16+

Роман с идеей

Буквально на днях один человек завел себе блог в Твиттере. Он написал: «Самая большая ценность – общение не на произвольные темы, а по делу. Хотелось бы создать и в России подобную среду. Но для этого требуются деньги». Ему ответили: «Деньги – не главное. Право на жизнь имеют проекты, которые и без денег будут поддержаны людьми». Автором блога был президент страны, его собеседником – владимирский политолог.

Поговорим о парусах

Идею-фикс о том, что пора бы присвоить Владимиру официальный статус «исторической столицы», руководитель регионального отделения Российской ассоциации политической науки Роман Евстифеев считает слишком пафосной и не заслуживающей внимания. Он хочет, чтобы наш город стал интеллектуальным центром, привлекательным для работы и для жизни. Владимирцы не должны чувствовать себя на периферии и уезжать в столицу, чтобы найти себе достойное применение и успешно самовыразиться. Наоборот – лучшие люди из других городов должны приезжать к нам.

Однако для этого требуется создать особую атмосферу – живого, умного и динамичного города, которой пока во Владимире не ощущает и самый упертый оптимист. Причин тому, по мнению Евстифеева, три. Первая – отсталое общество («Я не говорю, что люди отсталые, это не так – люди у нас хорошие, – объясняет политолог, – просто сама обстановка способствует слабой кооперации». Вторую причину Евстифеев называет «гуманитарной катастрофой» и подразумевает под этим снижение ценности гуманитарных знаний. Иными словами, способность свободно, с примерами, рассуждать о роли личности в истории или о рисунках парусов какой-нибудь флотилии Агамемнона на общем фоне выглядит скорее чудачеством, чем неоспоримым достоинством говорящего. Причина третья – неэффективное управление. Проще говоря, иногда местные власти сами толком не понимают, какие силы держат в руках, и тем более не умеют ими распорядиться.

Тем не менее, в городе не перевелись люди, которые хотят жить хорошо и интересно. Не в плане «заработать и потратить». А в смысле «поговорить с умными людьми – глядишь, что и придумается». Для таких людей Евстифеев сотоварищи создали «Владимирские интеллектуальные проекты». Сначала создавали, естественно, для себя. А потом вдруг решили: если кому интересно, пусть присоединяются. Веселее будет.

По следам первого импичмента

Эти самые «Проекты», по версии авторов, должны создать в городе сферу интеллектуального взаимодействия, в которой люди станут обсуждать самые острые и актуальные проблемы, а также «оставлять следы». Следы эти пока, правда, с трудом различимы невооруженным глазом: записи в блогах, видеоотчеты, фотографии. Но сколько людей (и объединений) не оставили о себе и такой памяти.

«Интеллектуальных проектов» во Владимире пока три. Это публичные экскурсии, участники которых ходят по познавательным тропам, доселе не знавшим ноги туриста: то по «Веничкиным местам», то по дорогам Прокудина-Горского, родоначальника цветной фотографии, то по следам владимирского воеводы Вельяминова, за измену Родине сброшенного народом в Клязьму, – это событие участники похода назвали «победой демократии и первым в мировой истории импичментом». Последний поход повел собравшихся «к истокам российской государственности», которая вроде как тоже зародилась на Владимирской земле (Евстифеев даже указал точное место – неприглядный ныне пустырь рядом с водонапорной башней). Утверждение небесспорное, но в том и смысл: спорить можно, и даже нужно.

Вторая часть «Проектов» – публичные лекции, которые проходят в ОДРИ. Какой-нибудь интересный человек рассказывает что-то небанальное: о нанобактериях, Средней Азии, русском языке или отношении к инвалидам. Третий «Проект» – экспертные семинары «Владимир 2030», каковых состоялось уже шесть, и на каждом обсуждали актуальную городскую проблему – от здравоохранения и образования до кризиса и «бренда региона». «У Владимира уже сформировался определенный имидж, в первую очередь связанный с его древней историей, –  объясняет Евстифеев, –  но для дальнейшего развития нам требуется более четкое описание, учитывающее и другие особенности города – от владимирской вишни до Владимирского централа. Но этот вопрос еще нужно проработать – пока мы так и не придумали, в чем выразить этот бренд».

В итоге, по мнению Евстифеева, во Владимире все-таки появилось сообщество современных, инициативных и динамичных людей, которые думают не только о личной выгоде. На лекции, экскурсии и семинары приходят и совсем неожиданные люди: пенсионеры, военные, домохозяйки. Одна беда – узок круг постоянных участников, их от силы человек пятнадцать. Впрочем, Евстифеева это обстоятельство не расстраивает. «Я не оцениваю значимость проекта количеством участников, – поясняет он, – и мы не ставим целью, чтобы к нам приходило как можно больше людей. Мы не партия и даже не общественная организация. Мы делаем то, что нам нравится, не скрываем этого и считаем неправильным не сказать об этом другим. Кто-то придет – хорошо. Не придет – тоже неплохо. На нашей последней экскурсии было 15 участников. Зато потом в Интернете ее посмотрели две с половиной тысячи человек. Это правильно. Люди должны уметь искать информацию и выбирать то, что нужно именно им. И при этом в результате не сделать что-то потому, что это сделали все остальные, а потому что захотели этого сами. Не надо стесняться делать то, что тебе интересно, говорить об этом, задавать глупые или наивные вопросы».

Недооцененный князь

В ближайших планах евстифеевских «Проектов» – создать в городе публичное пространство для обсуждения всевозможных идей о том, как сделать нашу жизнь лучше. Правда, будет ли это дискуссионная площадка, печатный журнал или интернет-пространство, еще непонятно. Еще есть грандиозная идея отметить 900-летие Андрея Боголюбского в следующем году. «Его имя недооценено и в нашем регионе, и во всем мире, – убежден Евстифеев, – это был не просто местный князь, а государственный деятель крупного масштаба, заложивший основы российской государственности».

Эта мысль неожиданно нашла поддержку на уровне местной власти –  чиновники не устояли то ли перед магическим сочетанием слов «князь» и «юбилей», то ли перед угрозой Евстифеева «сделать все самому и объявить, что вы в этом не участвовали». Чиновники размышляли девять месяцев и разродились рабочей группой. Но если они хотят отделаться очередным народным разгуляем с ряжеными в княжеских одеждах и концертом на Соборной площади – то зря, не на того напали. «Если мы не сумеем переосмыслить историю и оценить масштаб этой личности и всего, сделанного Боголюбским, а будем пить пиво и радоваться – то Владимирская область как политический субъект не имеет права на существование», – горячится политолог и сулит, помимо всего прочего, привезти во Владимир два воинских оплечья, подаренных князю Андрею императором Фридрихом Барбароссой.

– Властелин священной Римской империи, можно сказать, зафрендил нашего Боголюбского, –  молодежным языком объясняет Евстифеев, – то есть признал его равным себе. Эти оплечья до 1917 года хранились в Успенском соборе, а потом их национализировали и продали за рубеж. Сейчас одно хранится в Лувре – и это очень почитаемый экспонат, а другое – в Нюрнбергском национальном музее. И только во Владимире в 2011 году мы имеем шанс снова соединить две эти реликвии.

Если не мы, то кто?

Роман Евстифеев мечтает создать во Владимире сообщество, которое начнет аккумулировать идеи, доносить их до представителей власти и в какой-то степени участвовать в их реализации. Но для этого слишком многое должно сойтись: и люди, готовые доверять друг другу, жить в общем информационном пространстве, создавать летучие группы для решения общих проблем. И власть, которая будет реагировать на движения извне, делать выводы и встречные шаги. При этом во властных структурах должен быть минимум политики и максимум общественных инициатив. Ну кто еще может себе такое представить, кроме Евстифеева и немногочисленной (пока?) группы его единомышленников. Власть и народ еще далеки и друг от друга, и от идеала.

Сам он пока даже не может представить, как скоро сможет сбыться его мечта. «Угадать, когда это случится и случится ли вообще, невозможно, – говорит он, –  но это еще не повод, чтобы ничего не делать. Если есть точка зрения, не нужно бояться высказывать ее и спорить. И если не мы начнем это, то кто тогда?»

Свое недавнее избрание в Общественную палату региона Евстифеев не считает подспорьем в этой работе. Как раз палата может стать дополнением к «Проектам», если, например, хотя бы часть ее членов согласится выступить с публичными лекциями перед публикой. Хотя как раз в этом случае весь город мог бы узнать, что за люди там собрались.

Но самое интересное при этом – Евстифеев прекрасно отдает себе отчет в том, что Владимир – крайне инертный город, и многое в нем держится на отдельных энтузиастах, тянущих за собой других. Поэтому и «Владимирским интеллектуальным проектам» он дает еще год-полтора жизни: «Потом мне надоест, и я займусь еще чем-нибудь; хорошо бы к этому времени «Проекты» стали автономными, но не получится –   так тому и быть. Я считаю, это движение уже принесло пользу – мы сделали то, чего в городе раньше не было, и показали другим, как это может быть».

Кстати, нашу идею публичных программ уже подхватили в Ярославле. Так что, может быть, все это действительно не зря. Хоть кому-то пригодится.

Марина Сычева

Просмотры: