пилигримия

пилигримия

Нашего парня из-под лавины вытащил Барон

"От лавины не убежишь", — шутят швейцарцы и плюют через левое плечо. Горные лыжи — опасный вид спорта: можно не только сломать ногу или руку, но и попасть под лавину. Тогда жизнь будет зависеть лишь от расторопности спасателей и удачи. Наш земляк Федор Бураев в прошлом лыжном сезоне испытал на себе все превратности судьбы.

Накрыло нас по полной программе

Был его день рождения в швейцарских горах. Ночью шел снег, а утром солнце осветило великолепие Альп. С друзьями-французами Федор забрался на сложный спуск. Глотнули из фляжки виски за его здоровье. Приложились еще пару раз. Жизнь стала прекрасней.

Захотелось приключений. Наплевав на все предупреждения метеослужбы и спасателей, они полезли туда, где кататься было запрещено.

Накатались, получили адреналина по полной программе. Стали собираться домой, на обед. Вдруг в отдалении горнолыжники услышали гул. Он нарастал с каждой минутой. Сначала не могли понять, что происходит. И тут Пьер закричал: "Бежим, это лавина!"

Забыв наставления инструкторов, они помчались, как стадо баранов. Но от лавины не убежишь. В последний момент Федор вспомнил, что по правилам выживания нужно привязать длинную красную нить к руке, включить лавинный передатчик, поднять воротник, наклониться и сложить руки ковшиком у лица, чтобы сохранить воздух.

Он успел лишь поднять воротник и прикрыть лицо. На них обрушалась снежная масса. "Мама через час будет звонить. Вечером Анри обещал накормить копченым лососем. Мне 28. На работе премия. Ирма хотела провести со мной ночь. Где мой рюкзак? Пропадет зря. Ну и придурок же я", — пронеслось за несколько секунд в голове Федора.

Друзья познаются
в беде

— Очнулся я от того, что кто-то рыл сверху снег и матерился по-английски, — рассказывает Федор. — Нас спасло то, что у Анри на шее висел передатчик. Он успел его включить. Нас видели другие лыжники, покорявшие горную трассу в положенном месте. А лавина, по словам спасателей, была небольшая.

Под завалом они пробыли 40 минут. Сами бы не смогли выбраться из снежного плена. Спасатели вытащили всех четверых быстро. Французский сенбернар по кличке Барон был обучен выискивать под снегом людей. Родословная у Барона — аж до 10 колена. Его прадед спас в горах 15 человек, отец в полиции ищет наркотики.

Алекс был третьим, а Федор — четвертым, кого спас Барон за 2 года службы в горах. Остальных припорошило несильно, их спасатели откопали сразу.

— Я потерял контактную линзу, рюкзак и прикусил язык, — продолжает рассказ Федор. — У Алекса клаустрофобия, началась истерика, его отправили в госпиталь. Анри сломал запястье. Пьер обмочился от страха. Он-то и заложил нас полиции. Мы придерживались версии, что когда возвращались с трассы, свернули не туда и заблудились.

Оказав помощь, спасатели привезли их к шефу полиции. Долго объяснялись. Он кричал, что русских сумасшедших Ванек (ударение он делал на втором слоге) нельзя пускать в Швейцарию. Федор и Анри заплатили штраф.

Швейцария его
не любит

— В июле я снова побывал в Швейцарии на свадьбе Анри. Прилетел в Женеву. Увидел знаменитый фонтан, который находится на озере и бьет в высоту на 150 метров. Был шафером на свадьбе Анри, который женился на своей подружке. Он скоро станет отцом, к тому же медики обещали ему двух дочек. Теперь он носится по магазинам, закупает приданое и обустраивает дом.

В Швейцарии есть лыжные трассы, на которых можно кататься и летом. Я после свадьбы рванул в одно местечко, два дня прокатался нормально, а потом упал. И сломал руку.

Обидно, трасса-то для новичков. Не любит меня Швейцария. Поеду зимой на Урал. И денег сэкономлю, и жив останусь.

Впечатления записала
Елена НИКОЛАЕВА,
г.Владимир.

пилигримия

пилигримия

Киiв мать усих городов москальских

кошелек

Гривна — это 6 рублей

Гривна — это примерно 6 рублей. Ночь в хорошем отеле — 30 долларов. Средняя зарплата в Украине — 600 гривен. Уровень цен в Киеве почти сопоставим с московским. Киев считает себя европейской столицей. Люди солидно одеты, на улицах новые иномарки. Если хочешь купить на память что-то сильно украинское, можно взять (дорого) полный национальный костюм. Обычно покупают домой "Первак" и горилку.

За годы независимости братские республики стали совсем другими странами. Есть смысл взглянуть на изменения своими глазами. Как говаривал Паниковский, "поезжайте в Киев и спросите!" И мы поехали…

Здесь охотно говорят по-русски, а гривну запросто называют рублем

Браты, я знаю,
что вы е!

Сегодня в Киеве построили Золотые ворота, которые по-настоящему сохранились только в нашем Владимире. А в пещерах тамошней Лавры издавна покоятся мощи нашего богатыря Ильи Муромца.

Киев очень похож на Владимир. Успенский собор, Лавра на высоком берегу. А за Днепром, словно Загородный парк, зеленая зона Заречья, застроенная красивыми домами. Владимир в принципе строился по киевскому образцу. Наша Николо-Галейская церковь примерно соответствует положению Нижних лаврских пещер, а Вознесенская — Верхних.

Таможня шпыняет хохлов

— Сперва я побаивался ехать в Киев. Мне казалось, что это очень далеко, — рассказывает владимирский служащий Андрей Дерюгин, который провел с подругой Маней 3 восхитительных дня на Украине. — Оказалось, что экспресс от Москвы идет туда всего 10 часов. Почти как в Питер. И стоит примерно столько же. Поезд чистый, комфортная плацкарта.

Но зато на Украине есть таможня. Она доброжелательно относится к тем, кто едет в Киев ненадолго — погулять, потратить деньги. Пускают даже со старым советским паспортом. А вот если с ним едешь в Крым, ссаживают с состава или дерут деньги.

Не терпят кавказцев. Не любят "деловых" хохлов. Поймали проводника-контрабандиста, который вез 50 тысяч чистых компакт-дисков. Скорее всего, его ждет тюрьма.

Чуден Днепр
уже на подъезде

Вокзал просто европейский, ноль бомжей и мало ментов. Указатели на русском, украинском и английском. Легко купили билеты, 1,5 тысячи хватит туда и обратно.

Набережная Днепра настолько чиста, что рыбаки бросают улов прямо в лужи на мостовой, не беря с собой садки. По реке ходят серьезные теплоходы, можно доплыть аж до Одессы. Лучше всего туристу прокатиться на одном из них по Киевскому морю, живописному водохранилищу на Днепре, с заходом в шлюзы.

На нашем пароходе бушевала стандартная свадьба. Сильно поддатые ветераны спускались вниз и заводили по старинке: "И рушник вышиванный на счастье, на долю дала". Всяких водных экскурсий огромное количество.

Коридоры гробов

Лавра делится на три части: музей-заповедник (вход — 10 гривен, но если идешь на службу, пустят бесплатно), Нижние и Верхние пещеры. Там тысячу лет молились, не выходя наружу, христианские праведники.

В Нижних глубоко и узко, рук на раскинешь. Темно, пробираемся со свечами в руках. По обе стороны кельи затворников. Они еще живыми закладывали камнями двери, и когда прекращали время от времени стучать в стену, братия замуровывала последнюю отдушину.

Вдоль стен стеклянные саркофаги. Иногда на покойных меняют ветхие облачения, а сами мощи нетленны. Отчетливо видна кожа на пальцах, ногти. Главная святыня — голова Антония, основателя Лавры и русского монашества. Она мироточит в драгоценном кубке.

Есть и гробик, на котором написано: "Один из тысяч младенцев, истребленных при рождении Христа царем Иродом".

Во время войны в Лавру вошли фашисты. Когда один из них пырнул мощи штыком, из них пошла настоящая кровь… Захватчики не тронули пещер и даже не взяли ничего из ценностей.

В Верхних пещерах лежат Илья Муромец, Агапед-врач, чтимый почти как целитель Пантелеймон, и Марк Гробокопатель, который носил при жизни железную шапку весом килограммов 50. Огромная очередь стоит, чтоб на мгновение надеть этот шлем и исцелиться.

Слушая о подвигах лаврских монахов, один богомолец произнес: "А мы все хотим в рай попасть с чайком да с вареньицем!"

Москва берет энергию,
Киев ее прибавляет

Майдан Незалежности, главная площадь Киева (Площадь Независимости), похож на московскую Манежную один в один. Приезжают те же "звезды". Роскошные юные киевлянки сдирают с себя майки на тамошних концертах и купаются на пляжах топлесс. Туда можно проехать по двум метромостам или распространенными в Киеве скоростными трамваями.

После войны Киев был перестроен заново: и Крещатик (теперь там "сталинки"), и Подол. Уцелевшее украинское барокко напоминает Прагу. Оставлены фундаменты памятников, которые постепенно отстраиваются по старинным чертежам.

Андреевский спуск — это типа Арбат. Неприятно удивило, что в 5-6 ларьках молодые парни торгуют нацистской символикой — кресты, каски, компакт-диски с "Хорстом Весселем". По большей части все это откопано на полях боев.

Но нет никакой враждебности к русским. Может, это в Западной Украине есть? Киевляне, выросшие при Советах, вообще говорят прекрасно, без всяких "хе" и "ге".

Видели мы гостиницу, где Ярослав Гашек писал своего "Швейка". А еще украинцы научились варить хорошее нефильтрованное пиво. Повсеместно отличная кухня.

Вот только нечто вроде местого "Макдональдса" хуже московских аналогов.

Михаил ЛУЧНИКОВ.

Фото из архива редакции.

Киев — Владимир.