Забытый бинокль

ЧИТАТЕЛЬ ВСПОМИНАЕТ Когда-то Игорь Владимирович Аникин жил во Владимире. Читал и газету "Призыв", где работал фотокором его дядя. В годы Отечественной войны довелось Игорю Владимировичу работать пионервожатым в...

В 1951 году молодежь владимирского завода ОЗПО, где я работал техником-конструктором, выехала в воскресный день на отдых к месту впадения речки Колокши в Клязьму, недалеко от пионерского лагеря. В этом лагере в годы войны я работал пионервожатым. Наша группа расположилась на опушке леса. Накупавшись и наигравшись в волейбол, мы раскинули "скатерть-самобранку" под развесистым деревом. Все принялись за лимонад и бутерброды.
Я случайно поднял голову, посмотрел вверх и вдруг увидел бинокль. Он висел на высоте около двух с половиной метра. Я спросил: – "Чей бинокль?" Но хозяина среди нас не оказалось. Тогда я взял длинную суковатую палку и снял бинокль с сучка. Бинокль оказался немецким. Ремешок его растрескался, а стекла были в радужных разводах и каких-то мозаичных трещинах. Вероятно, он провисел на сучке не один год, омываемый дождями и засыпаемый снегом.
То, что бинокль висел высоко, наводило на мысль, что человек, его повесивший, стоял на сугробе. А может, дерево подросло? Как же мог попасть немецкий бинокль во владимирский лес? И тогда мне припомнилось одно событие, которое могло объяснить появление находки именно в этом месте.

Пионерский лагерь, где я когда-то работал, находился в двухстах метрах от места нашего отдыха. В конце одной смены, летом 1942-го года, в лагере по традиции мы организовали прощальный костер. Ребята несколько дней заготавливали для него дрова, носили из леса хворост и сухие сучья. Костер развели на широкой луговине-террасе на берегу Клязьмы. В центре будущего костра установили высокую сухую елку и обложили ее сучьями и хворостом. Недалеко от костра сложили большую кучу дров и сучьев – про запас.
Поздно вечером, когда уже совсем стемнело, весь лагерь выстроили вокруг костра. Начальник лагеря М.Ф.Мануйлова произнесла прощальную речь, пожелала всем ребятам успехов в учебе и дала команду зажечь костер. Сухие ветки дружно запылали. Пламя охватило пирамиду и взметнулось высоко вверх, осветив все вокруг.
Начались выступления самодеятельных артистов. К этому концерту все долго готовились. Все шло своим чередом. В костер, чтобы было светло, подбрасывали топливо из запасной кучи.

Вдруг на территорию лагеря въехала легковая машина. Из нее вышли военные – офицеры в форме летчиков. Один из офицеров попросил вызвать начальника лагеря. Мария Федоровна была рядом и спросила, в чем дело. Офицер, не представившись, в грубой форме обратился к ней:
– Кто разрешил разводить костры? Вы что, не знаете – идет война, действует режим строжайшей светомаскировки? Немедленно погасите костер!
Костер к тому времени уже догорал. От него остался лишь круг мерцающих углей и золы. Мария Федоровна довольно спокойно ответила:
– Кругом лес, рядом река, вряд ли огонь виден далеко, да и никаких стратегических объектов поблизости нет.
Тогда офицер вспылил:
– Как это нет! Всего в двух километрах – военный аэродром! Никаких огней, никаких костров не должно быть! По законам военного времени вас могут строго наказать!
Но, видя, что все уже догорело, сказал:
– Ну ладно. Хорошо, что все кончилось без происшествий. Впредь будьте бдительней и осторожней.
Военные сели в машину и уехали. Вожатые отправили пионеров спать, а сами еще долго обсуждали случившееся. Дело в том, что никто из нас не подозревал об аэродроме. Вероятно, он был запасной, потому что мы ни разу не видели и не слышали, чтобы какие-нибудь самолеты взлетали или садились в том направлении. А летчики, наверное, видели зарево от нашего костра.

И вот спустя почти 10 лет обнаружился немецкий бинокль! Можно предположить, что его забыл какой-то шпион или диверсант. Или это был кто-то из советских наблюдателей, охранявших подступы к аэродрому и пользовался трофейным биноклем. Так или иначе, но близость, пусть даже запасного аэродрома, представляла определенный интерес для военных. Ведь фронт был совсем недалеко, враг подступал к Москве, до которой всего 180 километров.
Во Владимире почти каждую ночь объявлялись воздушные тревоги, но город ни разу не бомбили. Немцы бомбили Ковров и Нижний Новгород.

И.АНИКИН.
г.Курск.

Нашли опечатку? Выделите её мышкой и нажмите Ctrl+Enter. Система Orphus

Размещено в рубрике