Тупая острота ощущений

Героизм экстремальщиков порожден их стремлением уйти от реальных проблем и модой

Владимирец может прыгнуть с парашютом, полетать на дельтаплане, полазить по склону карьера или погонять по льду на "Жигулях". О корнях стремления к риску рассказывает психолог, доктор педагогических наук, профессор ВГПУ Сергей Завражин.

Химия риска

Получить удовольствие от жизни некоторые могут только в искусственном аттракционе, в котором страх, боль и смерть реальны. Из-за генетически повышенного содержания в организме определенных веществ их не пугают "обычные" опасности и не радуют простые человеческие радости.

Чтобы получить яркое впечатление, ощутить собственную ценность, почувствовать власть над обстоятельствами, им необходимы ситуации на грани – не просто парашютный прыжок, а прыжок со скалы, когда и подстраховаться нельзя.

Это не блажь, а психобиологическая потребность, с которой невозможно справиться. Нечто похожее происходит с подростками. Когда в растущем организме бушуют гормоналы, они поголовно склонны к риску: катаются на товарняках, что-то взрывают, воруют яблоки из соседского сада.

Потом это проходит, но не у всех. Экстремалы, в отличие от большинства людей, идут навстречу заведомой опасности и получают колоссальное удовольствие от этого.

Они как бы ущербны в плане обычных эмоций, но с другой стороны – одарены энергией, на многое способны и склонны экспериментировать.

Слабость смелых

У экстрима есть еще один парадокс. Альпинизм, гонки, серфинг – это игра, пусть и смертельно опасная. Велико искушение уйти в нее от банальных, но тягостных проблем на работе и в семье. Они тоже требуют энергии, силы и смелости, но не такого рода, которых в избытке у экстремалов. Покоритель вершин пасует перед начальством и тещей, а вися над пропастью, чувствует себя прекрасно.

В СССР в конце 60-х годов началась "эпоха застоя" и одновременно – бум альпинизма. После войны уровень жизни вырос, но разбогатеть было нельзя. Не надо ходить в разведку, но говорить то, что думаешь, тоже нельзя. Советские люди потянулись в горы, чтобы там почувствовать себя настоящими людьми.

Пустота подвига

В нестабильных обществах люди чаще всего идут на риск, чтобы "пробиться наверх", разбогатеть. Чем меньше социальной упорядоченности, тем больше естественных возможностей рискнуть с выгодой. А вот в процветающих скучных странах на первый план выходит просто удовольствие от самого процесса.

Там нет необходимости бороться за выживание, большинство если не богачи, то люди обеспеченные. Что делать одаренным бурной энергетикой? Приходится создавать трудности самим.

Дар смелости, упорства и мгновенной реакции превращается в "пшик", в пустоту, шоу. Но обществу в целом это выгодно. Ведь в противном случае "экстремалы по жизни" (природа возьмет свое!) станут преступниками, повстанцами или солдатами новых революций.

Возможно, поток экстрим-программ на российском ТВ – не только коммерция, но и профилактика, которая делает из прирожденных "нарушителей правил" безопасных развлекателей публики.

Михаил ЯЗЫНИН,
III разряд по
парашютному спорту.

г.Владимир.авторитетно

Не трусы, а модники!

– "Лживые экстремалы" просто следуют общей моде, – считает профессор Завражин. – Экстрим – дорогое удовольствие, но именно это заставляет богатых людей выбирать его, а не шашки. Так в одной команде оказываются отчаянные головы и нормальные люди, нормально реагирующие на лишние опасности. Те же, кто действительно собирается экстримом "выбить" из себя какие-то страхи, делают большую ошибку. Шоковая терапия помогает процентам 10, а у остальных фобии только усиливаются.

цифры

Трусы играют в экстрим?

Британские исследователи считают – большинство людей занимается экстремальными видами спорта, чтобы победить свои страхи. 36% альпинистов признались, что боятся высоты, 10% прыгающих с парашютом склонны к головокружениям, более четверти ныряющих с аквалангом страдают клаустрофобией, а 39% наездников не любят животных.

Нашли опечатку? Выделите её мышкой и нажмите Ctrl+Enter. Система Orphus

Размещено в рубрике