Владимир услышал биение и сердце джаза

Во Владимире - праздник. Он стал одним из городов, попавших в этом году в сферу влияния XVМеждународного российского фестиваля «Джазовая провинция».

Во Владимире – праздник. Он стал одним из городов, попавших в этом году в сферу влияния XVМеждународного российского фестиваля «Джазовая провинция».

В гости к владимир­ским зрителям и джазме­нам приехали основатели уникального музыкаль­ного проекта – семейный дуэт курян Винцкевичей и американское трио Майка Кларка, давшие во Владимирской филармо­нии благотворительный концерт для детей-сирот и воспитанников детских домов.

Приезд американских джазменов в Россию стал возможен благода­ря спонсорской помощи крупнейшей в мире не­фтегазовой компании «Эксон Мобил», которая уделяет большое внима­ние поддержке социальных проектов, Влади­мирскому филиалу бла­готворительного фонда «Надежда». Логотипы компании сопровождали музыкантов повсюду и красовались на двух плакатах, стоявших в зале в о время концерта.

– Мы работаем во Вла­димире более 15 лет, – рассказал на пресс-конференции испол­нительный директор Владимирского филиа­ла благотворительного фонда «Надежда» Юрий Ковалев. – Цель фонда – помочь детям-сиротам, воспитанникам детдомов получить образование. Наша деятельность заинтересовала спонсоров, которые предложили ор­ганизовать новую программу и расширить дей­ствующие, в частности медицинскую программу нашего фонда.

Подопечные фонда, ко­торые учатся в музыкаль­ных школах или играют в детских музыкальных коллективах, попросили музыкантов о мастер-классе. Джазмены с удо­вольствием согласились.

Их очень удивило, что практически в каждом втором детском доме есть свои оркестры. Причем не только духовые, но и эстрадные.

На пресс-конференции перед мастер-классом на­строение у трио было не очень. Всемирно извест­ный барабанщик-виртуоз Майк Кларк, игравший с такими звездами, как Хэрби Хэнкок, Чет Бей-кер, Уэйн Шортер, Джо Хендерсон, принимав­ший участие в проек­тах Джанет Джексон и Принса, саксофонист Роб Диксон и органист Джерри Зед выглядели помятыми и невеселыми. Все объяснилось долгой утомительной дорогой из московского аэропорта во Владимир.

Взгляды журналистов приковало нечто красное на шее Кларка, сильно смахивающее на флаг. Оказалось, что в аэро­порту он умудрился по­терять шарф, что тоже хороших эмоций не при­бавило: погода в России встретила гостей из-за океана неласково. И по­скольку 3 октября у Май­ка был день рождения, добряк Роб подарил ему экзотический сувенир. Новый шарф выглядит достаточно странно, но он ему понравился.

– Мы приехали сюда для того, чтобы обме­няться культурным опы­том в области джазовой музыки со знаменитыми музыкантами, – поде­лился с журналистами своими намерениями Майк Кларк. – Я уже был в России один раз, по­чувствовал заинтересо­ванность русских людей и решил вернуться.

Кларк отметил, что он гордится тем, что приехал в составе такого сильного трио, музыкан­ты которого обладают замечательным звуча­нием и принадлежат к числу лучших джазменов Америки. Майк знаком с Джерри около 10 лет, Роб присоединился к ним два года назад. Это классическое трио – необычная комбинация инструментов даже для родины джаза, поэтому музыканты очень рады представить его во Вла­димире. Необычность трио в том, что в его со­ставе используется такой не очень распространен­ный в джазе инструмент, как орган.

–  Конечно, это не мой основной джазовый формат, однако я хотел отдать дань уважения этому уникальному жанру, ко­торый я так люблю, – уточнил он.

«Призыв» поинтере­совался у музыкантов, насколько популярен джаз среди американской молодежи, заметив, что даже такому корифею, как Майк Кларк, при­ходится время от времени играть с поп-звездами.

–   Джазовая музыка имеет более глубокие корни по сравнению с поп-музыкой, – вместо Кларка ответил на во­прос «Призыва» афро-американец Роб Диксон, обладатель одного из са­мых мощных саксофон­ных голосов в Америке.

–   Если вы обучились играть джазовую музыку, то сможете исполнить любой другой тип музы­ки, например, хип-хоп или ту же поп-музыку. Но все-таки джаз более интересен старшему по­колению слушателей, молодежь интересуется другими направлениями музыки.

–  Неважно, к какому жанру вы принадлежите, важно, чтобы это была живая музыка, – авто­ритетно заявил Кларк. –  Джаз никогда не был популярен среди широ­ких масс. Мы стараемся создавать микс из разных тенденций, для того чтобы привлечь к слушанию джаза более молодые по­коления американцев. В последние 10 лет нам это неплохо удается.

Молодые владимир­ские журналисты по­пробовали пообщаться с гостями на музыкальном языке и, стуча по колен­кам, спросили, знают ли они традиционные русские ритмы. Майк па­рировал, что такие рит­мы он знает с седьмого класса школы, заметил, что чем более сложны музыкальные формы, тем труднее понимать их ши­рокому кругу слушателей и тем утонченнее должен быть музыкальный вкус, и в свою очередь поде­лился своим любимым афролатиноамериканским ритмом, модным в середине 60-х годов и часто используемым со­временными джазмена­ми, – бугалу, простучав его по столу.

Не обошлось и без сюрпризов. Когда Роба Диксона попросили что-нибудь сыграть и он спросил, что именно, «Призыв» предло­жил разработать одну из русских тем. И Роб тут же сыграл русскую мелодию. Ею почему-то оказалась главная тема музыкальной сюиты для детей Сергея Прокофьева «Петя и Волк». Но сыгра­на она была безупречно.

Концерт в филармо­нии открыл семейный дуэт отца и сына Винцкевичей, которые сразу настроили публику на славянские мотивы и ритмы. Манера игры старшего Винцкевича сложилась под влиянием сильнейшего впечатления от услышанной им случайно на гибкой пла­стинке звукового журнала «Кругозор» записи фольклорного хора села Фощеватово Белгородской области. Как со­общают биографы соз­дателя и арт-директора фестиваля «Джазовая провинция», музыканта поразил гармонический и ритмический строй фольклорного пения, схожего по восприятию с джазовым драйвом, что еще раз доказывает нежизнеспособность и надуманность попсы.

Леонид Винцкевич пе­ренес их фрагменты на нотную бумагу, стараясь постичь природу рит­мической организации, и таким образом создал свой собственный непо­вторимый стиль, кото­рый американский жур­нал «Down beat» назвал «…прекрасным, не зам­кнутым в себе русским авангардом, где Эррол Гарнер не противоречит Сесилу Тейлору…».

Удивительно, что в дуэ­те отца и сына не было ведущего и ведомого: рояль и саксофон на равных соперничали, разговаривали, а иногда и колоритно дополняли друг друга, причем пер­вый умудрялся заменять группу ударных, имити­ровал русскую гармошку и занимался звукоподра­жанием природным стихиям. Саксофон НиколаяВинцкевича удивитель­ным образом передавал манеру пения испол­нительниц фольклора, выкликал, зазывал, за­манивал, околдовывал слушателей.

Во втором отделении концерта, где царил со своими волшебными ударными Майк Кларк, можно было услышать «органный джаз в нью-йоркском стиле, при­правленный изрядной долей фанка» и обещан­ное зажигательное бугалу. Это был один из самых заводных номеров представленной програм­мы. Барабанам Кларка были подвластны любые ритмы, нюансы и зву­ки, которые он извлекал самыми изощренными способами.

Настоящим подарком публике стал джем-сейшн, ставший апофе­озом концерта. Именно такой совместной искро­метной игры, сиюминут­но рождающейся импро­визации с нетерпением ждала владимирская публика. Российские и американские музыкан­ты достойно бились за честь лидировать в таком уникальном ансамбле и делали это с блеском. Но, к радости слушателей, победила ее величество живая музыка.

Ольга РОМАНОВА

Нашли опечатку? Выделите её мышкой и нажмите Ctrl+Enter. Система Orphus

Размещено в рубрике