ЖИТЕЙская история

Злой ген

Приютские дети чем-то похожи друг на друга, может, сиротским взглядом, но эту девочку я выделила сразу. Вгляделась пристальней. Не может быть! Неужто Иринка? Да ведь ту я видела последний раз в двухлетнем возрасте, а эта уже первоклассница. Справилась у персонала – так и есть, это она, девочка из семьи, которую я когда-то хорошо знала и которой уже нет.

С Антоном Петровичем я познакомилась на каком-то вернисаже. Немолодой импозантный мужчина хорошо поставленным голосом рассуждал о достоинствах выставленных работ. Оценки были оригинальны. Формулировки точны и остроумны. Оказалось, он бывший актер, учился на одном курсе с Евгением Евстигнеевым, играл в провинциальных театрах. Он хорошо разбирался не только в живописи, но и музыке, литературе. А рассказчиком был просто непревзойденным, общаться с ним – одно удовольствие, тем более, что и под старость лет он не утратил шарма артистической натуры и навыков "галантерейного" обхождения со слабым полом. Под стать ему была и супруга, Татьяна Васильевна, изысканная дама со следами былой красоты, облаченная в бархатное выходное платье. Они были завсегдатаями премьер и гастролей, производили впечатление людей, довольных жизнью и собой.

Мы как-то никогда не затрагивали в разговорах личных тем. Наверное, потому, впервые оказавшись у них дома, я была совершенно не подготовлена к тому, что увидела, и испытала настоящий шок. Ведь жилище выдает своих хозяев с головой, рассказывает о них все как есть, без утайки. А в крошечной двухкомнатной хрущевке у Теминых все кричало о бедности и каком-то безнадежном благополучии. Пианино, книги и картины казались занесенными в этот убогий интерьер из совсем другой жизни.

К тому же квартира оказалась густо населена. Кроме двух моих знакомцев здесь жила их дочь со старшим сыном и новорожденной девочкой. Счастливого отца этого семейства поблизости не наблюдалось, да его, как выяснилось, никогда и не было.

Антон Петрович был тяжко болен – с чем, собственно, и был связан мой визит. У него отказывали ноги. К запаху кипящих пеленок примешивался едкий лекарственный дух и еще тот особенный, что всегда поселяется в комнате больного. И дела у него день ото дня становились все хуже. Его коронная фраза "Настроение бодрое, идем ко дну" звучала все буквальней, и скоро ему сделали операцию – ногу ампутировали. Он погрузился в черную меланхолию. Татьяна Васильевна была как натянутая струна, все туже обтягивались скулы, все глубже прорезались морщины. Но она улыбалась, и ей удалось невозможное – снова вытащить одноногого инвалида "в свет". Переборов свои комплексы, он будто ожил. Но не надолго. Через год потребовалась новая операция, он лишился и второй ноги. Тут уже не сработал оптимизм жены. Превратившись в "обрубок", он махнул на себя рукой, опустился, начал пить. И скоро умер.

К моменту похорон дочь Галина снова бегала по квартире с пеленками и бутылочками – у нее родился третий ребенок, дочь. Та самая Иринка. Папы опять не было. То есть он был, конечно… Просто, как и оба предыдущих папы, был не мужем Галины, а чьим-то чужим мужем.

Оставшись вдовой, Татьяна Васильевна убрала подальше бархатное платье и облачилась в кухонный передник. О вернисажах пришлось забыть – на нее свалились трое маленьких детей. Галя пошла работать, торговать на рынке. А там порядки известные, без "внутреннего обогрева" день на морозе не простоишь…

Как-то Татьяна Васильевна позвонила, чтобы попросить в долг:

– Гали третий день нет дома, дети голодные.

Зная ее гордый и независимый характер, я поняла: там и вправду край. Вечером была у нее. Измученная, она высказала свою тревогу за дочь.

– Что, пьет? – переспросила я.

– Боюсь, что не только. Нет ли тут уже и наркотиков, она бывает такая странная, и у нее теперь такие подозрительные друзья…

Тогда в нашей глухомани про наркотики и разговоров не было, и я взялась успокаивать Татьяну Васильевну. Мол, быть того не может, показалось, наверное. Она легко позволила себя уговорить, уж очень страшно было принять правду. А меж тем материнское сердце не ошиблось, Галина сидела на игле. Подтолкнула ее к этому гибель любовника, отца Иринки, в пьяной драке. Попробовала раз, чтобы забыться, и покатилось.

Деньги в доме перевелись вообще. Как ни изощрялась Татьяна Васильевна, растягивая свою пенсию и детские, их не хватало. Она билась как рыба об лед, надрывала сердце. И оно не выдержало.

Квартирка как-то сразу опустела, хотя в ней оставались еще четверо. Галина фамилия заняла место в картотеках социальных служб сразу по нескольким номинациям: "одинокая мать", "многодетная мать", "малообеспеченная семья". Но ей самой не чужда была фамильная гордость. Все попытки казенной благотворительности пресекала на корню: "Это моя жизнь. Это мои дети. Не лезьте, я сама". Могла порвать приглашение на бесплатную елку, отказаться от "гуманитарки" и в пику всем накупить детям шоколада и фруктов. Конфетами объедались один день, потом неделю сидели без хлеба. Мать все чаще днями и неделями не появлялась дома. Малышню подкармливали соседи и друзья, но постепенно Галина рассорилась со всеми, от нее отвернулись и забыли… Детей у нее отобрали лишь тогда, когда квартира окончательно превратилась в притон, а сама хозяйка угодила в тубдиспансер. Оттуда она, несмотря на свои 32 года, уже не вышла. Хоронили ее за государственный счет – казенная помощь, от которой при жизни шарахалась, тут ее все же настигла.

Детей забрали в приют. Но только девочек. Старший сын уже пребывал в местах не столь отдаленных. Голод не тетка, а воровать-то толком не умел.

Сестренки Валюшка и Иринка, внешне совершенно не похожие, в приюте все время держались рядышком, старшая не выпускала руку младшей. Пока их не оторвали друг от друга силой. Валюшку забрал к себе отец – армянин, которого она никогда не знала. Расставаясь навсегда, девчонки рыдали. Каково-то придется Валюшке в чужой семье, с мачехой, незнакомцем-отцом и их детьми? А Иринка осталась одна. Глядит еще доверчиво, хотя ее глазенки видели много недетского. Неужто и ее согнет злой ген несчастливости? Чью судьбу она повторит – бабушкину, мамину? Или ей повезет и она вытянет счастливый билет?

Нина АЛЕКСАНДРОВА.

Фото из архива редакции.

Нашли опечатку? Выделите её мышкой и нажмите Ctrl+Enter. Система Orphus

Размещено в рубрике