16+

В Суздале наступил "Раскол"

Свершилось! После двухгодичного затишья в «русском Голливуде» Суздале снова снимают кино исторический сериал «Раскол «Призыв» побывал в самой гуще кинопроцесса.

Прежде чем приехать к нам в губернию, съемочная группа побывала в Москве, Ростове Великом, Кандалакше, Кирилло-Белозерском и Ферапонтовом монастырях, а также на Соловках. Суздаль – последний в списке съемочных мест.

Шестнадцатисерийный фильм «Раскол», как несложно догадаться, расскажет зрителям о противоречивом и мало рассмотренном в искусстве событии русской истории – церковной реформе патриарха Никона, которая разделила православных на два лагеря: тех, кто поддержал новые правила, и тех, кто остался верен старому обряду.

–  Меня всегда интересовали моменты истории, не освещенные в кинематографе, – рассказывает режиссер «Раскола» Николай Досталь. –  Историю свою надо знать. И чем лучше мы ее знаем, тем легче нам живется в настоящем и будущем. По крайней мере, не будем наступать на те же грабли, что мы обычно делаем. Мы знаем, что было при Иване Грозном, Борисе Годунове, Минине и Пожарском. Потом идет провал – и сразу Петр I, и далее вплоть до наших дней. А время правления Алексея Михайловича и Федора Алексеевича –   самый непрочитанный массами отрезок нашей истории, очень трагический отрезок. В это время произошел и Медный бунт, и Соляной бунт, и восстание Степана Разина, о котором мы еще знаем кое-что из школьной программы. Но главное – произошел раскол Русской православной церкви, и последствия этого события ощущаются до сих пор. Мне кажется, пора подумать о воссоединении в единую церковь.

Слово «Раскол» стало сейчас таким… модным. Раскол в Союзе кинематографистов, раскол в обществе между бедными и богатыми, между богатыми и очень богатыми. Раскол существует сейчас в разных сферах жизни. Я считаю, что картина наша очень современна.

– В истории раскола две противоборствующие стороны – Никон и Аввакум. Вы как наблюдатель выступаете или все-таки чью-то сторону принимаете?

–   Конечно, как наблюдатель. Мы не можем судить ни Аввакума, ни Никона. Я считаю, они оба – трагические фигуры своего века. Никон, несмотря на то, что его реформы были приведены в жизнь, был осужден. Кончил свои годы в ссылке – по пути в Новоиерусалимский монастырь. Мы лишь хотим показать, как все было.

– Значит, вы щепетильно относитесь и к исторической достоверности. Вероятно, у вас армия консультантов?

–  У нас консультанты есть во всех областях, но ни одной фамилии в титрах вы не увидите. Мы хотим все наши ошибки (а они будут – это художественное произведение) взять на себя и не подводить специалистов. Часто то, что нам предлагают консультанты, никак не вписывается в драматургию сценария, драматургию фильма. Поэтому нам приходится отступать от их рекомендаций. Конечно, стараемся быть убедительными, достоверными, но не знаем, как уж получится.

– А вы сами как режиссер проникались в историю?

–  Сценарий писался два года. В течение этих двух лет мы изучали, конечно, исторические хроники, материалы. Проникнуться было необходимо. У нас есть вымышленные персонажи, но главные-то герои – исторические личности.

– В списке актеров нет раскрученных, известных фамилий. Почему?

–  Я считаю, среди медийных личностей есть много хороших артистов. Но я их сторонюсь по одной причине: мне трудно убедить зрителя в том, что этот актер –   протопоп Аввакум, если он одновременно на другом канале выступает в роли генерала милиции, на третьем он какой-нибудь бомж, а на четвертом – олигарх. Поэтому я искал «незамыленных» артистов. Известный только один –  как исключение, подтверждающее правило –  это Роман Мадянов, который играет царедворца Бориса Морозова –  это такой Черномырдин XVII века. Ну, еще Александр Баширов, как он говорит, «я не артист, я эксклюзивный типаж», –  он играет Ваську Босого.

Все главные роли исполняют артисты, имена которых пока неизвестны широкой публике –  вероятно, до выхода сериала на телеэкран. Кастинг проходил полгода, и в итоге Аввакума играет Александр Коротков, для которого эта роль – первая большая в кино, Дмитрий Тихонов, который уже снимался у Николая Досталя в «Завещании Ленина», в этом проекте играет царя Алексея Михайловича. Роль знаменитой боярыни Морозовой исполняет актриса театра «Сатирикон» Юлия Мельникова. Ну а самый противоречивый персонаж – патриарх Никон – у питерского актера и режиссера Валерия Гришко.

– Насколько я знаю, Николай Досталь рассматривал несколько кандидатур на роль Никона и до последнего был в сомнении, – рассказывает артист. – И так получилось, что недели за полторы до начала съемок я пришел на пробы, и вопрос решился в мою пользу. До тех пор как я понял, что буду играть Никона, относился к нему как к харизматичному, сильному, страстному, во многом заблуждающемуся человеку. Но, как говорил Станиславский, актер должен быть адвокатом своей роли. Поэтому Никона я оправдываю. Во всяком случае, объясняю его поступки. Это просто явление фанатической убежденности, а все крайности чреваты поступками, порой страшными, порой отталкивающими, которые мы не принимаем, но они продиктованы именно величайшим убеждением, что только так и нужно делать. А идея у Никона была великая – сделать Русскую православную церковь первой среди всех, сделать Москву «третьим Римом», чтобы Россия была не на обочине мирового развития, а в центре и во главе.

Москва-на-Каменке

Специально для съемок на берегу Каменки, у стен Спасо-Евфимиева монастыря, построили «кусочек Москвы» – небольшую улицу из нескольких деревянных срубов. На их возведение потребовалось два месяца, но и это еще не конец строительных работ. На площадке кучами лежат бревна и доски, земля устлана опилками, щепками и другими «деревянными отходами».

Внутри домика на краю «Москвы» киношники устроили церковь. Конечно, не настоящую, а экранную. Но к убранству и обряду отнеслись серьезно: тут же на площадке был консультант – старообрядец с богословским образованием. Под его контролем выстраивали мизансцены и даже перевешивали двери чтобы открывались в правильную сторону. Актер Валерий Гришко советовался с Николаем Досталем, стоит ли внести небольшую правку в сценарий: «Лучше наверное сказать «отменили этакую службу» «Такую службу» – звучит слишком современно».

Репетиции и съемки проходили за закрытыми дверями, посторонних туда не пускали. О том, что происходит внутри, можно было судить лишь по темпераментным командам режиссера или его ассистентов по рации. Фраза «Приготовились к репетиции. Шубу, шубу царю!» при тридцатиградусной жаре тогда показалась весьма странной…

Из-за того, что декорация выстроена рядом с пешеходным мостиком через Каменку, на площадку стали наведываться и обычные прохожие со словами: «Что тут строят? Может, новый музей?» В итоге съемочная группа обнесла площадку бело-красной лентой и соорудила табличку, запрещающую заходить на территорию, а также снимать декорации на фото и видео.

Суздальский художник Вячеслав Конотопов поступил альтернативно: никакой современной техникой он не пользовался, а захватил с собой этюдник, и с противоположного берега реки переносил пейзаж с декорацией на холст.

– Это уже третий ракурс, с которого я пишу,-  рассказал художник. –  Уже целый месяц тут работаю. А группа ко мне хорошо относится, не запрещает писать.

Жертвы искусства

Как это обычно бывает в кино, подготовка к съемке эпизода происходит неспешно. Поэтому массовка, которую привезли к половине первого, несколько часов просидела в автобусе: снимать сцену с ними стали только после обеда.

Большинство актеров массовки, как ни странно, приехали из Владимира. О съемках узнали из средств массовой информации. Практически все – не новички в кино. К примеру, для суздальца Алексея Власова этот фильм уже пятый в своеобразной кинокарьере. До этого были «Царь», «Пелагия и белый бульдог», «Сказ про Федота-стрельца» и «Братья Карамазовы». Играл и монаха, и нищего, и корреспондента.

– Фильмы, в которых меня хорошо видно, я собираю, – говорит Алексей. – Пока их только два: «Пелагия и белый бульдог» и «Царь». В других меня плохо сняли, незаметно.

Людмила Углова из поселка Садовый – председатель общества инвалидов. Она рассказала о том, что сагитировала принять участие в съемках и других пенсионеров. Она же поведала весьма неожиданный факт: оказывается, в этот день снимали… зиму. Съемки проходят в помещении, поэтому какое время года – не видно. Кадры из летнего Суздаля соединят с кадрами из зимней Кандалакши – никто не заметит кинохитрости. Массовку одели в многослойные теплые одежды. Мужчинам надели парики и приклеили бороды.

В начале пятого часа вечера массовку попросили выстроиться – чтобы было видно, у кого надо поправить костюм или грим. Директор по площадке Александр задал необычный вопрос: «Вы креститься умеете?» Речь, конечно, идет о двоеперстии, и навыком этим, как оказалось, никто из присутствовавших не владел. Проведя небольшой мастер-класс, Александр оставил актеров из народа со словами: «Тренируйтесь, пригодится». Спустя некоторое время, массовку позвали сниматься, и по команде «начали!» дом-церковь гудел как пчелиный улей из-за произносимых внутри молитв.

Не обошлось без ЧП. В маленьком помещении без окон оказались несколько актеров, массовка примерно из двадцати человек в теплой одежде, плюс операторы, осветители, режиссерская группа… Ассистенты велели после команды «стоп» открывать двери, чтобы впустить воздух. Те, кому приходилось по долгу службы заходить на площадку, признавали: в «церкви» нечем дышать. В конце концов после команды «стоп» раздался грохот – одна из актрис массовки упала в обморок. К счастью, это был последний дубль массовой сцены, и других жертв искусства в этот день не было.

Сколько «зим» еще переживет Суздаль и какие непредвиденные ситуации на площадке произойдут, остается только гадать. Впереди у киношников целый месяц: последний съемочный день проекта намечен на 30 июля.

Ирина Курочкина

Просмотры: