Духовные школы: добрые плоды и плевелы

Духовное образование в современной России - "терра инкогнита" для абсолютного большинства обывателей. Даже прихожане, за исключением небольшого числа, имеют слабое представление о том, что происходит за стенами семинарий,...

Духовное образование в современной России – <терра инкогнита> для абсолютного большинства обывателей. Даже прихожане, за исключением небольшого числа, имеют слабое представление о том, что происходит за стенами семинарий, которые готовят будущих священнослужителей.

К великому сожалению, руководство этих учебных заведений не спешит рассказать несведущей аудитории о своих проблемах, достижениях и успехах. На сайтах крупных семинарий, таких как Московская и Санкт-Петербургская, есть подробная информация для поступающих и учащихся. Но аналогичные светские вузы давно имеют студенческие форумы, где можно почерпнуть знания о реальных проблемах учебного заведения: состояние общежитий, библиотек, качества преподавания, характеристики преподавателей и т.п. Любой приличный университет или институт обязательно проводит <день открытых дверей> для будущих абитуриентов. Духовное ведомство сильно отстает в этом вопросе от своих светских коллег. Как известно, отсутствие информации компенсируется слухами и легендами, которые не всегда бывают комплиментарными. Нам удалось побеседовать с учащимися духовных школ, попросившими сохранить их анонимность.Вот что удалось узнать.
На сегодняшний день во Владимирской епархии создана достаточно разветвленная сеть духовных учебных заведений: семинария во Владимире, духовные училища в Муроме и Гусь-Хрустальном, регентский класс при владимирском Успенском Княгинином монастыре. В этих школах преподают не только священники, окончившие духовные академии (высшие учебные заведения), но и преподаватели владимирских вузов. В отличие от семинарии с пятилетним сроком обучения училища являются двухгодичными и готовят псаломщиков (нижний чин церковно-служителей). Впрочем, окончивших успешно училища берут во второй класс семинарии. По-видимому, не существует единого учебного курса, что препятствует поступать выпускникам-псаломщикам сразу во второй класс семинарии. Это является слабым местом духовного образования, где оно уступает светскому с его четкой регламентацией <среднего специального> и <высшего>. Введение в российском образовании болонской системы с бакалавриатом и магистратурой вообще унифицирует данный процесс перехода с одной ступени на другую.
Однако из разговоров с семинаристами удалось выявить и некоторые преимущества духовных училищ. Они для светского человека оказались неожиданными. Во-первых, эти заведения имеют малочисленный контингент. В одном классе редко обучается более 10 – 15 человек. Все ученики на виду, что является существенным фактором в поддержании дисциплины на должном уровне. Если учащийся из <местных>, он может проживать и на дому с родителями. Семинария же, несмотря на <казарменное положение>, с дисциплиной студентов имеет более сложные проблемы. В минувшем учебном году были отчислены за нарушение дисциплины пять воспитанников.
По мнению некоторых семинаристов, училища, финансируемые, кстати, за счет монастырей или прихода, где они расположены, могут иметь более качественное питание. Обучение в семинарии (содержание за счет бюджета епархии) является платным. В минувшем году семинаристы-очники платили 4 тысячи рублей, в грядущем цену обещали поднять до 8 тысяч.
Традиционные духовные учебные заведения располагаются при монастырях, что способствует настрою учащихся на серьезное отношение к своему жизненному выбору. Но есть и исключения.
Духовное училище, расположенное в Гусь-Хрустальном, практикует совместное обучение (разумеется, при раздельном проживании) юношей и девушек. Для такого рода учебных заведений подобное представляется исключительным случаем. Вся традиция русского дореволюционного воспитания (светского и церковного) базировалась исключительно на принципе разделения учащихся по половому признаку. Однако гусевской эксперимент стоит признать удачным. До революции будущих жен священников готовили в специальных епархиальных училищах. Они также должны были обучаться и наукам, и благочестию. Порочная жена – наказание священнику и соблазн для прихода. Таким образом, духовное училище совмещает сразу две важные задачи и позволяет его воспитанникам оставаться в пределах своей среды.
Важным вопросом, который, несомненно, интересует многих читателей, остается уровень и качество церковного образования. В этом году правительство приняло решение о предоставлении права духовным образовательным организациям выдачи дипломов общегосударственного образца. Это осуществимо только после получения учреждением аккредитации и лицензии на подготовку профессиональных кадров в соответствующих государственных органах. На данный момент только Владимирская семинария и Гусевское духовное училище имеют лицензии.
Государственный стандарт образования далеко не у всех, кто связан с духовными школами, вызывает безусловную поддержку. По мнению многих педагогов, семинарские программы будут перегружены светскими дисциплинами (в ущерб необходимым церковным) в случае принятия курса на аккредитацию. Уже несколько лет в московской семинарии многие недовольны увеличением количества часов, отводимых на иностранные и древние языки. Однако главное беспокойство преподавателей вызывает угроза фактического обмирщения духовной школы, которое неизбежно произойдет в результате реформы. Испокон века важнейшей задачей семинарии было воспитание пастырей, а не специалистов гуманитарного профиля.
Во владимирской семинарии некоторое время назад был заложен хороший почин. Способные студенты совмещали обучение в семинарии с заочным образованием религиоведов в университете. Светские преподаватели видели в этом начинании позитивный пример сотрудничества двух ветвей образования. Семинаристы, как правило, представляли наиболее мотивированную в учебе часть религиоведов. Но этот <золотой век> может закончиться. Причина банальна. Один или два семинариста после обучения в университете решили оставить духовное образование, тогда епархиальное руководство вознамерилось пресечь <соблазн внешнего знания>: Наверное, им виднее. Но мы думаем, владимирской пастве хотелось бы иметь образованных священников. А тех, кто вовремя решил отказаться от духовной стези, не стоит осуждать. Пусть лучше будет хороший преподаватель, чем плохой, неискренний священник.

Михаил ВОРОНОВ, религиовед

Кстати

Из дореволюционной истории владимирской <бурсы>
Выходить за пределы духовной семинарии разрешалось лишь проживающим на квартирах или с дозволения инспектора. В духовных учебных заведениях преследовалось чтение запрещенных семинарским начальством книг, пресекалось посещение ресторанов, трактиров и других подобных заведений, возбранялись курение табака и употребление спиртных напитков, игры в карты.
В журналах педагогического собрания часто встречались такие проступки воспитанников: "курение табаку", нарушение школьной дисциплины во время занятий, выражавшееся в невнимательном отношении учеников к уроку наставника, опоздание к бого-служению, грубое обращение со служащим, воровство, отлучка из учебного заведения в город, недружелюбное отношение между учащимися. В характеристиках окончивших курс Владимирской семинарии инспектора отмечали пристрастие учеников к табаку, употреблению спиртных напитков и игре в карты.

Нашли опечатку? Выделите её мышкой и нажмите Ctrl+Enter. Система Orphus

Размещено в рубрике