Доктор наук Андрей Тихонов: «Мы изучали историю мифов»

Главный краевед области о том, чему его научила история, об истории своего рода и о том, почему Россия погрязла в революциях.

Главный краевед области о том, чему его научила история, об истории своего рода и о том, почему Россия погрязла в революциях.

Андрей Тихонов – личность во Владимире известная. Доктор исторических наук, председатель Союза краеведов Владимирской области. А еще этот человек, как принято говорить, с активной гражданской позицией, настоящий патриот Владимира. Сегодня Андрей Константинович – гость «Беседки» «Призыва».

Умение откапывать факты

–  У профессиональных историков слово краевед нередко звучит ругательно. Считается, что краеведы занимаются чем-то таким местечковым, нет у них широкого подхода к исторической науке.

–    Я бы не стал здесь разделять – история это одно, а краеведение – другое. Любая история – это и есть краеведение. История начинается с изучения регионального материала, который затем обобщается в рамках страны, и так далее. Сейчас краеведение – это направление в исторической науке, которое активно развивается и становится очень востребованным. Практически в каждом регионе есть краеведческие общества и все они, как правило, возглавляются профессиональными историками.

Другое дело, что краеведением занимаются и любители, у которых нет исторического образования. На местах возникают большие проблемы, как найти консенсус между профессиональными историками и любителями. С одной стороны, это высокий профессионализм историков, а с другой – умение краеведов-любителей откапывать такие детали, которые не каждый историк сможет найти.

– Вы находите консенсус внутри вашей краеведческой организации?

–  Стараемся находить. Не всегда это, конечно, получается. Но у нас в каждом районе действуют свои краеведы. Профессиональные историки-краеведы у нас в основном в крупных городах – во Владимире, Муроме, Коврове. В небольших городах краеведением занимаются любители, люди, которые не имеют никакого отношения к истории, но интересуются родным краем.

Историю изменили историки

–  Один историк сказал: «Краеведение не дает истории врать». Очень меткое замечание.

–  В нашей среде ходит анекдот. Кто больше всего изменил историю –  Цезарь или Наполеон? Историю больше всего изменили историки. Настоящий историк следует за документом. Исходя из него, делает определенные выводы. Но мы-то знаем, что эти документы не всегда объективно оцениваются. Занимаешься какими-то историческими проблемами, смотришь, как они интерпретируются в СМИ, и диву даешься: откуда такие оценки?

Взять отечественную историю XX века. Мы изучали не историю страны, а историю мифов. Яркий пример – революция 1917 года. На деле-то все было сложнее, глубже. В прежнее время что нам говорили? До революции в России все было плохо, а потом время стало замечательное. Теперь говорят ровно противоположное. Правды нет ни там, ни там.

– То есть дьявол-то кроется не в документах, а в интерпретациях?

–  Ну, да. Любая группа людей или партия, приходя к власти, стремится переделать историю под себя. Когда у нас вооруженное выступление побеждает – это называется революция, а когда проигрывает – вооруженный мятеж.

В Прибалтике или Молдавии нас воспринимают как оккупантов, в Средней Азии называют колонизаторами. А раньше Россия считалась страной-освободительницей, которая несла культуру в массы. Сложно в таких условиях прийти к одному знаменателю.

Вспомните конфликт с Грузией, пятидневную войну в августе 2008 года? У нас одна интерпретация, в Грузии – совершенно иная. Как все было на самом деле, мы узнаем лет через пятьдесят.

– В наших умах история существует так, как мы сами себе ее представляем. Из учебников, из школьного или вузовского курса истории. И не факт, что все было так на самом деле.

– Для того чтобы знать, как оно было на самом деле, надо очень много знать и прочитать. У нас беда какая? Прочитает человек историческую книжку какого-нибудь писателя и воспринимает литературное творчество за чистую монету. Режиссер снял художественный фильм, где отражены исторические события, и эти образы закрепляются в нашем сознании. Профессиональные историки видят в этих картинах столько неправды – ужас. Недавно я разговаривал со специалистом, который исследует придворный этикет XVIII века. Сейчас как раз снимают фильм по материалам той эпохи, так этот историк нашел там столько ляпов!

–  Многие так и представляют себе образ Александра Невского по советскому фильму Эйзенштейна.

– Александр Невский – это вообще полумифическая личность. Мы о нем мало что знаем. Судим по этим двум сражениям, что были. Был князем в Новгороде, во Владимире. Неоднократно изгонялся. Сначала его «сделали» покровителем Петербурга, затем уже в недалекое время подняли на щит -учредили орден его имени. Князь стал одним из героев, хотя был не лучше и не хуже других князей-современников.

Андрея Боголюбского недооценили

–  Мы живем в исторических местах. Меня поражает, сколько еще белых пятен не заполнено. Именно краеведение эти пробелы восполняет.

–  Восполнять предстоит много чего. Вот дата основания Владимира. Столько копий сломано. Надеюсь, в следующем году будет конференция, посвященная 900-летию Андрея Боголюбского. Хотя дата рождения Боголюбского спорная – от 1111 года до 1115 -го. Точную дату уже не узнаешь, поскольку других источников нет. Андрей Боголюбский – недооцененный князь. Не Александр Невский придал Владимиру статус столицы, не он построил здесь основные белокаменные храмы, а Боголюбский. Причем строительство белокаменных соборов стоило фантастических денег, осилить это мог только очень богатый человек, мощный князь. Это делалось по образцу и подобию южногерманских городов, которые находились в Баварии. Обратите внимание, как Андрея Боголюбского не стало, белокаменное строительство прекратилось. Недостаток средств. Князь вытягивал их откуда только можно. Волжские булгары были обложены данью, причем не деньгами, а белым камнем, который шел на строительство.

Юрий Долгорукий, отец Андрея Боголюбского, он же только основал Москву. А обустроил ее именно Боголюбский.

–  Меня озадачил тот факт, что, по некоторым источникам, Илья Муромец не имеет никакого отношения к Мурому. В ранних летописных источниках он называется Муравленином, где-то Моровлином или даже Муровицей. Исследователи проанализировали топонимику украинских земель. На Волыни есть местности под названием Муравица и Моровеск, а под Черниговом – село Моровск, где когда-то был древний город Моровийск.

–  Понятно, что деятельность Ильи Муромца связана с легендарными сюжетами. Да, он отправился на службу к киевскому князю. Дорога действительно дальняя. Так или иначе, до Киева можно было добраться. Нельзя сказать, что между северо-восточными окраинами и Киевом не было контактов.

А сам факт существования Ильи Муромца не отрицается. Такой человек жил на свете. Его останки находятся в Киево-Печерской лавре. Илья Муромец, как известно, причислен Русской православной церковью к лику святых, он принял схиму перед смертью. Останки были изучены. Илья Муромец для того времени отличался довольно высоким ростом, примерно 184 см при среднем росте людей того времени 150 см. Естественно, он значительно отличался своими физическими данными. А образ Соловья-Разбойника -это собирательный образ язычества. Победа Ильи Муромца над Соловьем-Разбойником – это победа христианства над язычеством.

–  Вместе с владимирским политологом Романом Евстифеевым вы организуете пешие прогулки по Владимиру, живо и интересно рассказываете об истории города. Это будет развиваться дальше? Во что это выльется?

–  Мы стараемся. Все делается на одном энтузиазме, а это тяжело. Хотим привлечь к этому власти, общественные движения, партии, чтобы эти прогулки стали регулярными. В Питере во время белых ночей пользуются популярностью ночные велопрогулки. И в Москве это практикуется.

–  А что про Владимир скажете?

–  Во Владимире историческое ядро очень небольшое. На центральной улице историческую каменную застройку давно не трогают. Деревянные дома, которые тоже представляют определенный интерес, постепенно ветшают. Эти дома сносят. Грустно. Около Патриаршего сада стоял дом бывшего владимирского вице-губернатора и полицмейстера. Этот дом помнил Герцена. Что там будет построено, неизвестно. Слава Богу, никто не догадался в центре Владимира выстроить какого-нибудь многоэтажного монстра.

Во Владимире в плане архитектуры настоящий исторический разрыв. Есть постройки XII века, а затем по хронологии следует только церковь XVII века. Дальше – конец XVIII века. То есть XIV, XV, XVI века в архитектуре не отражены . Раньше на тех местах, где стоят церкви, были более древние деревянные храмы, которые горели, разрушались. Когда Владимир был присоединен к Москве, столичный статус нарушился, деньги кончились. Только и строили деревянные дома. А представим, если бы у нас не сохранилось древнерусских белокаменных соборов, кого бы Владимир заинтересовал в плане туризма?

Все утраченные храмы не восстановишь

– Бытует мнение: зачем всю эту «архитектурную рухлядь», «исторические трущобы» восстанавливать, беречь? Не проще ли построить красивые комфортные стилизованные здания «под старину» с применением новейших технологий?

–    В каких-то случаях, возможно, и новодел уместен. Если идею довести до абсурда, можно снести Успенский собор и на его месте построить копию. Воссоздали в Москве храм Христа Спасителя. Один к одному. Но души-то нет!

А что делают в Европе? Там не ломают исторические здания. Они проводят туда современные удобства, не меняя антураж. Сохраняют мебель, интерьеры, и это прекрасно смотрится. Посмотрите в Германии, Австрии, Швейцарии, все бережно сохраняют, трясутся за каждый кирпич, гвоздь. Почему наши богатые люди туда стремятся, скупают исторические особняки, а не живут в кичевых зданиях в России?

Есть понятие «душа дома», «аура картины». Эти стены помнят великие исторические события, этими вещами пользовались наши предки. Очень важные вещи.

–  А вы готовы поддержать идею восстановить в историческом центре Владимира восемь утраченных церквей?

–  Боюсь, эта идея трудноосуществимая. На месте разрушенных церквей стоят дома. Лучше бы восстановили разрушенные церкви в области. В селах таких культовых построек очень много. На месте порушенных храмов можно установить мемориальные доски или закладные камни, поминальные кресты с табличками. Хорошо бы разместить фото церкви.

–  Вы член городской комиссии по топонимике. С названиями улиц у нас творится что-то странное. Центральные улицы переименовали, но сколько осталось старых названий. Улица Дзержинского, например.

– Во Владимире с этими улицами полный винегрет. Да, в центре многие улицы переименовали, а многие носят прежние названия. Сказали «а», но не сказали «б».

–  В Ярославле, я знаю, сохранили названия улиц, которые носили разные имена в разные исторические эпохи. На домах висят сразу несколько табличек, и нет никакой путаницы, все к этому привыкли. Вот бы и нам так.

– Я знаю. В Красноярске тоже пошли по этому пути. А в Москве вообще висят мемориальные таблички в честь каждой улицы. Написано, в каком веке улица основана, в честь кого названа, какие исторические события на ней проходили, какое имя она носила в советское время, когда была переименована. Вся информация. И стоит это недорого. Я говорил городским властям, что неплохо бы и нам эту идею позаимствовать, но не нашел понимания. Хорошо, сейчас стали вывешивать мемориальные таблички на исторических домах с информацией, кому этот дом принадлежал до революции. Это радует.

– Краеведение – не только история местности, это история семьи, семейные фотографии, письма, архивы. Можно изучать историю на примере отдельно взятого человека, его семьи. Кстати, это и отличный художественный прием.

–  В архивах отмечается настоящий бум на родословные. Архивисты даже задыхаются от больших нагрузок. Хоть у нас и богатый архив, но восстановить свою родословную можно только до II половины XVIII века, можно докопаться даже до конца XVII века. Я много раз был председателем краеведческих конференций школьников, где они восстанавливают свои родословные до десятого колена! Это ценно. Особенно сейчас, в эпоху глобализации, когда стираются грани национального своеобразия. Любовь к родине начинается с любви своей семьи, своих предков.

–  Кстати, вы знаете историю своего рода?

–  Все крестьяне. Да мы все на 99 процентов происходим из крестьян. Просто некоторым людям очень хочется откопать у себя дворянские корни. Ерунда все это. Многих дворян уничтожили после революции, а кто уцелел, эмигрировал. По материнской линии мои предки из Суздальского района. Когда бабушка с дедушкой поженились, их родители велели им бежать в город. Как раз началась коллективизация, страшные времена. Мои предки осели во Владимире. Той деревни уже не сохранилось. Торчинский сельсовет, деревня Аликово. Это чуть севернее Суздаля по дороге на Иваново.

Отцовская же линия происходит из Белоруссии, из-под Полоцка. Тамошняя деревня сохранилась. Помещик у них был поляк. Дед рассказывал, что барин обращался с людьми хорошо. После войны предки переехали жить на южный берег Крыма, потому что в Белоруссии тогда жилось несладко. Послевоенная разруха, ну, вы понимаете. (В 70-е годы, будучи пионером, я все лето проводил в Крыму. Это как сейчас поехать в Майами). Мои родители переехали во Владимир, когда поженились. Я здесь родился и вырос.

Хорошие идеи доводят до абсурда

–  Вы вспомнили трагические моменты в российской истории. Почему мы сами над собой издевались, почему допустили такое?

–     Трудный вопрос. Любой народ проходил через испытания. Посмотрите на Францию. Сколько там революций они пережили, сколько жертв допустили. Но свой стержень каким-то образом сохранили. Мы шли по европейскому вектору развития. Но в любом государстве есть определенное количество людей, заинтересованных раскачать лодку, в которой «плывет» страна. В других государствах почему-то находятся силы, которые этот маятник останавливают, у нас остановить лодку не получается. В XX веке мы дважды лишались государства — в 1917 и в 1991 годах. Трагедия! Вот почему мы своих прадедов не знаем, не говоря уж о более древних коленах? А это потому, что в России ценности менялись, на которых были воспитаны дедушки и бабушки.

–  Не помню, кто это сказал: «История ничему не учит, она наказывает за невыученные уроки». Андрей Константинович, а чему вас научила история?

– Знание истории дает возможность найти правильное решение любой проблемы, даже если ты эту проблему не очень хорошо понимаешь. Любое качественное образование не проходит бесследно. Человек все равно его применит. Не всегда это выливается в материальный результат, но образованному проще в жизни. Образован человек или нет, видно по его речи. Как он говорит, что говорит, какие мнения высказывает. Уровень сразу заметен.

Жизнь мобильная – читать некогда

– Мне кажется, вы сейчас говорите для молодого поколения, которое часто ругают. Книжек не читают, интересы меркантильные.

– Молодежь она не плохая, она другая. В каждом поколении есть свои «хорошие» и «плохие». Если раньше мы читали книги, газеты, сейчас многое заменяет Интернет. Очень мобильная жизнь наступила. На все не хватает времени. Как раньше, читать по два-три часа книжки или газеты каждый день невозможно. Молодежь просматривает новостные порталы в Интернете. Да я и сам так делаю.

На мой взгляд, какая самая главная проблема молодежи? Сейчас очень много соблазнов. У нас таких опасностей не было. Ну, жили более убого в бытовом плане, с одеждой были проблемы. Молодым людям нужно иметь мужество, чтобы не свернуть не на ту дорогу.

–  Вы чувствуете, что у вас есть преемники в научной работе?

–   Есть! Очень много молодежи! Многие из моего поколения ушли из науки в бизнес, но мало у кого что-то дельное вышло. В вузах много преподавателей-пенсионеров, которые не уходят на заслуженный отдых, потому что на сегодняшнюю нищенскую пенсию не прожить. А вот преподавателей моего поколения, условно говоря, от 40 до 55 лет, считанные единицы. Но много совсем молодых преподавателей. Преемственность научных поколений есть, но она претерпевает серьезные испытания. Надеюсь, этот разрыв преодолим.

Наше досье

Андрей Константинович Тихонов, род. 12.03.1963 г. во Владимире. Закончил с отличием факультет истории и английского языка Владимирского педагогического института, защитил кандидатскую диссертацию, а затем и докторскую после окончания докторантуры Санкт-Петербургского университета. Тема докторской диссертации – «Политика правительства России в отношении неправославных исповеданий – католики, мусульмане, иудеи. Конец XVIII – начало XX века». В данный момент преподает во Владимирском филиале Российской академии государственной службы (ВФ РАГС) на кафедре социально-гуманитарных дисциплин. Председатель Союза краеведов Владимирской области, член Союза краеведов России.

Андрей Трохин

Нашли опечатку? Выделите её мышкой и нажмите Ctrl+Enter. Система Orphus

Размещено в рубрике