Ефрейтор Варя и аэростат

Не так часто Варвара Михайловна Гунбина надевает свою парадную жилетку. Она довольно тяжелая - вся увешана наградами, среди которых и орден Великой Отечественной войны второй степени, и медаль...

Не так часто Варвара Михайловна Гунбина надевает свою парадную жилетку. Она довольно тяжелая – вся увешана наградами, среди которых и орден Великой Отечественной войны второй степени, и медаль "За оборону Москвы". В годы войны маленькая худенькая девушка служила аэростатчиком, управлялась с огромной махиной, длина которой достигала 25 метров.

Служба на Рублевке
Как только началась война, Варвару Ушакову и еще нескольких девушек-комсомолок из поселка Красный Куст, трудившихся на стекольном заводе, вызвали в ковровский райвоенкомат. В ноябре 1941-го их мобилизовали копать противотанковые рвы под Владимиром, а в апреле 42-го призвали на службу в ряды Красной Армии. Солнечным апрельским днем с владимирского вокзала отправился состав, в вагонах которого ехали исключительно представительницы прекрасного пола. Все они были определены в войска ПВО. Так Варя Ушакова попала в Первую дивизию аэростатного заграждения. В ее красноармейской книжке значится "рядовой-аэростатчик, 16 полк, 7 отряд". Эта дивизия всю войну была на страже неба столицы, ее важнейших стратегических объектов, в том числе были и места нахождения представителей высшего руководства страны. Сейчас Варвара Михайловна может иронизировать по поводу того, что "вся служба прошла на Рублевке". Но это действительно так. На шестом километре Рублевского шоссе дислоцировался их отряд, охранявший московское небо от вражеских самолетов.

Воздушный пограничник
В июне-августе 1942 года авиация противника предпринимала новые попытки прорваться к Москве, но была отбита. Аэростаты, защищавшие столицу, являлись существенной преградой для фашистских самолетов. Поднимаясь ввысь до семи тысяч метров, они тянули за собой тонкий стальной трос. Если летящий вражеский бомбардировщик натыкался на него, то авария была неизбежна. Экипажи немецких самолетов вынуждены были либо отказываться от налета, либо подниматься на большую высоту, что резко снижало точность прицельного бомбометания. Не случайно аэростаты заграждения, да и всех, кто служил в ПВО, называли "воздушными пограничниками".
Варвара Михайловна рассказывает, что столица была полностью окружена аэростатами. Боевая тревога случалась ежедневно, обычно с вечера до утра. Весь девичий расчет вместе с командиром бежал к аэростату, отвязывали балласт (мешки с песком) и за стропы вели воздушный аппарат к лебедке с тросом. Если в это время был сильный ветер, то потом руки у девчат долго дрожали от неимоверного напряжения. Однажды один из вражеских самолетов рухнул рядом с позицией, где располагался отряд. Кого-то зацепило, Варвару отбросило – отделалась легкой контузией.
Шоколад для братишки
Аэростат наполнен водородом, этот газ в 14,5 раза легче воздуха. Накачивали его при помощи шара-газгольдера. А вот для того чтобы заправить его, девчонок отвозили на полуторке на другой конец Москвы.
– Этот чертов газгольдер мы потом пешком транспортировали до расположения нашего отряда, – вспоминает Варвара Михайловна. – Нас пугали, что можем улететь вместе с ним, поэтому держали его за стропы очень крепко. Приведем его, закрепим мешками с песком – и в землянку. Ничего было не надо – падали и спали мертвецким сном целые сутки. Руки ничего не чувствовали.
Солдатам на фронте обычно выдавали табак, а девчатам – шоколад. Полк находился под контролем госбезопасности. Варвара, отсылая письмо родным, запаковывала в конверт размягченную плитку шоколада и надписывала на конверте: "Уважаемый товарищ цензор, убедительно прошу Вас – оставьте шоколадку моему младшему братику". Как потом выяснилось, почти все шоколадки дошли до пятилетнего мальчишки.

Стой, кто идет?!
На вопрос, страшно ли на войне, Варвара Михайловна честно ответила: "Страшно. От одного только гула самолетов оторопь брала, не говоря уже о бомбежках. Первое время немецкие самолеты почти каждый день к Москве подлетали".
Нередки были случаи вылазок диверсантов. Они выводили из строя подвижной состав – разрезали оболочку аэростата, выпуская водород. Тогда аппарат уже не мог подняться в воздух.
Бивак, где стоял Варварин аэростат, был 25 метров в длину и в ширину, и в полтора метра глубиной. Около него располагался один из боевых постов. Другой – неподалеку около лощины. Однажды осенью рядовой Ушакова несла боевое дежурство, как вдруг услышала затаенные шаги. На оклик: "Стой! Кто идет?" пароля не последовало. Варвара не растерялась и включила сигнализацию тревоги. Рядом раздался чей-то голос: "Ну, сволочь!". Она нажала на спусковой крючок. Дальше было, как в замедленной кинопленке. Перед глазами все плыло, кругом бойцы, командир: На посту ее сменил другой боец, и по странному совпадению в эту ночь не было команды: "Аэростат – в воздух!". Отвага рядового Ушаковой была расценена как боевой подвиг. Ей объявили благодарность, выдали несколько плиток шоколада и вскоре присвоили воинское звание "ефрейтор".

День рожденья – славный праздник
Шел май 1945-го, ее третий год службы, она несла боевое дежурство на посту. Рано утром из землянки выскочил командир и закричал: "Ефрейтор Ушакова, война кончилась!". От такой новости у нее перехватило дыхание, в это время девчонки ее расчета подбежали. Что тут началось! Кричали, обнимались, от радости упали в лужу и возились в ней. Но это было такое счастье!
Демобилизовали их скоро, в июле. Но девчонки допустили непоправимую ошибку – не обменялись адресами. В прошлом году на встрече ветеранов женщина, сидевшая за столом напротив, вдруг спросила: "Варя, ты?" Им было что рассказать друг другу.
После войны ефрейтор Ушакова стала жить во Владимире, здесь нашла и свою вторую половину – Григория Гунбина. Григорий Павлович сражался на фронтах трех войн – финской, Великой Отечественной и японской. Они прожили в любви и согласии почти шесть десятков лет. Родили и воспитали сына, дожили до внуков и правнука. Только два года назад Григория Павловича не стало.
В этом году 9 мая Варвара Михайловна отметила свое 90-летие, но она по-прежнему энергична и вся в хлопотах. Сейчас лето, потому каждый день она приезжает на дачный участок, где ухаживает за посадками, общается с соседями. Они ей и рассказали, что прошлой осенью летал в небе над Владимиром большой белый аэростат. А она не видела! Но по ночам ей часто снится темное небо Подмосковья, в которое поднимается ее аэростат заграждения.

Ольга Вознесенская

Нашли опечатку? Выделите её мышкой и нажмите Ctrl+Enter. Система Orphus

Размещено в рубрике