А вдруг война без меня закончится:

ГЕРОЙ ВПО "ТОЧМАШ" Как и миллионы советских подростков, думал Дмитрий Ефлеев, и в неполные 17 лет отправился на фронт...

Встречаясь с ветеранами, слушаю рассказы об их судьбах, написанных жизнью, историей, – иногда такие, что самой буйной фантазии не хватит такое придумать. Итак, перед нами реальный сюжет фронтовой жизни, перед которым отступают замыслы лучших драматургов.

Тропы войны и мира

Диме, а ныне Дмитрию Михайловичу Ефлееву, было всего 14 лет, когда началась Великая Отечественная. Живя в деревне, он пахал, сеял, убирал и возил зерно, работал, не разделяя сутки на день и ночь, как все люди трудового фронта.
В 1943 году, когда ему было неполных 17 лет, его призвали на воинскую службу. После непродолжительного обучения в учебном полку – сразу в действующую армию. Распределили в Третью гвардейскую Танковую армию под командованием П.С.Рыбалко, в Западную Украину. И стал он молодым бойцом, механиком в экипаже новенького танка Т-34, который был подарен фронту трудящимися Красноярска.
– Я, наверное, родился под счастливой звездой, – начал свой рассказ ветеран. – Много боевых товарищей на войне потерял, два комбата на моих глазах заживо сгорели, а я вот остался жив:
Кумиром его юности был Павка Корчагин. Именно пример его самоотверженности и стойкости духа в экстремальных ситуациях помогал солдату все трудные годы войны.
С кровопролитными боями дошел до Берлина.
– После первого ранения убежал из госпиталя, чтобы не отстать от своей части, – да и вдруг война без меня закончится, а я не смогу в ее исходе поставить свою последнюю точку, – с улыбкой вспоминает ветеран.

Ранен, но не убит

Апрель 1945 года. Приказ – идти на Берлин, он уже совсем рядом. Однажды с возвышенности командиры стали рассматривать в бинокль незнакомую местность. Видят, в долине какие-то строения и перемещения людей. Оказалось, что это концлагерь. Немцы ушли, закрыв въездные ворота на огромные замки. Их-то и стали сбивать наши танкисты, освобождая узников. Но люди были настолько истощены и измождены, что многие не могли самостоятельно передвигаться и не понимали, что происходит. На них было больно смотреть, но помочь им не могли – нужно было идти на Берлин.
Автодорога перед въездом в Берлин проходила под железнодорожной насыпью. Немцы, предвидя наступление наших танков, засыпали её камнем, перегородили. Мы стояли около этой проклятой насыпи два дня, ждали подкрепления.
25 апреля 1945 года подошла пехота. Наши солдаты заняли оборону, расчистили завал и – пошли:.
– Первые два танка немцы подбили. Третий, в котором был я, смог прорваться. Остановили и следующие танки. Оказалось, что только один наш экипаж идет в гитлеровское логово, – вспоминает Дмитрий Михайлович.
Командир, высунувшись из люка, чтобы сориентироваться и оценить обстановку, сразу наповал был сражен немецкой пулей. Осталось в экипаже трое 19-летних бойцов. Что делать? Куда дальше ехать? Мгновение, и танк загорелся. Двое ребят сумели выбраться из горящей машины, а Дмитрий, получивший основной удар взрывной волны, на несколько мгновений задержался в танке. Почувствовав, что горит, сумел выбраться из машины, сбросил с себя горящую одежду. А немец, подбивший танк, стал расстреливать его в упор прицельными выстрелами: сквозное навылет ранение груди, ранение в голову, перебитые руки, а лицо – сплошная корка ожога (страшные следы того, что сотворил с ним гитлеровец, я увидела спустя 60 лет после этого трагического момента. – Прим. авт.).
Остался истекающий кровью Дмитрий на вражеской территории.
Недалеко от этого места росла акациевая аллея, которая уже благоухала молодой весенней зеленью. Здесь до наступления темноты и нашел Дмитрий укрытие. Он несколько раз слышал рядом немецкую речь, поэтому очень боялся не потерять сознания и не застонать от боли.

Немцы? Свои!

Стемнело. Вылез солдат из кустов, перекрестился на четыре стороны, надеясь только на покровительство Бога, и пошел раздетый, окровавленный, обожженный. Только куда, в какую сторону идти? Кругом враги. Постучись в любую дверь – убьют.
Дошел до железнодорожной насыпи. Сел в кустах в затемненном, не освещенном Луной месте, стал прислушиваться. Вдруг услышал шаги приближающейся колонны. "Немцы", – мелькнуло в сознании. Их он определил по поблескивающим в свете Луны "котелкам": наши солдаты, как правило, их не носили.
– Через несколько минут завязался бой, стрельба. Осколки, пули летели слева и справа, а мне даже безразлично стало, одно в голове – скорее бы все закончилось, чтобы не мучиться, – вспоминает ветеран.
Вскоре стрельба закончилась. Стихло. Немцы после переклички ушли. Дмитрий решил идти через насыпь, к своим, с которыми и вступила в бой вражеская колонна.
Собрав последние силы, Дмитрий переполз через насыпь, и в темноте упал в глубокую воронку из-под бомбы. Выбрался.: Поблескивающие то тут, то там огоньки трассирующих пуль и артиллерийских снарядов при приближении оказались миражом. Дмитрий дошел до окружной (вокруг Берлина) дороги. Сил уже совсем не было.
Вдруг совсем рядом увидел огоньки приближающегося автомобиля. В голове мелькнуло: "Немцы?". Но страх пришлось преодолеть – другого выбора не было. Вышел к краю дороги. Одна рука совсем не поднималась, а другой едва обозначил просьбу остановиться.
Проехав мимо несколько метров, грузовик встал. Подбежавший человек по-русски (!) спросил: "Кто ты? Откуда?" И, узнав краткие подробности, взял с собой.

Жить, несмотря ни на что!

Когда Дмитрий оказался у своих, сознание сразу отключилось, и уже на подсознательном уровне организм начал бороться за жизнь.
Потом был госпиталь в немецком городе Зарау, операции, перевязки, а он продолжал находиться в бессознательном состоянии.
Однажды, очнувшись, не понял, где находится: темное, без окон и людей прохладное помещение, куда долгое время никто не заходил. Только потом он осознал, что это было место для умирающих и тех, кто завершил свой земной путь. Четыре долгих месяца лечился в госпитале, там же услышал радостное известие о Победе!

Числился без вести пропавшим

После окончания войны Дмитрий Михайлович был награжден орденом Отечественной войны I степени и медалью "За отвагу".
Фронтовая история ветерана не удивляет – потрясает, стоит лишь призвать на помощь чуточку воображения.:
Во всем этом есть и парадоксальный штрих: в документах военкомата в течение пяти десятилетий после окончания Великой Отечественной войны Дмитрий Михайлович Ефлеев, отдавший 40 лет трудовой жизни производственному объединению "Точмаш", числился "без вести пропавшим". Об этом свидетельствует информация в "Книге Памяти", которая была издана к 50-летию Великой Победы. Там, в томе первом, на стр.390 о нем написано: "Пропал без вести в апреле 1945 г. в районе Берлина":

К счастью, ошибку поправили!

Пока рассказывал о войне, не выдержали, сдали нервы у ветерана от этих воспоминаний, и навернувшаяся скупая мужская слеза, казалось, прожжет землю.
Но, несмотря на трудные военные годы, сколько неизбывного оптимизма осталось у него, повидавшего мясорубку фронта, смертельно раненного и воскресшего из небытия! Он выстоял, и, несмотря ни на что и вопреки всему, продолжает жить на этой земле!

Т.Кайрод, директор музея ВПО "Точмаш".
Фото Любови ГАЛКИНОЙ.
г.Владимир.

Нашли опечатку? Выделите её мышкой и нажмите Ctrl+Enter. Система Orphus

Размещено в рубрике