Свадьбу сыграли в мае сорок первого

Семейная статистика: 9 детей, 21 внук и 21 правнук у 87-летней Елены Семеновны Назаренковой из деревни Данилово Меленковского района. С мужем они прожили почти 50 лет - Федор...

Семейная статистика: 9 детей, 21 внук и 21 правнук у 87-летней Елены Семеновны Назаренковой из деревни Данилово Меленковского района. С мужем они прожили почти 50 лет – Федор Федорович умер за год до «золотой» свадьбы. С тех пор прошло уже 20 лет.

Уж замуж невтерпеж

Елена и Федор познакомились до войны, ей было 18, ему – 25. Будущие муж и жена были соседями, но при этом, как утверждает Елена Семеновна, она знала Федю только визуально: «Он ведь старше меня на 7 лет – сначала в Меленки уезжал учиться, потом в армию ушел. Мы и не общались с ним».

Лена никогда не испытывала недостатка мужском внимании, у нее всегда было много кавалеров. Федор тоже встречался с девушкой. Но потом «переметнулся» к Елене. Впервые Федя подошел к ней в клубе, на танцах.

– И вот только два вечера мы с ним сходили, погуляли, и он сватов прислал. А я согласилась выйти замуж – глупая еще была, – смеясь, вспоминая то время, говорит Елена Семеновна. – Мама ругалась: «Куда ж так рано – 18 лет только!». А я не послушалась. Мне девчонки все про него говорили: «Хороший парень Федор Назаренков». Я подумала, раз люди хвалят, то мне такого надо!

Свадьбу сыграли в мае 1941 года, а 28 июня новоиспеченного мужа забрали на фронт. Он был танкистом, дошел до Берлина и окончил войну в звании лейтенанта.

Во время войны Елена Семеновна работала на почте. Женщина получала 45 рублей в месяц. Говорит, это были хорошие деньги.

– Я, как мужа на фронт забрали, переехала к маме. С ней и жили. Продуктов, которые выдавали по карточкам, на двоих хватало. Да кроме того, еще держали коз, поросят, – рассказывает Елена Семеновна.

Назаренкова сначала была помощником начальника отделения связи, а потом стала начальником. Штатных почтальонов, по ее словам, в то время не было –      «почтальоны были от колхоза, работали за трудодни».

– Вот из Тимошина, например, одна женщина в Данилово молоко возила. Отвезет, заедет на почту, заберет корреспонденцию…

Елена Семеновна принимала, сортировала почту. В основном тогда шли телеграммы, письма, иногда газеты. Посылки были крайне редки. «На фронт отправлять не разрешали», – поясняет Назаренкова. Впрочем, однажды она все-таки нарушила этот запрет. Женщина из соседней деревни попросила переслать посылку мужу, который раненый лежал в госпитале. Пришлось ей помочь. Но это было в порядке исключения, которых Елена Семеновна не делала даже ради своих воевавших брата и мужа.

Да и с Федором они тогда переживали не самые простые времена. Поначалу он часто писал письма с фронта. А потом вдруг перестал. Молодая жена не могла понять, в чем дело. Она точно знала, что Федя не убит и не ранен, поскольку от него шли письма к отцу и матери. А ей не писал. Устав теряться в догадках, женщина однажды вскрыла письмо свекра к мужу и узнала о себе много интересного – мол, не тужит она без супруга, на других заглядывается. Прочитав послание, Елена Семеновна снова запечатала его и отослала на фронт. Уверяет, ч то это был единственный раз, когда она таким образом воспользовалась служебным положением. Поняв, что ее оговорили, решила выдержать характер и тоже ничего не писала Федору. Но при этом очень переживала за мужа. Сортируя приходившие каждый день похоронки, все боялась найти печальное известие и о нем.

– Наше отделение связи работало на 6 деревень. И почти в каждый дом приходила похоронка. Немногих миновала эта участь. Среди счастливых семей была моя – брат вернулся с войны. И семья мужа: вернулся и Федя, и его брат, –    рассказывает Елена Семеновна. – А так похоронок приходило очень много. И все никак я к этому привыкнуть не могла, не в силах была осознать, что человека нет – убили. Всегда плакала, когда похоронки разбирала.

Муж вернулся в 1945-м. Добравшись до Бутылиц, соседнего с Даниловом села, первым делом позвонил не родителям, а жене и попросил приехать его встретить. Елена Семеновна поехала. Волновалась ужасно – как они встретятся через 4 года, да еще после всего того, что писала про нее его родня? Федор, когда увидел жену, сказал, что Лена «белая, как платок».

Куча мала

Они снова вернулись в дом мужа. Жили со свекровью (свекор умер еще в 43-м). Через два года после войны у Назаренковых родилась дочь Галина. Всего у них 5 сыновей и 4 дочери. Еще две дочери умерли в младенчестве. Между всеми детьми, говорит многодетная мама, не было и двух лет разницы.

С каждым из детей Елена Семеновна была в декрете по месяцу (больше тогда не полагалось). Поначалу ухаживать за детьми помогала свекровь, а потом за младшими следили старшие дети. Поразительно, но Елена Семеновна не боялась оставлять тогда под присмотром старшей 6-летней дочери двух других детей.

  Летом, как дождик пройдет, ручьи потекут, они все втроем выбегут и носятся по лужам. Все извозятся! Потом Галя их вела на дальний пруд, вымоет их там, выстирает бельишко, приведет чистых.

Девять человек – куча мала! Дочь Елены Семеновны Нина рассказывает, что все жили дружно: вместе гуляли, вместе ходили в школу, вместе делали уроки. Старшие проверяли уроки за младшими. А младшие приладились пользоваться плодами труда старших, например, писали домашнее сочинение по их старым тетрадям. Иногда, правда, с уроками приставали и к родителям. Чаще всего к отцу.

  Он зимой придет с работы уставший, залезет на печку греться, – вспоминает Нина. – Я ему: папа, давай решим задачу. Говорит: «Читай, дочка». Пока читаю, он уснет. Разбужу его: «Папа, давай решим задачку». «Читай». Только успею до конца дочитать, а он мне уже ответ говорит. «Пап, а действия?!»

Ссоры в семье были редкостью. Дочери говорят, мать, хоть и была строгой, девчонок, например, даже в 10-м классе в кино не отпускала, считая их еще маленькими, но редко – когда ругалась и уж тем более порола детей. Доставалось только одному из сыновей. «Валерка слишком был хулиганистый. А вырос – милиционером стал», – смеется Елена Семеновна. Сестер, он не обижал, а младших братьев время от времени эксплуатировал. Мог, например, перевалить на них свои домашние обязанности, которые были четко закреплены за каждым в отдельности.

– У меня времени было мало, да и уставала очень. В два часа ночи вставала, корову доить ,- пастух рано гонял. Потом опять ложилась. Когда бабушка печку топила, лежала часов до 7. А уж когда она отошла от дел, я вставала в 5 утра, топила печку, убиралась, готовила завтрак и шла на работу. В обед приходила кормить скотину и даже иногда сама не успевала поесть. Мы ведь держали корову, поросят, овец, кур, гусей, уток. Это сейчас только одна курица осталась да корова, за которой дочь Наташа ухаживает.

К труду Елена Семеновна приучала детей с малых лет. Еще со школы они привыкли сами зарабатывать деньги. Летом, например, собирали ягоды и ездили их продавать на рынок в Муром – в Меленках торговля шла не так бойко. На выручку покупали продукты школьную форму книги.

Все дети выучились, все устроились на работу. Но по стопам мамы пошли только Нина и Наталья. Первая заняла мамино место когда та вышла на пенсию Елену Семеновну начальство уважало и ценило ее работу До сих пор в архиве хранятся приказы за 1944 и 1945 годы о премировании Назаренковой Е.С «месячным окладом и 6-дневным отпуском за хорошую работу» а также о награждении «переходящим внутрирайонным знаменем района ВКП(б) и исполкома райсовета депутатов трудящихся».

Вот уже   много лет подряд     начальником отделения связи в Данилово работает Нина.  А недавно на почту пришла работать и Наталья. Изначально она была бухгалтером и товароведом в сельпо. Но потом сельпо закрыли. И женщина осталась без работы. Нина уговорила сестру устроиться почтальоном – их в сельской местности не хватает. Та согласилась, решив,   что это временно. Но сейчас уже говорит о том, что «до пенсии все-таки надо доработать».

Вся в тебя!

В доме пусть и не очень большом места хватало всем. Потом дети стали создавать свои семьи и покидали родительское гнездо. И Елена Семеновна переживала, что дом пустеет. В тишине и без дела они с мужем жить не привыкли. Сыновья и дочери, однако, разъехались недалеко: кто остался в Данилово а кто переехал в близ лежащие деревни. И на все праздники всегда собирались всей семьей.

Назаренковы и сейчас часто встречаются. Самое главное   торжество – мамин день рождения. Елена Семеновна давно уже никого на него не приглашает – дети всегда приходят сами. Еще один праздник, который свято чтят в семье, – 9 Мая. Отмечают его всегда одинаково: утром едут на кладбище к Федору Федоровичу, оставляют на могиле цветы. А затем – на речку. Собираются и дети, и внуки, и правнуки. Берут с собой даже грудничков. В общей сложности обычно бывает больше 30 человек.

– У нас то проводы, то свадьбы – в один год, наверное, три раза гуляли – внуков женили, – перечисляет Нина. – А теперь у нас у всех юбилеи начинаются, опять праздновать вместе будем.

Елена Семеновна чуть ли не лучше своих дочерей помнит даты рождения внуков и правнуков.

  Старшей внучке в этом году будет 40 лет, младшему внуку Алексею – 17. Старшему правнуку Антону – 16 лет, он на год моложе Лешки. А самый маленький правнук – Денис, ему только 7 месяцев, – уверенно говорит основательница рода.

Некоторые из потомков Назаренковых – также стали многодетными родителями. Правда, до Елены Семеновны им все равно далеко: трое-четверо детей – максимум. Зато внуки, кажется, действительно решили посоревноваться с бабушкой: у одного из ребят, например, жена в 23 года уже ждет 4-го малыша. В семье смеются: «Мама, смотри-ка, вся в тебя!»

Жизнь только начинается

Пожилому человеку жить одному в деревне тягостно – печку растопить, и то сил нет. За Еленой Семеновной ухаживает дочь Наталья. Она переехала к маме вместе с семьей 17 лет назад. Наталья ходит в магазин, готовит, стирает, убирает. Иногда Елена Семеновна по мелочи ей помогает: нарежет картошки для коровы или вымоет посуду. Но большей частью не вмешивается в домашние дела.

Близкие говорят – им достаточно того, чтобы мама была рядом и хорошо себя чувствовала. В свои 87 Елена Семеновна все еще не устала от жизни. Она любит смотреть телевизор, гулять, обязательно выезжает с детьми на природу (они для нее даже специально берут табурет, чтобы пожилой женщине удобно было сидеть), может по случаю и выпить стопочку. Раньше любила петь в компаниях, но с годами сокрушается -голос пропал. Елена Семеновна даже осваивает новые технологии. Дети подарили ей мобильный телефон, но женщина никак не научится им свободно пользоваться. Пока, говорит, умею только на звонки отвечать – предстоит освоить еще, как звонить самой. Ждет внучку, которая приедет и возьмет над ней шефство.

Одним словом, перефразируя классику советского кинематографа, в 80 лет жизнь только начинается…

Кира Смирнова, “Призыв”

Нашли опечатку? Выделите её мышкой и нажмите Ctrl+Enter. Система Orphus

Размещено в рубрике