мы в 1984 году, когда учились на четвертом курсе. Сдали очередную курсовую, зарегистрировались, съездили на три дня в Таллинн, в свадебное путешествие. Нам хотелось на край света, а по тогдашним возможностям этот город был именно там. Дальше — только вода и Швеция.

— Четверть века вы живете, учились, работаете в Москве. У вас есть любимые места в городе?

— Пожалуй, пруд у Новодевичьего монастыря, Патриаршие пруды, Нескучный сад. Люблю ходить по набережным.

Блиц

— Какая черта характера мешает чувствовать себя комфортно?

— Привередливость.

— Ваш любимый цвет, любимое блюдо, напиток и время года?

— Белый. Лимонный пирог. Густое красное вино. Лето в самом начале и на исходе.

— В каком веке и в какой стране вы предпочли бы родиться?

— В Европе. И так, чтобы молодость пришлась на начало ушедшего века.

— Ваше любимое занятие?

— В редкие свободные часы — посидеть и спокойно подумать о жизни.

Михаил КОСТАКОВ, заслуженный работник культуры России.

Москва — Владимир.

Личное дело

Владислав Флярковский родился в 1958 году в Башкирии. Служил три года на флоте, на Дальнем Востоке. Окончил журфак МГУ. В 1986 году пришел работать в Молодежную редакцию ЦТ. С 1989 по 1990 год — парламентский собкор программы "Время". В 1991 году перешел на РТР. В 1993-1995 годы — собкор "Вестей" на Ближнем Востоке. В настоящее время — руководитель студии "Новости культуры" на канале "Культура". Женат, имеет двоих сыновей.