Творческая совесть ПРОФЕССИОНАЛА

Новый концертный сезон хоровые коллективы Центра классической музыки встречают не только в обновленном составе, но и с новым руководителем. По этому поводу имя Александра Ковлегина сейчас в СМИ...

Новый концертный сезон хоровые коллективы Центра классической музыки встречают не только в обновленном составе, но и с новым руководителем. По этому поводу имя Александра Ковлегина сейчас в СМИ упоминается довольно часто. Он – профессионал высокого класса, широко известный в музыкальных кругах. Встреча с ним – специально для читателей «Призыва».

Высокие» отношения

Ситуация, сложившая­ся в Центре классиче­ской музыки в связи с уходом народного арти­ста России, профессора Эдуарда Маркина, бурно обсуждалась на различ­ных уровнях и широ­ко освещалась в прессе. Конфликт «Маркин про­тив Маркина» будоражил интерес читателей, ведь в ходе развивающихся со­бытий Маркин-старший фактически должен был стать подчиненным сына, но от такой перспективы отказался. В результате в начале сентября от хора и капеллы остались, уж извините, «рожки да ножки» – всего одна де­вочка и пять мальчиков. Остальные последовали за своим хормейстером.

Задача, которая стоя­ла перед Артемом Мар­киным как директором Центра классической му­зыки, на первый взгляд, была практически не­выполнимой. Однако не прошло и двух меся­цев, как Владимирский камерный хор вместе с юными участниками капеллы уже выступал 4 ноября в суздальском Спасо-Евфимиевом мо­настыре. Люди, дале­кие от музыки, вряд ли смогут себе представить масштаб титанической работы по формирова­нию нового состава хора. Но музыканты, безуслов­но, это оценят по досто­инству. Как и решение Александра Ковлегина возглавить хоровой блок Центра классической музыки.

На мой вопрос «Что же сподвигло вас на этот поступок?» музыкант спокойно ответил:

– У меня есть твор­ческая совесть. Я или берусь за дело, если осо­знаю, что осилю, или не буду браться вовсе. А потом, согласитесь, надо

быть глупым человеком, чтобы рваться занять это место. Ведь мой предшественник рядом, он работает с хоровым кол­лективом и, я уверен, его всегда будет беспокоить состояние дел в капелле.

Учитель благословил ученика

Крупными буквами имя Александра Ковлегина стало появляться на афишах в 1994 году, именно тогда музыкант собрал единомышлен­ников, объединив их в вокальный ансамбль солистов «Золотое коль­цо». Правда, вскоре это название пришлось по­менять, потому что при организации концертов и гастролей возникала постоянная путаница с одноименным коллекти­вом, который в ту пору, как выражаются музы­канты, «сделал прорыв» в российском шоу-бизнесе. И вот тогда ансамбль взял имя «Амадеус». На­деюсь, что владимирская публика и жители нашей области еще не успели забыть этот коллектив, поражавший высокой исполнительской куль­турой и оригинальными программами.

Александр Ковлегин родом из Дзержинска, там он окончил музы­кальное училище по классу аккордеона, после чего продолжил обучение в Горьковской консерва­тории им. Глинки. Был принят на отделение на­родных инструментов, а потом поступил еще и на дирижерско-хоровое! Его педагогом был зна­менитый дирижер, на­родный артист СССР Лев Сивухин. С именем этого человека связана целая эпоха в хоровом дирижи­ровании. Пятьдесят лет своей жизни он посвятил хоровой капелле мальчи­ков, образовал в Нижнем Новгороде несколько хо­ровых коллективов, радел и всячески помогал в организации различных хоровых фестивалей.

Педагог и ученик встретятся в Москве в 1996 году на конкурсе «Поющая Россия». В этом хоровом собрании на по­беду претендовали семь­десят четыре коллектива, а Гран-при удостоился ансамбль «Амадеус» из Владимира. В певческом ансамбле всего восемь участников, но каково было звучание! Только во время вручения на­град Лев Сивухин при­знал своего ученика, а после церемонии лично подошел к Александру, похвалил коллектив. Ковлегин же вручил ему диски «Амадеуса», позже маэстро пришлет ему SMS-сообщение со сло­вами признательности: «Именно так это и долж­но было звучать».

Хорошо там, где нас нет

В октябре 2005-го среди музыкантов мгновенно разнеслась весть о том, что Ковлегин уезжает работать в Германию. Казалось, что все шло прекрасно, коллектив активно работал в штате областной филармонии, Александр Иванович преподавал в педагогиче­ском университете. И тут такое известие, как гром среди ясного неба.

– Мне надоело тол­каться локтями, хоте­лось хорошей стабильной работы, – объясняет он сейчас. – Опыт уже был накоплен большой, но постоянно возникали какие-то препоны.

В Германии его ждал «Хор уральских казаков». В ту пору коллектив был «на грани», позже Ковлегин поймет, почему. Ему звонили несколько раз, предлагали достойную оплату труда. Он отказывался, аргументируя тем, что у него здесь есть свой коллектив. Да, зарплата была не такой большой, но творческие амбиции дирижера и музыканта при всем при том были удовлетворены.

–  Они сыграли на че­ловеческих чувствах, -рассказывает Ковлегин. – Позвонив после долгого перерыва, попросили: «Александр Иванович, помогите, пожалуйста». Меня трогают такие вещи. Я все объяснил ру­ководству филармонии, и меня отпустили.

Этот коллектив был организован из казаков, эмигрировавших из Рос­сии в 20-е годы прошлого века. Репертуар его был обширный – от духовной музыки до казачьих пе­сен. Приход Александра Ковлегина буквально ре­анимировал хор, коллек­тив вновь начал активно гастролировать. Месяц, второй, третий…

– Со временем я понял, почему произошла такая ситуация, – рассказыва­ет дирижер. – В любом коллективе либо зани­маешься творчеством, либо, извините, «чесом». Там продюсеры выбра­ли второе направление, поэтому времени для творчества совсем не оставалось. Колесили по Европе, ежедневно дава­ли концерты. В каждом городе собирали полные залы, записывали один диск за другим, фирма воспряла духом, что все хорошо так идет. И фи­нансово окрепла. Это было неплохо до какого-то периода, но потом встал вопрос о том, что люди не выдерживают подобной работы на из­нос. Меня порой вы­бивало из колеи то, что сегодня мы даем концерт в Голландии, потом едем 1200 км на другой ко­нец Германии, а потом возвращаемся опять в Голландию в городок, расположенный в сорока километрах от того места, где мы пел и позавчера. В таких случаях я вспоми­нал областную филар­монию, в которой очень хорошо умеют считать расход бензина.

Творческий тайм-аут

Концертную организа­цию, в которой Ковлегин

проработал много лет, в Германии ему пришлось вспоминать не раз. Но не всегда положительно. У него была определенная договоренность с руко­водителями филармонии о дальнейшей деятель­ности «Амадеуса», у кол­лектива появился новый руководитель, но жизнь внесла коррективы, и в 2007-м ансамбль прекра­тил свое существование. А в 2008-м Александр Ковлегин вернулся во Владимир. Он не скры­вает того, что за два года «чеса» так устал, что принял решение не продлевать контракт, чем очень удивил руко­водство.

Возвратясь, он пре­красно понимал, что реанимировать «Амадеус» уже невозможно. Ковлегин не относится к тем людям, которые до­биваются своего любым путем. Он не из тех, кто будет стучать кулаком по столу, требуя спра­ведливости, строча под­метные письма. Он из той породы музыкантов, кто хочет нормального отношения к творческим личностям. И это не гордыня, а воспитание. В свое время ему очень трудно было добиться ставок для «Амадеуса», в филармонии ему долго обещали подать доку­менты на присвоение звания.

–  Меня это здорово волновало перед Герма­нией, а сейчас уже нет, – откровенничает му­зыкант. – Мне в августе этого года исполнилось пятьдесят. Произошла переоценка ценностей.

Тогда, в 2008-м, ему не хотелось ничего. Артисту был необходим курс реа­билитации, и он решил строить дом.

–  Я его весь построил своими руками, начиная с фундамента и до конь­ка, – не скрывает гордо­сти Ковлегин.- От этого созидательного процесса

я получал огромное удо­вольствие и радость.

Возвращение в профессию

Ковлегин спокойно занимался благоустрой­ством своего дома, ког­да раздался звонок из Центра классической музыки. Директор Артем Маркин приглашал его на высокую должность, аргументируя свое пред­ложение тем, что Алек­сандр Иванович хорошо знает специфику работы, он достаточно долго пел в этом хоре и работал педагогом в капелле.

К Ковлегину пришли солисты его «Амадеуса», а вернее сказать, все они вернулись в камерный хор, который когда-то покинули кто по творче­ским, а кто по идейным соображениям. На дан­ный момент в коллективе уже сорок хористов и одиннадцать мальчи­шек из прежнего состава. В капелле набор этого года составил шестьдесят мальчиков.

– Я замечаю, что в по­следние годы люди стали черствее, агрессивнее, и вижу единственный путь спасения – через культу­ру, – говорит Александр Ковлегин. – Родители понимают, что в капелле не прививают плохого, а формируют личность, воспитывая на лучших образцах музыки и на­глядным примером.

Прошло совсем немно­го времени, а в Центре классической музыки уже иная атмосфера, по­тому что коллективы уже не существуют по отдельности. После очередной репетиции оркестранты дружно стали постуки­вать смычками, выра­жая свое восхищение хористам. Значит, есть за что!

Ольга ВОЗНЕСЕНСКАЯ

Нашли опечатку? Выделите её мышкой и нажмите Ctrl+Enter. Система Orphus

Размещено в рубрике