16+

Будут нам танкисты, будут моряки?

С нового года Российская оборонная спортивно-техническая организация РОСТО вернула себе прежнее имя ДОСААФ и прежние государственные функции патриотического воспитания молодежи, подготовки призывников к армии и развития технических и военно-прикладных видов спорта. Но готово ли общество вновь добровольно содействовать армии, авиации и флоту?

Солдатами становятся?

Решение правительства России, возродившего ДОСААФ, понятно. Сейчас в армию призывают всего на год, и этого времени явно недостаточно, чтобы полноценно обучить новобранцев – военный резерв страны – армейской специальности. За двенадцать месяцев мальчишки худо-бедно начинают маршировать в ногу и отдавать честь «правильной» рукой. С остальным сложнее. Взять хотя бы обращение с оружием: практически ежемесячно из различных воинских частей страны приходят сообщения о том, что кто-то решил «пошалить» с автоматом и сдуру выпустил пулю в ногу (а то и в голову) себе или товарищу. Не говоря уж о слабой физической подготовке молодежи и том обстоятельстве, что многие сегодняшние пацаны воспринимают призыв в Вооруженные Силы не как честь и обязанность, а как неизбежное зло.

Итак, вместо «зеленого» мальчишки армии требуется физически и морально готовый призывник, который уже кое-что знает о технике, оружии и субординации. Но где его взять? Уроки начальной военной подготовки в школе, на которых старшеклассникам рассказывали о воинском уставе и учили разбирать автомат, сейчас не ведутся. Их заменили «Основы безопасности жизнедеятельности», где проходят правила поведения при пожаре и инструкции для заблудившихся в лесу, – практически полезные, но к армии слабо применимые. Нет, Госдума официально вернула НВП в школьную программу. Но преподаваться этот предмет может только факультативно. И в постоянную программу он в ближайшее время вряд ли войдет: нет ни базы, ни учебников, ни квалифицированных преподавателей.

И тут парламентарии вместе с Министерством обороны вспомнили про ДОСААФ. В свое время, то есть до конца 80-х годов прошлого века, эта организация была серьезнейшей кузницей армейских кадров. Школьников, студентов, молодых специалистов с заводов и фабрик в ДОСААФ (и в предшествующем ему ОСОАВИАХИМ) учили на снайперов, парашютистов, радистов, механиков, водителей и т.д. При этом первичные ячейки организации были на любом предприятии – от школы до колхоза. ДОСААФ издавало книги, плакаты и диафильмы, проводило смотры и соревнования. Правда, членство в ДОСААФ в народе шутливо называли «добровольно-принудительным»: «отказникам» иногда грозили выговором или лишением премии. Но на то и недостатки, чтобы их устранять. Зато в армию ребята шли подготовленными, а те, кто по каким-то причинам не смог отслужить, всячески скрывали это постыдное обстоятельство. Хорошо? Еще бы!

Но главное – организация, пусть и с другим названием, сохранилась и по сей день. У нее есть свои здания, базы, автодромы, аэродромы… Восстанавливая систему допризывной подготовки, не придется начинать все с нуля (и в итоге смириться с тем крахом, который постиг, к примеру, попытку создать массовую детскую организацию досуга и отдыха, альтернативную пионерской). Уже в этом году по линии ДОСААФ в стране предполагается обучить около 160 тысяч человек по 24 учетным специальностям, а к 2020-му довести количество военных профессий, которые станут осваивать будущие новобранцы, до сотни.

Кому летать охота

Радужным перспективам мешает одно обстоятельство – хотя советы РОСТО-ДОСААФ и сохранились к настоящему времени практически во всех регионах страны, это уже совершенно не та организация, которая была в 50-80-х годах – системная, мощная, с основательным государственным финансированием и стабильным оборонным заказом. Уже мало кто вспомнит, что именно владимирское ДОСААФ тогда славилось по всей стране.

Самыми известными, бесспорно, были учебно-авиационные центры во Владимире и в Вязниках, где готовили вертолетчиков и парашютистов. «Прийти и прыгнуть с парашютом мог любой, кто проходил медкомиссию и курс теоретической подготовки, причем это было совершенно бесплатно, – говорит Ирина Ефремова, начальник отдела спорта областного совета РОСТО-ДОСААФ. – Это было интересно и востребованно, поэтому к моменту призыва в армию многие мальчишки имели звания кандидатов и мастеров спорта, умели укладывать парашют, имели за плечами три-пять прыжков и спокойно шли служить в ВДВ. Те, кто учился управлять вертолетом, выходили из владимирского учебно-авиационного центра готовыми пилотами».

– Это была цельная, выстроенная система, – рассказывает пилот Алексей Андрианов, преподаватель владимирского учебно-авиационного центра ДОСААФ в 1979-1981 годах, – в нее включались с самого раннего возраста. Мальчишки, мечтавшие стать летчиками, приходили в клуб «Юный авиатор». Хотя официально туда брали, кажется, в 14 лет, руководитель этого клуба Анатолий Осипенко, великий старик, известный всему Союзу, не гонял никого. Зимой эти парни проходили теоретическую подготовку, летом выезжали в лагерь на Семязино, жили там, приобщались к авиации. Они получали возможность проявить себя, и те, кто понимал, что не предназначен для летного дела, отсеивались уже на этом раннем этапе, а не мучились на неинтересной им службе.

Оставались самые увлеченные. Они могли пройти семимесячные курсы вертолетчиков во Владимире (которые засчитывались в срок армейской службы), принять присягу, надеть форму, отслужить еще семь месяцев и получить звание сержанта запаса. Дальше была возможность после трехмесячных сборов в Вязниковском учебно-авиационном центре стать младшим лейтенантом запаса – то есть, по сути, уже офицером. Дальнейший путь тех, кто хотел продолжить службу в авиации, лежал в Сызранское высшее авиационное училище летчиков, где ускоренным курсом в полгода можно было получить специальность пилота-техника, погоны лейтенанта и распределение в ВВС, ВМФ, погранавиацию или авиацию МВД. Высшая каста, белая кость армии, ее гордость и слава – и пестовалась она именно у нас.

Во Владимире была роскошная база подготовки: самолет Ан-2, вертолеты Ми-1 и Ми-2 (и тогда это были новейшие современные модели!), отдельное здание для обучения курсантов, столовая, две казармы, домики для технического персонала и т.д. Учиться сюда приезжали со всего бывшего Союза: от Абхазии до Украины. И готовили здесь не только летчиков для армии: из владимирского и вязниковского аэроклубов выходили чемпионы страны, Европы и мира по вертолетному и парашютному спорту.

Сейчас от былого великолепия остались крохи. Вертолетчиков во Владимирской области уже не готовят – Ми-1 и Ми-2 со снятыми винтами ржавеют на Семязино. Вязниковский центр на грани закрытия – по сути, там уже не осталось ничего, кроме музея с фотографиями 25 выпускников

–  Героев СССР. Владимирский центр тоже буквально на ладан дышит: сейчас здесь сдают часть площадей частному предпринимателю, который организует платные парашютные прыжки (тот, правда, оказался энтузиастом летного дела и даже подарил аэроклубу легкий самолет). Научиться летать во Владимирской области сейчас можно только на парапланах, паралетах и дельталетах: так, в прошлом году было подготовлено 12 парапланеристов и 4 дельталетчика. Но, чтобы подниматься в воздух более-менее регулярно, желательно иметь собственный аппарат.

Воспитание патриотов

История Морской школы ДОСААФ в Муроме –   почти то же самое, только на водной глади. Первоначально военно-морской клуб был создан в 1949 году в Ленинградской области, год спустя его перевели в Муром, на Оку. В 1975-м ВМК переименовали в Морскую школу.

Для армии – точнее, для флота – здесь готовили водолазов, электромехаников, рулевых надводных кораблей, сигнальщиков, радиотелеграфистов, специалистов морской практики. В Муроме были свой лодочный причал, водолазный бот с компрессорной камерой, четырех- и шестивесельные ялы, шлюпки, легкие моторные катера, радиостанции и т.д. «Система снабжения была налажена так хорошо, что если по каким-то причинам, например, дырявили лодку, то писали заказ, и уже через пару недель на железной дороге встречали новую», – рассказывает Юрий Калинин, руководитель Морской школы. На этой же базе успешно развивалось судомоделирование. На фотографиях тридцатилетней давности совершенно счастливые мальчишки примеряют водолазные шлемы, гоняют по Оке на глиссерах, ныряют с причала…

В 1991 году заказ на подготовку специалистов, поступавший из военкоматов и Министерства обороны, прекратился, с ним прекратилось и финансирование. Школа довольно быстро пришла в упадок: большую часть оборудования под шумок распродали (меньшую спасли, спрятав по гаражам). Водолазный бот ржавеет на верфи в Навашино – туда его отправили на ремонт, оплатить который РОСТО-ДОСААФ не в состоянии. В муромском отделении остался только бесплатный радиоклуб, где занимается, в основном, старшее поколение – младшее предпочитает связываться с другими городами и странами по телефону и Интернету.

Правда, есть еще клуб имени Саплина, выросший из секции подводного ориентирования Морской школы – и это, пожалуй, единственный в области пример того, что хочет получить государство от возрождения ДОСААФ. В Муроме его называют «клубом юного морпеха». Здесь с мальчишками занимаются по программе, близкой к курсу спецназа ВМФ со скидкой на возраст «бойцов»: общевойсковая и строевая подготовка, стрельба в тире, прыжки с парашютом, гребля и парусный спорт, погружения с аквалангом, сплав по рекам, палаточные лагеря. «В итоге парни воспринимают армию, как норму жизни, – объясняет руководитель клуба Евгений Стулов, – в прошлом году один из наших выпускников пошел на срочную службу в спецназ, другой поступил в Новосибирский институт разведки. В этом году двое поступают в Рязанское высшее командное училище ВДВ, один получил направление в полк разведки ГРУ. Кто не хочет служить – у нас не задерживается».

При этом база клуба – частично наследство 20-летней давности (то самое, спасенное в гаражах от распродажи), частично подарки родителей или бывших воспитанников, которые прочно встали на ноги. Два рафта – надувных плота – были получены после того, как Евгений Стулов написал президенту Медведеву. Большой десятиметровый плот сделали своими руками. Занятия в клубе бесплатные, но, если надо идти в поход илипрыгать с парашютом, папам и мамам приходится доставать кошельки. Правда, раз в год, на День десантника, городской комитет по делам молодежи дарит детям десять прыжков на сто человек.

Еще в Муроме должна появиться детская парусная секция. Просто потому, что энтузиасты водного спорта – владельцы собственных яхт и катеров – объединились в водно-моторный клуб, а потом скинулись и купили учебный парусник, чтобы заниматься с местной ребятней.

«Первички», подобные муромскому водно-моторному клубу, – основа всего интересного, что осталось в сегодняшнем ДОСААФ. Суть их в следующем: некоему человеку очень хочется, например, ходить под парусом, или летать, или гонять на машине по бездорожью. Он учится и покупает себе нужную технику. Потом ему надоедает заниматься любимым делом в одиночку. Ищутся единомышленники, они объединяются в клуб и вступают в ДОСААФ: это дает им статус организации и право устраивать слеты, проводить соревнования и т.д. Как правило, большинство «одноклубников» – уже состоявшиеся и успешные люди. Если у них возникает желание, они могут открыть при своем клубе детскую секцию, как правило, бесплатную или с символическими взносами. Могут и не открывать, никто не осудит.

От перемены названий…

В составе владимирского областного совета ДОСААФ сегодня – 15 городских и районных советов (при них базируются свои «первички», спортивно-технические и военно-патриотические клубы – всего 156), 7 автошкол, одна морская школа и один клуб служебного собаководства. Кстати, именно автошколы – почти единственное, что осталось от «прежнего» общества в относительно приемлемом виде. Дело в том, что, когда в 1991 году на смену «государственному» ДОСААФ пришла «общественная» РОСТО, организации пришлось самой искать средства на собственное существование. Курсы водолазов или, скажем, летчиков в тяжелые 90-е спросом не пользовались. Осталось одно – обучать водителей востребованных категорий В и С. Однако и это не принесло сколько-нибудь существенного дохода: одновременно появилось множество частных автошкол. И для армии во владимирском ДОСААФ сейчас готовят только водителей и электромехаников. Из общедоступного спорта можно отметить разве что только тиры, которые возрождаются в Киржаче, Юрьев-Польском, Судогде, Муроме – туда бесплатно, за счет местных бюджетов, водят пострелять группы старшеклассников и студентов.

–   Двадцать четыре учетные специальности, о которых говорит правительство, – это только если брать все организации страны, вместе взятые, – считает Николай Олейник, председатель владимирского областного совета ДОСААФ, – а как будут «добирать» остальные, я не представляю. Для этого должно вернуться прежнее государственное финансирование, во многих клубах нужно полностью обновить материальную базу, купить технику, в том числе очень дорогую: те же акваланги, парашюты, вертолеты, приборы пеленгации и т.д.

Сейчас правительство планирует тратить на развитие ДОСААФ около миллиарда рублей ежегодно и рассчитывает также на поддержку из областных и местных бюджетов. Во Владимирской области такая поддержка уже есть и составляет на сегодняшний день около 400 тысяч рублей в год: в масштабах региона это означает возможность проводить подростковые «Зарницы», отправлять наших спортсменов на всероссийские соревнования и покупать призы из серии «мелочь, а приятно» для победителей областных чемпионатов.

–  Сейчас платить приходится за все, – объясняет Сергей Шепелев, который в ближайшие дни сменит Николая Олейника на посту главы областного совета ДОСААФ, – и аренда помещений, и коммунальные услуги, и налоги, и зарплаты. Трудно поверить, что государство готово снова взять все это на себя. Хотя было бы неплохо – не придется тратиться на перевоспитание малолетних преступников.

Действительно, с учетом нынешнего курса на коммерциализацию всего, если даже школы и больницы должны будут сами зарабатывать себе на жизнь, в «бесплатный ДОСААФ» верится с трудом. Гораздо больше похоже на то, что государство возьмется финансировать только часть программы развития организации – той, что касается подготовки призывников. Скажем, Министерство обороны сформирует заказ на тысячу парашютистов: их бесплатно обучат в существующих клубах, для которых купят самолет и парашюты, возможно, эти клубы будут в соседних областях. Тем, кто захочет попробовать прыгнуть «просто так, для интереса», все равно придется раскошелиться. Не исключено, что часть средств пойдет на приобщение к армейским радостям сегодняшних школьников и студентов: на базе ДОСААФ они смогут научиться разбирать автомат или двигатель автомобиля, а также прослушать внеурочную лекцию типа «Что такое устав».

Вернуть все, что было, включая владимирские вертолеты и катера, юных авиаторов и моряков, и сделать это доступным для масс, получится вряд ли. Особенно это касается спорта, входящего в структуру ДОСААФ: картинг, мотоциклы, даже судо- и авиамоделирование сегодня – дорогое удовольствие. В то, что страна сейчас даст деньги на покупку моторчиков для моделек, даже если в перспективе это даст мировых чемпионов, сомневаются даже самые солнечные оптимисты. Руководителям таких клубов, скорее всего, как и прежде, придется искать спонсоров среди родителей и бизнесменов.

К счастью, сейчас не стоит вопрос о том, кто будет заниматься с молодежью в клубах ДОСААФ, если их количество будет увеличиваться: желающих хватает и среди армейских офицеров, вышедших в запас «по реформе», и в числе активистов прежнего ДОСААФ, ушедших из-за смехотворных зарплат (тех, кто работает сейчас, поддерживает либо пенсия, либо собственное дело). «Мы готовы восстанавливать дом, из которого вышли, – дайте только возможность», – говорят они. Другое дело, что самым молодым из этих людей сейчас уже за сорок и лет через десять-пятнадцать достойной смены у них не окажется. Готовых работать не ради денег, а за идею с каждым годом становится меньше.

Марина Сычева

Просмотры: